Психология наёмников Ренессанса - очень интересная штука! Как обычно представляют себе этих людей: будь то ландскнехты, швейцарцы, или те же терции (которые суть переходное звено между наёмной и регулярной армией - в чём-то близкое к одному, в чём-то к другому)? Как жадных до денег псов войны: "плати, и мы твою победу в дар тебе принесём, а не заплатишь - не избудешь вины". На деле всё было не совсем так, а несколько сложнее.
Ни одно государство того времени на практике было не способно обеспечить крупную армию регулярными выплатами жалования. Во-первых, потому что войны выходили баснословно дорогими, и постоянно велись в кредит. Во-вторых, из-за банальной сложности логистики: те же трагические события в Антверпене случились во многом из-за банально не дошедший до фламандских берегов кораблей с золотом.
В этих условиях та сама профессиональная этика наёмников, в существование которой недавно отказывался верить один из комментаторов в нашем паблике, выходила на первый план. Чем хороший наёмник отличается от плохого, как вы думаете?
В первую очередь, отношением к своей чести. Что швиссов, что ландскнехтов, что солдат терций роднил один и тот же подход: своей профессией эти люди безмерно гордились, себя считали равными рыцарям (а то и лучше!), и более всего не мирились с отношением к себе, как к пушечному мясу.
А такое отношение - палка о двух концах. С одной стороны, Габсбургам (что в Германии, что в Испании) хватало ума постоянно поддерживать высокий престиж наёмной службы в армии. Поэтому они несколько реже сталкивались с тем, что мешало французам в Итальянских войнах: "швиссы ушли, потому что тут дела как-то не очень, и в кантоне родном проблемы".
С другой стороны, и сами наёмники дорожили подобным статусом, пусть неосязаемым. Единственное, что было недопустимо - это отсутствие еды (опять же, именно голод толкнул людей де Авилы на то, что вышло в Антверпене). А жалование иной раз не платили несколько лет подряд, и это могли терпеть очень долго: особенно, если кампания идёт активно, и потому поступают трофеи.
Бунты, и акты неповиновения вообще, редко случались в то время, когда действительно надо было воевать. То есть, терции обычно не имели привычки ультимативно требовать оплаты ДО боя. Предполагалось, что наниматель и окружающие подобное сочтут проявление трусости и мелочности. Вопрос "не затронет ли факт мятежа нашу честь - а то бунтуем, когда воевать необходимо" был при организации подобной акции очень важным. Именно поэтому, в первую очередь, виновники резни в Антверпене не понесли никакого наказания: ну да, бунт. Но при длительном простое, а не в ответственный момент же!
С ландскнехтами выходило несколько сложнее: когда как. В принципе, отсутствие денег более-менее терпели, хоть и куда хуже, чем в терциях. Всё-таки, им уже было важно показывать, что они люди свободные, на равных правах с рыцарями - у них тут собственный интерес. Опять-таки, в терциях было полно идальго, которым что-то подобное и ни к чему доказывать...
А вот швиссы имели более стойкую тенденцию к соблюдению принципа "нет денег - нет швейцарцев". Что никак не умаляло общих их высоких качеств: если платили, то швейцарцы сражались с невероятным упорством. Причина, понятно - в куда больше обособленности их народа в принципе.
Хотя случались и обратные примеры: взять ту же Великую осаду Мальты 1565 года, когда с заведомо обречённым на гибель гарнизоном форта расплатились вперёд. Обе стороны восприняли это правильным жестом: хоть деньги оставалось только проигрывать друг другу в карты напоследок, но было соблюдено взаимное уважение.
Словом, взаимоотношения наёмников с нанимателями - штука куда более сложная, чем многим кажется. И психология этих людей отнюдь не строилась на одной только алчности. Что, в принципе, не удивительно: вспомним того же Ромеро, что ушёл из дома в 15 лет, и остался в действующей армии до своей смерти в 59. Люди проживали на войне целую жизнь, не желая от неё ничего другого. Тут не может дело состоять только в деньгах.
Grand Orient