Был такой кинорежиссёр и сценарист, Алексей Юрьевич Герман, он же Алексей Герман-старший. Да, он был сыном Юрия Германа, что написал довольно много произведений. Кстати говоря, Алексей Герман нередко снимал по книгам своего отца. И, наверное, это было хорошим делом – экранизировать книги отца. И да, я сейчас совершенно серьёзно. И вот тут я хотел бы сразу сказать – я не смотрел его фильмов до «Трудно быть богом». Да, вот так вышло, что они прошли мимо меня. И нет, я не думаю, что буду смотреть «Проверку на дорогах», или «Ивана Лапшина». Уж простите, но… я не думаю, что мне будет это интересно. Да, я знаю про эти фильмы, знаю, какие темы они затрагивают, но… как я уже писал, я не думаю, что мне будет интересно это смотреть. Тем более, что мне отлично известно, что эти фильмы считаются хорошими и качественными.
К тому же, лично мне больше интересно, как те, кто при «кровавом совке» мог снимать хорошее и качественное кино, после того, как «настала свобода», начали снимать фильмы… не такие хорошие? И вот, на примере Германа-старшего (а я потом и про Германа-младшего поговорю!), я и хотел бы рассмотреть этот вопрос…
Вот давайте рассмотрим, что он снимал до развала СССР? Четыре фильма, где он был режиссёром. «Седьмой спутник» (кстати, я так и не понял смысла этого фильма), «Проверка на дорогах», который поднимает, я бы даже сказал, «остросоциальные темы», «Двадцать дней без войны», что рассказывает о небольшом отрывке из жизни военного корреспондента, и… «Мой друг Иван Лапшин», который представляет собой просто историю дружбы двух человек. Повторюсь, я не смотрел этих фильмов, и, наверное, не буду этого делать.
После того, как не стало СССР, Герман-старший снял фильм «Хрусталёв, машину!», который рассказывает о «деле врачей», на примере одного из них. И тут, как говорится, «творец» (простите, иначе я просто не могу выразиться), развернулся на всю катушку. «Чернуха» во все поля, включая и разного рода… мерзкие вещи, которые сейчас и вовсе являются пропагандой запрещённых вещей. Ну, я про то, что сделали с главным героем зэки в тюрьме… И снова – тема репрессий, тема того, что «Сталин был кровавым тираном», и так далее и тому подобное… Знаете, когда я в очередной раз вижу, или слышу про Сталина, или про СССР такие вот вещи, я просто чувствую, что те, кто их говорят, сами себе не верят. Но, вот по какой-то странной причине, с упорством, достойным лучшего применения, снова и снова их повторяют… Не знаю, на самом деле, зачем…
А потом, по сути, уже перед самой смертью, Герман-старший решил «замахнуться на самого Уильяма нашего Шекспира!», точнее, конечно, на повесть братьев Стругацких «Трудно быть богом». И вот это, на самом деле, сделало его имя просто нарицательным, в том, что касается отвратительного кино. Кстати, как говорили знающие люди, «творить» так Герман начал ещё на съёмках «Хрусталёва». И я, наверное, рискну с этим согласиться…
Наверное, пересказывать сюжет повести Стругацких, не нужно? Как мне кажется, с этим произведением знакомы все, или почти все, не так ли? Скажу лишь общий «синопсис». На другой планете, в государстве Арканар, работают наблюдатели с Земли, из Института Экспериментальной Истории. Собственно, не только в Арканаре, в других государствах тоже. Именно в Арканаре работает такой Антон, под личиной местного аристократа, дона Руматы Эсторского. И, по ходу сюжета, этот самый Антон-Румата подвергается очень сильным испытаниям своей психики, в процессе которых и ломается. Ну, а конец этого, очень хорошо рассказан в конце повести, когда «видно было, где он шёл» – землянин, который, по сравнению с местными, является, по сути, «младшим братом Терминатора», в самом деле, может натворить дел. Собственно, именно это, наверное, и является главным моментом повести. Ну и то, как коммунар, человек из того самого, «Мира Полудня», превращается в зверя, как происходит его Падение – тоже, можно было очень интересно показать на экране. Но, Герман начал действовать по принципу, «я художник, я так вижу»…
Я не хотел бы шокировать моих читателей разного рода подробностями, которые могут вызвать рвотные позывы даже у людей с крепкими желудками. Я не буду рассказывать о том, что там можно видеть почти в каждом кадре. Но, если сказать о фильме в двух словах, то Герман работал по мифу о том, что в Средние Века (а Арканар, по сути, представляет собой именно государство раннего Средневековья), была тотальная антисанитария, люди могли делать некоторые вещи, что называется, прямо посреди улицы, никогда не мылись, и так далее. Да, про мытьё, в книге сказано прямо – что Румата, по мнению его слуги, мальчика Уно, мылся слишком часто – каждый день, и опять же, каждый день менял бельё и одежду. Нигде, к слову, не говорится о том, что другие не мылись вовсе… Да и в эпизоде с «доной Оканой», тоже не всё так просто, как может показаться на первый взгляд. Может, она всего пару суток не мылась, а так как было жарко – вот и запах пота? В общем, как говорят некоторые «нетоварищи» – «не всё так однозначно», если вы понимаете, о чём я…
И что же сделал Герман? О, на самом деле, много чего. Он на самом деле постарался, чтобы показать Арканар и его жителей в максимально мерзком и неприглядном свете. Центровой диалог фильма, что состоялся между Руматой и Будахом, тот, что «сердце моё полно скорби, я не могу этого сделать», показан так, что… в общем, я даже не желаю этого комментировать. Я даже не буду говорить о том, что актёры, которым положено вести себя так, как будто тут нет ни камеры, ни чего-то ещё, специально заглядывают в камеру, корчат рожи и делают тому подобное. Почему? Ну, наверное, «я художник, я так вижу»? От сотрудников Института осталось одно название, они никому не нужны на этой планете, и занимаются какими-то совершенно «левыми» делами, пьют и медленно разлагаются. Да и сам Румата… Знаете, Леонид Ярмольник – на самом деле, как минимум, интересный актёр, хотя я мало его видел. Но вот этот фильм, по сути, испортил его резюме, как мне кажется. Собственно, я не понимаю, он что – не видел, куда попал? Ведь это не фильм, а… издевательство, как над фильмов, так и над теми, кто любит книги Стругацких…
И да, в процессе окончательного монтажа, Герман-старший покинул наш бренный мир. Фильм доделывали его сын (Алексей Герман-младший) и супруга, Светлана Кармалита. И я даже не буду писать о том, что Кармалита, как и сам Герман-старший, дописывала ту самую повесть «Здравствуйте, Мария Николаевна», по которой были сняты «Торпедоносцы»… Ни на что не намекаю, но… есть в «Торпедоносцах» что-то такое, что намекает на то, что Герман «держит фигу в кармане», если можно так выразиться. Ну, или это только моё мнение…
А теперь, давайте я скажу несколько слов про Германа-младшего…
Так вышло, что я не особо много смотрю отечественных фильмов. Не знаю – или качество у них, не самое хорошее, или просто не снимают сейчас у нас в стране то, что я хотел бы смотреть. Но, творчество Германа-младшего мне не было известно вообще. Нет, я, конечно, прочитал синопсисы его фильмов, и понял, что я просто не желаю это смотреть. Как говорится, я просто нахожусь в «другой Галактике», если можно так выразиться. Мне не интересно это смотреть. И всё бы ничего, если бы Герман-младший не решил снять «кино о войне». Да-да, о той самой Великой Отечественной. И снял он фильм под названием «Воздух»…
Вот честно, я пробовал его смотреть. И я так и не понял – зачем он это снял? Какую преследовал цель? Потому что снова всё это – «победа вопреки», если можно так выразиться, сталинские репрессии, что-то, что заменяет собой «любовь»… Вот, кстати говоря, эта манера пихать, куда надо и не надо любовные линии – это не есть хорошо. Порой это просто себя не оправдывает. Порой это просто лишнее! Но, нашим «творцам», как известно, всё равно, они же «художники, они так видят!». По факту, кстати говоря, никакой любви там и нет, но… кого это вообще волнует! А вот, что касается «боевых сцен»… А с ними всё очень интересно – их, можно сказать и нет. Помните, во время съёмок «Девятаева», использовали «вирпилов», которые «летали» в симуляции на движке игры «WarThunder»? Я, на самом деле, не фанат компьютерной графики, но понимаю, что сейчас найти в «живом виде» ту же «Аэрокобру», которая будет летать, снять воздушный бой, показать всё в подробностях – не так-то и просто. А показать через игру, в которой есть очень хорошая детализация – гораздо проще и дешевле. Хотя, есть и те, кто предпочитает снимать «практические эффекты». Так вот, у Германа, воздушные бои, конечно, есть. Только вот, сняты они так, что смотреть их просто невозможно. Их мало, сняты они плохо… И зачем, в таком случае, вообще, было это снимать? Просто, «чтобы было»? Ну… мне вот, как человеку, который любит хорошее кино – сложно ответить на этот вопрос. Очень сложно… А вот явственный «антисоветский посыл» в этом фильме ощущается очень и очень хорошо… И нет в этом ничего хорошего.