Продолжаем тему летних чаепитий на природе. На этот раз листаем старые книги и читаем об одном из любимых некогда московских «чайных» мест – Сокольниках.
НЕМЕЦКИЕ СТОЛЫ
Традиция народных летних гуляний в Сокольниках ведет историю с XVIII века: тогда жители Немецкой слободы попросили Петра I разрешить им отмечать старинный европейский день весны – Первое мая. Император распорядился отвести под гуляния рощу за Семеновской заставой и даже сам вместе с семьей 1 мая 1724 года принял участие в празднике. Затем гуляния перенесли в Сокольничью рощу. Москвичи быстро оценили привольность Сокольничьей рощи и веселье иностранного праздника. И уже в 1756 году газета «Московские ведомости» писала: «...в загородном месте, так называемом Немецкие Столы (так, а еще Немецкие Станы по меньшей мере до 1812 года называли в народе Сокольничью рощу) ... такое великое множество находилось, что примечено около тысячи карет, и прогуливались до самой поздней ночи».
УКРАШЕНИЕ – САМОВАР
В начале XIX века Сокольники – место, где 1 мая собиралась вся Москва, от аристократов до простых горожан. Первые устраивали кавалькады и «поезда» из роскошных карет, скачки на породистых рысаках, а вторые на это глазели. Вот что писал о первомайском гулянии 1805 года писатель и драматург Степан Петрович Жихарев, бывший тогда семнадцатилетним юношей. «Сколько народу, сколько беззаботной, разгульной веселости, шуму, гаму, музыки, песен, плясок и проч.; сколько богатых турецких и китайских палаток с накрытыми столами для роскошной трапезы и великолепными оркестрами и простых хворостяных, чуть прикрытых сверху тряпками шалашей с единственными украшениями – дымящимся самоваром и простым пастушьим рожком для аккомпанемента поющих и пляшущих поклонников Вакха, сколько щегольских модных карет и древних, прапрадедовских колымаг и рыдванов, блестящей упряжи и веревочной сбруи, прекрасных лошадей и претощих кляч, прелестнейших кавалькад и прежалких дон-Кихотов на прежалчайших россинантах! Нет, признаюсь, я и не воображал видеть такое многочисленное, разнообразное и живописное гулянье, на какое, наконец, попал я вчера в Сокольники!»
САМОВАР ДЫМИЛСЯ НА КАЖДОМ ШАГУ
В 1842-1850 годах популярный писатель и драматург Михаил Николаевич Загоскин создал цикл очерков «Москва и москвичи». Один из них посвящен Сокольникам. «Не побывать первого мая в Сокольниках, а особливо в такую прекрасную погоду, не полюбоваться этим первым весенним праздником – да это бы значило лишить себя одного из величайших наслаждений в жизни! ... Оставив в стороне большую дорогу, по которой тянулись длинные ряды нарядных экипажей, мы повернули в лес и не успели сделать двадцати шагов, как сцена совершенно переменилась. Вместо роскошного столичного гулянья мы увидели перед собой сельский праздник во всей незатейливой простоте его, но в таких колоссальных размерах, что вовсе не трудно было догадаться, из какой деревеньки пришел весь этот православный народ потешиться, погулять и напиться чайку под тенью зеленеющих сосен... Все пространство, какое только можно окинуть взором, усеяно было пестрыми толпами горожан, которые сидели на земле отдельными кружками. В одном месте курили молча трубки и сигары, в другом разговаривали, в третьем слушали заливные песни цыганок, в четвертом потешал честную компанию удалой детина, играя на берестовом рожке. Везде забавлялись и везде пили чай. Эта необходимая потребность нашего купечества, эта единственная роскошь наших небогатых мещан, это праздничное, высочайшее наслаждение всех трезвых разночинцев, фабричных мастеровых и даже мужичков – наш русский кипучий самовар дымился на каждом шагу. Мы подошли к одному из этих самоваров, вокруг которого сидело на траве человек пять рабочих людей из крестьян и две молодицы в нарядных телогреях. Все они сидели чинно, попивали чаек, и не стаканами, а из фарфоровых чашек». Еще Загоскин описывает «один из временных трактиров, разбросанных по всему гулянью», рядом с которым был выставлен самовар «величиною с порядочную бочку».
«Вообще, богатый и небогатый приехали на Первое мая повеселиться, провести с приятелями время, или, как говорят, чайку напиться в свое удовольствие – вторила Загоскину изданная в 1855 году книжечка с очерком публициста С.П. Кораблева о московских первомайских гуляниях.
НЕПРЕМЕННОЕ ЧАЕПИТИЕ НА СВЕЖЕМ ВОЗДУХЕ
Загоскин писал: «А чай что такое? Был бы только самовар, вода непокупная, чаю для троих довольно на двадцать копеек, на десять леденцу, и вот наш мужичок примется пить не торопясь, с прохладою, выпьет чашек десять горячей воды, которая пахнет немного чаем, и протешится часа два за медную гривну. Оно и дешево и безвредно, а между тем есть чем и похвастаться. «Были, дескать, в Сокольниках, на бар посмотрели, чаю пили вдоволь… Неча сказать — потешились, погуляли досыта!»
Коренной Москвич Дмитрий Алексеевич Покровский в своих «Очерках Москвы рассказывал о более поздних временах в истории Сокольников. Правда, годы традиции только укрепляли. «С первых еще лет текущего столетия сокольничье гулянье 1 мая получило характер всенародный, так что его первоначальные немецкие особенности совершенно стушевались перед напором чисто московских вкусов и обычаев, требовавших непременного чаепития на свежем воздухе. А так как для чаепития по правилам, предписываемым московскими обычаями, требовался самовар, то и гулянье 1 мая напоминало, со стороны на него глядя, какую-то самоварную и посудную ярмарку, на которую со всех концов Москвы валил и пеший, и конный люд для распродажи своих самоваров, чайников, чашек, блюдец и прочего скарба. С раннего утра до позднего вечера по всем направлениям от Москвы к Сокольникам нескончаемыми вереницами по обеим сторонам улиц тянулись пешеходы, тащившие на своих плечах или везшие в ручных тележках самовары со всеми принадлежностями. Те же предметы торчали из дрожек и домашних тележек, в которых более зажиточный люд спешил на гулянье. Достигнув рощи, каждая компания, сообща владевшая самоваром и несколькими чашками, рассаживалась по различным укромным уголкам леса, разогревала самовары один за другим, заваривала чай и принималась потреблять его с какой-то ненасытной жаждой. Сменивши не один самовар и выпив по доброй дюжине чашек, гуляки без особого замедления укладывали принесенный и привезенный ими скарб, снимались с места, навьючивались, кто чем пришлось, и направлялись в обратный путь, в какие-нибудь Кожевники, Хамовники, Сыромятники и т. д. В этом невинном чаепитии на травке и вольном воздухе заключался в те времена весь смысл сокольничьего гуляния: пришли, уселись, до отвала напились чаем и ушли домой, как будто стоило делать пешком или на лошади, все равно, нередко десяток верст и даже больше, притом с тяжелым грузом, для того, чтобы напиться чаю, того же самого, который каждый истинный москвич и дома, и повсюду хлещет с утра до ночи без милосердия. Подлинно обычай – деспот меж людей…».
САМОВАРНИЦЫ И ЧАЙНИЦЫ
Когда Сокольники сделались местом постоянных загородных прогулок москвичей в течение всего лета, то предприимчивые окрестные жители начали предлагать публике самовары с «чайными приборами» за плату. «Чайницы ко всем и к каждому подходили со своей обычной фразой: «Барыня, не чай ли кушать? Что ж, самоварчик-то прикажете?» (Михаил Петрович Погодин, «Сокольницкий сад», 1825 год).
Такую «торговлю самоварами» бытописатель Москвы 1840-х годов Иван Тимофеевич Кокорев называл «мелкой промышленностью» и занятием, «касающимся предмета первой важности для москвичей – чаепития». Он писал так. «В праздник, в знойный полдень, когда истома одолевает и ум и тело, пойдите в какое-нибудь из московских предместий; здесь вы наверно встретите не одну группу вроде следующей: пожилая женщина несет объемистый самовар, мужчина – в одной руке ведро, в другой кулек с углями (Покровский писал, что в Сокольниках растапливали самовары еловыми шишками, в изобилии «покрывавшими всю рощу»); двое детей тоже идут не порожняком: у кого бутылка с молоком, узелок с чашками, у кого скамеечка или домашний запас пищи. И без моего объяснения вы догадаетесь, что это мелкая промышленность, целой семьей идущая на заработок. Идет она куда-нибудь за город, на гулянье или на кладбище, располагает там, на удобном месте, свой скарб, запасается водой и спешит греть самовар для ожидаемых посетителей. Но как и у ней не обходится без состязания, – на гулянье является не один самовар, – то каждый наперерыв старается залучить к себе гостей. Мужчина решительно не умеет исполнять этой важной части самоварной торговли, и гостей зазывает всегда нежный голосок девочки или приветливая речь самой матери. Наконец, явились желанные. Просим милости, господа, садитесь, где заблагорассудится (на что лучше, как не здесь, на зеленой мураве, под тенью развесистой березы); кушайте, сколько душе угодно (особенно если чай и сахар у вас свой, а не владетелей самовара), пейте не спеша, с прохлаждением: за лишний час ведь и вы не постоите за прибавочкой против договорной платы какого-нибудь гривенника; наслаждайтесь невинным сельским удовольствием ... Торговля самоварами (техническое выражение) начинается с первого московского гулянья, в Сокольниках, и продолжается вплоть до самой осени, с наибольшим успехом в Марьиной роще».
У «самоварниц» или «чайниц» можно было получить, таким образом, и кипяток для собственного чая, и «набор» с заваркой и сахаром. А 1 мая «дороговизна на незатейливые лакомства для простонародья и вообще на все предметы праздничного торга доходила до бессовестности», – пишет Покровский. «За плохо вскипяченный крохотный самоварчик с убогим чайным прибором, без чаю и сахару, драли по рублю и больше, тогда как в обыкновенные праздничные дни с признательностью получали за него пятиалтынный, а если поторговаться, то и гривенником удовлетворялись».
«В СОКОЛЬНИКАХ ЧАЙНАЯ ТОРГОВЛЯ ПРОЦВЕТАЕТ»
В 1830-е годы знать перебралась в Петровский парк. Знаток купеческого быта и литератор Александр Сергеевич Ушаков (псевдоним – «Н. Скавронский») так писал о Сокольниках 1860-1865 годов.
«В Парке спрашивают про Сокольники:
– Много было народу? Отвечают:
– Почти никого – одно купечество.
В Сокольниках спрашивают про Парк:
– Весело было? Отвечают:
– Скучно… здесь лучше, там мало своей братьи — все дворяне.
Дворяне любят Парк, купцы Сокольники; черного народа почти не видно в Парке; в Сокольниках его – гибель (то есть много) ; дворянин – редкий гость, и ему будет скучно в Сокольниках, купец не знает, куда деть руки и ноги, когда попадет в аристократический кружок в Парке... В Парке не многие из числа гуляющих пьют чай, это считается mauvais genre, да и странно и трудно представить русскую большую барыню за самоваром; на открытом воздухе пьют только разве бойкие барыни в присутствии майоров, капитанов, Синицыных, Гвоздиковых и Винтиковых (действующие лица полковых сцен И. С. Турбина «Бойкая барыня»). В Сокольниках, напротив, чайная торговля процветает; наши чайные торговцы должны непременно поминать это место ежедневно «о здравии», и русская купчиха, особенно несколько старого покроя, необыкновенно грациозна в роще за самоваром; в Парке даже и самоварница – существо форменное: солдатка, и далеко не так парадна и интересна, как сокольницкая самоварница – девочка вольная и с большими претензиями, со многими началами особо слагающегося, оригинального быта. Парк до нынешнего года был не богат местами, удовлетворяющими насущной потребности большей части русских гуляний, чувству, возбуждаемому несколько большим, нежели ежедневный моцион; между тем как Сокольники ежегодно открывают два, три ресторана да более полудюжины лавочек, в которых можно и выпить и закусить. Яр (ресторан «Яр») с его миниатюрными порциями может почесться истым представителем нерасчетливости обитателей Парка, между тем как редко кто из видных посетителей Сокольников уедет без сытного родственного ужина и если и завернет в ресторанчик, так разве затем, чтобы выпить. В этом отношении Сокольники так же национальны, как и другие московские загородные гулянья, куда отъезжающие погулять с утра набирают съедобного и выпиваемого чуть не на неделю…».
ПРАВИЛА ДЛЯ ПОДАЧИ САМОВАРОВ В СОКОЛЬНИЧЬЕЙ РОЩЕ
В 1879 году император Александр II передал Сокольничью рощу-Сокольники в городское хозяйственное управление. Власти же завершили процесс превращения рощи в парк, который совпал также с активным местным дачным строительством. «Теперь, здесь, в день первого мая, оркестры музыки и хоры песенников и цыган. В роще устраиваются балаганы, карусели и прочее. Что же касается до чаепития, то оно практикуется в Сокольниках целое лето» (из публикации журнала «Всемирная иллюстрация» за 1882 год).
В Главархиве Москвы сохранились «Правила для съемщиков участков в Сокольничьей роще для подачи самоваров» 1890-х годов. Например: «чайная торговля должна быть открываема не ранее 5 часов утра и закрываема не позднее 11 часов вечера»; «самовары подавать хорошо вылуженные и вычищенные»; «кроме подачи самоваров, молока и других принадлежностей чаепития, никакой другой торговли не производить». Заканчивалась аренда первого октября.