– Это нижняя граница нормы, – сообщает врач, орудуя датчиком на моем пятимесячном животе. – Поводов для тревоги нет…
– Но? – улавливаю намек.
– Я бы посоветовала съездить в столицу к профессору Смолянской, чтобы полностью успокоиться.
Она убирает датчик.
Я сажусь, стирая с живота липкий гель салфеткой.
– Все было хорошо. Не понимаю, что случилось?
Врач печатает протокол УЗИ и расписывается.
– Такое бывает. Случай спорный… По УЗИ точно скажет, есть у ребенка порок развития или нет, только опытный врач. Смолянская специалист с большой буквы и творит чудеса. Но оснований направить вас в Москву по квоте нет…
Я понимаю без лишних слов.
Оснований для квоты нет, но проверить нужно. Дальше за свой счет.
– Я не имею права настаивать, чтобы вы проходили обследование платно, – располагающе говорит она. – Но для собственного успокоения лучше сделать это и не волноваться до родов.
– Понимаю, – прикусываю губу.
– Есть второй вариант, но не знаю, насколько в вашем случае это возможно.
– Какой? – хватаюсь я за соломинку.
– Такая патология – часто наследственная. Если все в порядке у вас и отца ребенка, то вероятность заболевания ничтожная. Но к генетику нужно идти вместе. Если вы договоритесь с папой…
– Это еще сложнее, чем ехать к Смолянской, – вздыхаю я.
Выхожу из кабинета в потерянном состоянии.
Вроде бы, ничего серьезного не случилось. Нижняя граница нормы – это все еще норма. Но настроение на нуле.
До сегодняшнего момента беременность протекала идеально.
Даже токсикоза не было!
Я цвела, как майская роза и попала в малый процент женщин, которым беременность к лицу.
И вот, удар.
Уже второй: первый был, когда наш папа – известный столичный магнат, пригласил меня на свидание со словами «Нам нужно обсудить наши отношения», а вместо предложения руки и сердца сообщил, что возвращается в Москву. Без меня, конечно.
Тяжело вздыхаю.
Выхожу на улицу: вокруг цветет и пахнет апрель, но наслаждаться весной не получается.
Была ли у Артура Апраксина генетическая поломка, не знаю. По правде сказать, мы недолго были вместе. И я на него даже не злюсь.
Этот мужчина покорил меня с первого взгляда.
Красавец с роскошной фигурой тридцати пяти лет прибыл в наш город, чтобы с зарубежным партнером основать здесь производство. Мэр был просто в восторге от скорых финансовых вливаний и заграничных инвестиций. Дело грозило растянуться на полгода. Артур периодически приезжал к нам, иногда жил по неделе… Он отлично говорил по-немецки и с партнером из Германии общался сам, а вот наш мэр привлек переводчицу для встреч.
Это был мой первый опыт работы на таком уровне.
Мне было двадцать пять лет, я с отличием окончила университет, свободно говорила на немецком и английском и заняла второе место на городском конкурсе красоты. В общем, мэр решил, что я отличная кандидатура на роль переводчицы, чтобы не ударить в грязь лицом перед заграничным гостем. На тот момент я трудилась в администрации города.
Меня привлекли в качестве переводчицы на весь период. Общалась я в основном с немецким бизнесменом, но замечала, что господин Апраксин не сводит с меня глаз…
Тем же вечером он пригласил меня на ужин.
– Эй, цыпочка! Ты такая красотка! – доносится молодецкий рев.
Вздыхаю, едва удерживаясь от того, чтобы покрутить пальцем у виска. Позади тащится крутая тачка с мордоворотом за рулем. Он восторженно пускает слюни на руль, любуясь моим видом сзади, ровно до тех пор, пока не поворачиваюсь полубоком и не становится виден живот.
– Э-э-э… Извини, – бормочет и топит газ.
С пробуксовкой машина срывается с места и уносится вдоль аллеи.
Как я уже говорила, беременность меня пощадила: сзади моя фигура неотличима от той, что была полгода назад. Даже талия осталось осиной. В сочетании с длинными волосами цвета блонд, это вызывает в некоторых мужчинах неумное желание ухлестнуть, а меня ставит в неловкое положение. Хорошо, что увидел, что я на пятом месяце.
Сворачиваю к кафе.
Мы с подругой договорились встретиться после УЗИ. Она тоже беременна, только срок побольше. Это была одна из причин, по которой я оставила незапланированного малыша – слишком уж она выглядела счастливой.
Сейчас, к сожалению, счастьем от меня не пахнет. Может вовсе отменить встречу и домой? Но Маринка там, и уже машет тонкой рукой через высокую витрину в черном обрамлении.
Вздыхаю и захожу внутрь.
Она заняла столик у окна. Как всегда счастливая – просто утреннее солнышко. На ней летний сарафан в арбузах и розовый кардиган. На запястье россыпь браслетов. Как и мне, ей двадцать пять, только она удачно замужем и срок почти семь месяцев.
– Что случилось? – она затягивается лавандовым лимонадом. – На тебе лица нет!
Качаю головой.
Так трудно признаваться, что у тебя плохие новости!
– У ребенка под вопросом патология сердца. Нужно ехать в Москву, обследоваться.
– Оу… – большие глаза становятся сочувствующими. – Все так серьезно?
Судорожно вздыхаю, растерянно заказываю свежевыжатый гранатовый сок – с начала беременности схожу с ума по его терпкому вкусу.
– Меня послали к определенному врачу.
– Может, просто выкачивают деньги?
– Не знаю.
– Как ее зовут?
– Смолянская.
– Что-то знакомое, – бормочет подруга.
Закапываюсь в телефон. Восторженными отзывами о Смолянской забито пол интернета. С фото на меня смотрит красивая, моложавая врач.
– Ого, учредитель клиники репродукции, – бормочу я. – Возглавляет московский филиал…
Известный доктор.
Вся страница в благодарностях. Женщины благодарят ее за беременности, здоровых детей, на лечение едут из других регионов. Стоимость услуг соответствующая. К ней обращаются знаменитости…
– Я ее вспомнила, – бормочет Марина. – Девочки в группе ее обсуждали. Крутая доктор!.. Съезди, знаешь… Если кто и поможет, то она точно.
С сожалением смотрю на ценник и вздыхаю.
Плюс дорога и в столице нужно где-то и на что-то жить.
Да уж…
Разумнее всего отказаться – свободных денег нет. Зато есть нижняя граница нормы. Крючок уже засел, я проглотила наживку: если не поеду, изведу себя до родов…
Гранатовый сок кажется не таким вкусным, как обычно. Отдает железом и кровью…
– Может, тебе попросить помощи у папы ребенка? – деликатно начинает Марина и выразительно смотрит на мой живот. – Я понимаю, ты ему не сказала о беременности, но… Может стоит с ним хотя бы поговорить? Попросить материальную компенсацию, в конце концов, ты от него беременна!
– Если бы это было так просто, – усмехаюсь я. – Это не так уж и безопасно, Марина.
– Я знаю, ты обиделась на него…
Она продолжает, пока я пялюсь на весеннюю аллею в окно.
Да, обиделась.
Нет, дело не в этом…
Меня предупреждали к нему не лезть.
Артур очаровал меня в первый же вечер, он был таким воспитанным, интеллигентным и умным – это полностью вскружило мне голову. Мужественный и умный мужчина – беспроигрышное сочетание. Дальше все развивалось, как по сценарию: еще два свидания, общая ночь в его номере, я была счастлива… Он, казалось, тоже мной очарован – это была ошибка, как выяснилось позже.
До сих пор не понимаю, что случилось…
Мы встречались на протяжении полугода. Он то приезжал, то уезжал, но всегда торопился на встречу со мной. Несколько раз мы даже спонтанно летали заграницу на выходные: Париж, Вена…
При встрече он всегда приносил цветы. Целовал мне руку. Все счета тоже полностью оплачивал он. Дарил подарки: ювелирные украшения, дорогой шоколад, платья… Не знаю, может быть, в Москве так принято относиться ко всем девушкам… Но я была уверена, что Артур всерьез ухаживает за мной.
До сих пор у меня когнитивный диссонанс, когда думаю о том времени и о нашем расставании. Как же так?
Эх, да что об этом!
– Он же тоже из Москвы, – продолжает Марина. – Вот смотри, я нашла, где он работает… У него офис на Тверской. Поедешь к врачу, зайди, поговори с ним, Элена. Это ведь его ребенок! Вот Кирилл во мне души не чает…
Усмехаюсь.
Ну да, ее муж из тех мужчин, что в своих соцсетях ставит фото с беременной женой, которой целует живот.
– Не хочу, – бормочу я.
И до Москвы еще нужно доехать.
– Зря ты так, он богатый человек, – пытается вправить мне мозги Марина. – Для него эти деньги – копейки… Смотри, здесь написано, он даже несколько благотворительных фондов содержит. Один из них детский!
– Вот этого я и боюсь, – прямо говорю я.
Я, конечно, о том, что он богат. А не о фондах.
Спустя полгода нашего крышесносного романа, когда я уже полностью погрузилась в сладкие розовые мечты, меня вдруг затошнило утром. Когда у в последний раз были эти дни, я тоже не вспомнила… А уже через час тест порадовал меня двумя полосками.
В голове был полный хаос!
Ранний звонок от Артура добавил смятения: он сообщил, что нам нужно обсудить всерьез наши отношения и предложил сделать это вечером в ресторане.
То ли гормоны лишили меня разума, то ли я совсем потеряла бдительность, но тут же решила, что он сделает мне предложение.
Обсудить отношения всерьез – что еще может быть?
Я знала по слухам, что скоро Артур уезжает в столицу. Наша работа подходит к концу и больше возвращаться он не будет. Была на все сто уверена, что мы обручимся и он заберет меня с собой.
Вот что творят мечты с девичьим мозгом.
Даже Маринке позвонила похвастаться. Она недавно забеременела и только вкушала все прелести будущей мамочки. Она просто визжала от восторга, узнав, что я тоже в положении.
Вечером при полном параде я появляюсь в ресторане. На мне узкое платье, подчеркивающее мою девичью фигуру, я свечусь от радости.
Сначала даю ему слово, чтобы затем обрадовать новостью о моей беременности.
А вышло так, что не сказала.
– Элена, милая, – говорит он, я жду продолжения с самыми долгожданными словами, но на меня словно выливают ведро холодной воды. – Я возвращаюсь в столицу. Моя работа окончена. Спасибо тебе за все, за то, что составила мне компанию, ты потрясающая девушка. Нам пора расстаться. Возьми это от меня… Как прощальный дар.
Он пододвигает коробочку с ювелиркой.
Я ведь беременна, бьется в голове мысль, он что, расстается со мной? Он просто коротал со мной эти полгода?!
Осознание, что меня бросают, вдребезги разбивают сердце и мои розовые очки.
На глазах появляются слезы.
Становится стыдно, что я так легко даю волю эмоциям. Он и все в ресторане сейчас поймут, что я шла с другими мыслями и на другое рассчитывала… А меня бросают.
Я встаю, и ухожу, не проронив ни слова.
Тем более, ни слова о том, что наш роман имел вполне живое и четкое продолжение. Нашего ребенка. Которого он больше никогда не увидит.
Так я тогда думала.
До того, как здоровье малыша оказалось под вопросом. И что теперь делать – неясно.
От невеселых мыслей меня отвлекает звонок. Надо же: врач из клиники!
– Элена, у меня хорошая новость, – ее голос звенит от радости. – Нам удастся обойтись без квоты и отправить вас в столицу. Я позвонила в фонд Апраксина, который специализируется на помощи детям и беременным женщинам, они согласились помочь! Я уже отправила заключение. Если они одобрят заявку и перечислят деньги, то в конце неделе вы будете у Смолянской!
***
Если вам понравился рассказ, рекомендую почитать книгу, написанную в том же жанре - "Внебрачный сын магната", Мария Устинова.
Всех Ц.