В этом году исполняется 225 лет со дня рождения Александра Сергеевича Пушкина. По установившейся с 19 века традиции наша страна с размахом отмечает память поэта открытиями памятников, чтениями стихов, выступлениями знаменитых литераторов, концертами, музейными выставками и, конечно, очередными изданиями его сочинений. И каждый раз в российском обществе звучит классическая аксиома о том, что Пушкин – «наше все». Под этим «все» обычно понимают и его вклад в становление и оформление русского литературного языка, и колоссальное влияние на формирование национального самосознания, и мощный толчок для развития других сфер искусства – музыки, живописи, театра…
Пожалуй, в очередной юбилей поэта есть смысл вспомнить его удивительную творческую открытость, контактность и диалогичность. Культурологический феномен Пушкина заключается в том, что он как никто другой умел соединить (и примирить!) все хорошее русское со всем хорошим европейским. В его лирике и прозе есть всего понемножку: и «русский дух», и «предания старины глубокой», и байронизм, и увлечение Шекспиром, и Вальтером Скоттом, и многое другое. И эти разрозненные элементы под его легким, но не по возрасту мудрым пером соединяются в гармоническое целое, которое не перестает удивлять как благодарных читателей, так и профессиональных критиков.
Пушкин подкупает своей беспристрастностью. Он не давил на интеллект и был спокойным, рассудительным патриотом: с гордостью и огромной любовью описывал «предания старины глубокой» (как, например, в «Борисе Годунове» или «Капитанской дочке»), но и без стеснения высказывал все, что думал, о наболевших проблемах российской действительности – как прошлой, так и современной. Вообще, он ни на что не претендовал, хотя сознавал, признавал и подчеркивал высокое призвание поэта как глашатая эпохи.
А еще Александр Сергеевич – пожалуй, самый позитивный автор русской классической литературы. Даже Чехов не может соперничать с ним в остроумии. Правда, Пушкин часто едко острил и оскорблял знакомых и друзей своими юмористическими пассажами (что приводило к дуэлям). Но все же его лучшие произведения – как поэтические, так и прозаические – дышат таким искренним оптимизмом, верой в лучшее, светлое будущее, надеждой на счастье, что даже спустя столетия заряжают читателя оптимизмом.