За какие только преступления не содержали в военных тюрьмах!
Так, в «Статейном списке о находящихся под судом в учреждённой при Нижегородском гарнизонном батальоне Комиссией военного суда под судом и следствием военных преступников», составленном 19-го сентября 1806 года , большинство находилось под стражей за побеги.
Например, Олонецкого мушкетёрского полка унтер-офицер Пётр Афанасьев, происходящий из дворян г. Нижнего Новгорода, бежал, но с первого побега явился сам. Находился под судом со 2-го октября 1805 года. По решению генерала от инфантерии Беклешова 15-го марта 1806 года был отправлен в Генерал-аудиториат, «а по сентенции приговорён к отставлению от службы».
Среди самовольно и незаконно покинувших расположение воинской части – целая группа рекрутов, среди которых 30-летний Прокофий Андреев, 22-летний Наум Степанов, 23-летний Семён Лукьянов и 20-летний Федул Дмитриев, состоящие под судом с 29-го мая 1806 года за первый побег.
Все они были приняты в рекруты в конце декабря 1805 года и происходили: первые двое - из крестьян Симбирской губернии Алатырского удельного ведомства села Налитова, третий - Алатырской округи из государственной деревни Кладбища, а четвёртый – из Ардатовской, что на Алатыре округи господина Ивана Васильевича Чиркова деревни Мурзы.
Особо отличился 30-летний унтер-офицер Нижегородского гарнизонного батальона Гаврила Соколов, бывший под судом с 3-го июля 1802 года.
Как явствовало из 5-й графы («По каким повелениям отдан под суд и в чём обвиняется»), «по повелению Нижегородского гарнизонного батальона командира подполковника Дурново, за название себя подложно непомнящим родства; с тем вступил в воинскую службу и притом скрыв о первой законной жене своей и при ней женился на другой; ныне ж открылся беглым дворовым человеком помещика подпоручика Петра Александровича Бахметьева».
«По указу Государственной Военной Коллегии, по Высочайшему повелению, оставлен навсегда в службе, а помещику Бахметьеву велено Саратовской Казённой Палате дать квитанцию».
В таком же списке, присланном Командиром Тверского Гарнизонного батальона полковником Палкиным Московскому генерал-губернатору генералу от инфантерии А. А. Беклешову 25-го апреля 1806 года, фигурировал некий Алексей Петров сын Обудовский, бывший подканцелярист Тверской Гражданской палаты, 20-ти лет, «за худое поведение приговорённый по молодости лет в военную службу». Под суд Обудовский попал «по подозрению якобы в сорванной с шеи купецкой жены жемчугу» .
Зачастую бродяги выдавали себя за местных крестьян, что, правда, в результате произведённых проверок быстро вскрывалось.
Например, в списке состоящих под судом в Тверском Гарнизонном батальоне от 28-го октября того же года, числился Николай Васильев сын Васильев, 30-ти лет, «из наказанных по решению Тверской Уголовной Палаты за ложное показание себя Тверского уезда помещика Бирюлёва деревни Можайки крестьянином плетьми, а оказавшийся после из бродяг непомнящим родства» .