Если сауна, то финская. Если хамам, то турецкий. А если баня, то, конечно, русская. Отдых в распаренном деревянном помещении, температура пара в котором обычно доходит до 60–70 градусов, порой воспринимается как часть самой концепции «русскости». А в 2007 году Союз банщиков России даже предложил утвердить отдельный банный день (как ни странно, летом) — 14 июня. Без бани сложно представить и современную Москву: одних только общественных заведений насчитывается больше двух десятков. Но реально ли это много и как в действительности устроен банный бизнес?
Без преувеличений, лучший банный комплекс Москвы!
Мужской банный клуб «ТайгаПар» рассчитан на 180 посадочных мест. Огромная парная на 120 человек с уникальной печью. Вся ее поверхность покрыта изразцами ручной работы из белой глины. Мы нигде такого не видели!
Эта печь — претендент на книгу рекордов как самая большая изразцовая печь в России.
Помимо большой парной тут есть травяная баня, хаммам, 2 кедровые парные для индивидуальных парений, бассейн с функцией джакузи, снежная комната, купель с ледяной водой, сенная комната, фито стена с лежаками, массажные кабинеты, маникюрный кабинет, и, конечно, ресторан авторской кухни. В зоне ресторана расположены удобные кабинки на разное количество гостей и закрытые ВИП-комнаты.
Все это – практически в центре столицы, в Москва-Сити.
Стоимость входного билета на 3 часа в будни обойдутся от 4650 рублей. В выходные 5500 рублей.
Адрес: Пресненская набережная, 4, стр. 1.
Московская банная традиция
О традициях, культуре и значимости бань для Москвы говорят уже больше века. Многие в таком разговоре цитируют Гиляровского. У него, кажется, найдется фраза под любой знаковый символ столицы:
Единственное место, которого ни один москвич не миновал, — это бани. И мастеровой человек, и вельможа, и бедный, и богатый не могли жить без торговых бань.
Краткая история русской бани
Первые городские платные бани, по данным Главархива, появились в Москве в конце XVI века. Располагались они по берегам столичных рек: именно в них посетители, распарившись в парной, прыгали, чтобы остудиться. Во второй половине XVIII века общественные бани стали уже массовым явлением, подконтрольным городским властям. Фактически помещения сдавались городом в аренду откупщикам, которые обязались обеспечить мужское и женское отделения. Помимо этого, откупщики отдавали значительную часть дохода в казну, принося ей ощутимый доход, — поэтому, закрыв одно заведение, они должны были взамен открыть новое.
Самые знаменитые сохранившиеся бани, основанные еще в XVIII веке, — конечно, Сандуновские. Культовые парные были открыты
Силованом Зандукели, куда больше известным как Сила Сандунов, в 1809 году. Именно эти бани пережили и весь XIX век, и революцию, и Советский Союз, на протяжении всего этого времени действуя именно как общественные.
Геннадий Бартухин генеральный директор банного комплекса «ТайгаПар» В Сандунах, где имелось несколько разрядов, были представлены элитарные номерные отделения. При этом там были и пусть более дорогие, но общественные разряды, куда любил ходить распеваться Федор Шаляпин. В Москве вообще была богатая банная культура, и такие же развитые структуры бань существовали и в других региональных центрах. Параллельно в каждом хозяйстве в средней и северной полосе была деревенская баня в том или ином виде. В крестьянском доме все было завязано на физическом труде, и, безусловно, парение позволяло снять с разных частей тела физическое напряжение. Но еженедельное посещение бани — не только помывка, но традиция укрепления семейных связей.
Формально вторые по старшинству московские бани с сохранившимся историческим зданием — Селезневские. Они были перестроены в 1888 году, хотя сам бренд (если это слово вообще применимо к баням, открытым больше трех веков назад) появился еще в XVIII веке. Наконец, еще одни старинные парные, которые не поменяли своего расположения — Ржевские, — также открылись в 1888 году. Они, пожалуй, были самыми «народными»: благодаря низким ценам, их посещали люди всех сословий. И именно модель Ржевских бань в итоге стала самой «ходовой».
В СССР понятие бани частного характера фактически исчезло — на смену ей пришел «санитарно-обмывочный пункт» или, иначе, «банно-прачечный комбинат». Это было государственное предприятие, призванное решить вопрос гигиены горожан, не все из которых в первой половине XX века могли позволить себе устраивать полноценные купания дома. Бани подобного типа начали появляться по всей стране.
Чтобы представить, как примерно они были устроены, можно посетить Воронцовские бани. Появившиеся в 1938 году в Пролетарском районе Москвы, изначально они были окружены бараками, в которых проживали рабочие близлежащих заводов: «Московский шинный», «Серп и Молот», «Динамо» и «Первый шарикоподшипниковый». Для многих заводчан субботние походы в баню были и одной из немногих опций досуга, и способом укрепить дружбу. Потому что в общественной бане за недостатки сложно было винить кого-то кроме себя: парильщиков как специалистов банного сервиса в комбинатах не существовало, и потому каждый посетитель бани делал пар для себя и других.
По сути, каждый исторический перелом менял и формат банного отдыха, привычный жителям сначала Империи, затем Союза и, наконец, Федерации. В 1990-е люди стали посещать сауны — те самые полуподвальные заведения, в которых главным способом расслабить тело был не пар. Этот период в банной среде вспоминают с явным неудовольствием. Тем не менее сегодня, как говорит генеральный директор банного комплекса «ТайгаПар» Геннадий Бартухин, «культура возрождается».
В современной истории представлено сразу несколько видов бань, которые условно можно обозначить так.
- Ритуальная баня. Самый древний вид бани, в котором мастер лечит, работает с психологическими запросами. Это исключительно оздоровительный, обрядовый формат, который не призван намыть человека.
- Общественная баня. Появившиеся еще в царской, а затем развитые уже в советской России через «банно-помывочные комбинаты», в которых просто можно помыться.
- Домашняя, или «арендная» баня. Сруб где-то в пригороде или области, а порой и в пределах Москвы, который можно снять на компанию. По сути, это просто оборудованная площадь, которая передается из рук в руки.
- Термы, спа-комплексы. Европейский формат, который частично присутствовал в царской России, но, понятное дело, был не очень популярен в советское время. Это бассейны, прочие термы, где баня не является основным местом притяжения, но хорошо дополняет все, что можно в этом процессе делать.
Баня, которую мы получили
Современная московская баня — что-то среднее между советской общественной баней и европейскими термами, в которые ходят не столько ради гигиены, сколько ради комплекса спа-услуг. И этот тренд Москва задает всей России, которая до сих преимущественно обходится без банщиков.
При этом баня как сервис, услуга и ритуал часто воспринимается деятелями индустрии, скорее, как просветительский проект, способный привлечь к банной культуре внимание широких масс. Потому что ходит в бани меньше 10% населения России.
Олег Пашков исполнительный директор банного департамента холдинга Alba Group, владеющего московским и загородным комплексами «Жар-Птица» Вопрос статистики — очень плавающий. Мы оцениваем в рамках Москвы, Хабаровска, Владивостока? Потому что посещаемость бани может сильно варьироваться от локации. Мои исследования, которые я делал по крупнейшим банным комплексам, говорили о том, что от 5 до 7% всего населения посещает банные комплексы в крупных городах-миллионниках. В некрупных городах, поселках общественная баня может быть единственным центром притяжения, в который ходит чуть ли не 80% населения время от времени. «Жар-Птицу» в среднем посещают от 16 тыс. до 20 тыс. людей ежемесячно.
Но привлечение публики, увлекающейся баней, остается главным вызовом для любого игрока этого рынка — заново научить людей банной традиции. Нестор, сооснователь банного комплекса Siberia и главный судья Национальной Банной ассоциации, рассказывает: «Мы возрождаем банную культуру из руин. Она восстанавливается на новом уровне, где мы можем оздоравливать население, делать баню здоровой и безопасной для всех гостей».
Сейчас в Москве найдется баня на любой вкус и цену. Так, за 3,5–5 тыс. рублей (без учета стоимости массажей) можно хорошо провести 3–4 часа в большинстве известных московских бань. В «ТайгеПар» создают «братство» исключительно для мужской части населения, «Жар-птица» приглашает сначала отдохнуть раздельно, в женском и мужском разряде, а потом провести время вместе в общей спа-зоне. Воронцовские, Усачевские, Коптевские и иные бани предлагают стандартные парения в раздельных разрядах, но с парильщиками — сами посетители печку не топят. И, конечно, во всех этих банях есть дополнительные услуги: индивидуальное парение, массаж, разнообразные терапевтические процедуры.
Ощутимо дороже — минимум в 25 тыс. рублей с человека, — обходится посещение банных комплексов вроде Siberia, «Экспедиции», «Места силы». Там предлагают комплексные программы парения, в которые уже включены отдельная комната, услуги банщика и спа-процедуры. Так, например, в «Месте силы» помогают «перезапустить органы чувств» на «4-часовой обрядово-банной программе», которая также подойдет для «улучшения деловых отношений и финансового потока». В Siberia предлагают воссоздать аутентичный опыт парения в деревне: для этого собирают специальные веники (каждый под свое парение), скрабы и локации.
Взгляд на то, как должно проходить идеальное парение и сколько оно может стоить, у всех немного разный, хотя любой подход сводится к цели собрать людей вместе. «Чего не хватает мужчинам? — рассуждает Геннадий Бартухин. — Общения! Не в гаджетах, а лично. Поговорить, что произошло за неделю. О политике, футболе, хоккее. В «Иронии судьбы» у каждого своя профессия, своя жизнь, но баня их объединяет».
Слова Бартухина поддерживает и Олег Пашков: «После пандемии баня стала для москвичей культом. Это культура общения, которого не хватало, пока все сидели на изоляции».
Новая индустрия
Итак, у механики распространения банной культуры довольно простая логика: человек идет в баню нового типа, где его встречает обученный мастер парения, объясняющий, что именно он делает и зачем. Качественно отдохнув и вдохновившись, человек начинает изучать банную культуру самостоятельно. Профит!
Проблема в том, что сам банный бизнес пока сложно назвать простым и отлаженным. Нестор, сооснователь Siberia, считает, что сейчас рынок находится на старте и только идет к пиковой точке.
Сейчас банями начинает заниматься все больше людей, для которых сам этот предмет — нечто новое. Геннадий Бартухин говорит: «Чтобы правильно выстроить бизнес, нужно, во-первых, понимать сам процесс, а, во-вторых, любить баню. К сожалению, сейчас открываются банные комплексы, в которые заходят инвесторы-дилетанты, считающие, что, вложив небольшие суммы — поставив лавочки, обустроив простейшую парную, — они делают бизнес и заработают на этом. Это не так. Мало сделать просто парную, посадочные места — нужно понимать весь комплекс удовольствий, которые гость должен в итоге получить: само наслаждение, оздоровление и психологическую разгрузку. Когда складываешь всю эту цепочку, понимаешь, что это достаточно серьезный и затратный бизнес».
Опрошенные «Московскими новостями» предприниматели не называют точных сумм, потраченных на строительство банных комплексов, но говорят, что цифра всегда находится где-то в районе 100–300 млн рублей, хотя высшую ее границу назвать сложно. Все, что стоит дешевле, — уже частные бани, семейный подряд, на котором «банную империю» построить сложно. При этом окупаемости такие миллионные бани достигают примерно за 2–3 года.
Проблема в том, что в банном бизнесе не хватает тех, без кого он вряд ли сможет существовать, — мастеров пара. Несмотря на кажущуюся простоту, это довольно сложная и изматывающая профессия. Постоянно находясь во влажных и горячих помещениях, в какой-то момент парильщик обнаруживает, что чаще болеет, а кости у него становятся более хрупкими — вместе с потом из организма выходят и аминокислоты.
Отсюда — необходимость в постоянном обучении новых специалистов, знающих, как именно нужно парить других и заботиться о себе. «Скорость подготовки и количество парильщиков, увы, растет непропорционально числу банных комплексов. Мы открыли внутренний центр подготовки — привлекаем мастеров с последующим трудоустройством. Поэтому уверен, что за профессией большое будущее, хотя пока ее даже нет в официальном реестре на рынке труда: мастера могут регистрироваться как «спа-специалисты». Но мы двигаемся в этом направлении, и для всего банного рынка — бизнеса, индустрии, философии, миссии, — это очень важно», — добавляет Нестор.
Банное будущее
В отличие от дореволюционной России, в современной Москве бани — своего рода «серая» зона для города, существующая наравне с прочими спа-комплексами. Ни специальных субсидий, ни поддержки, ни условий для них не существует, хотя деятели банной индустрии уверены в особом социальном и культурном значении бани для любого города страны.
«Откуда взять инвестиции в несколько сотен миллионов? Вы сами знаете, какие ставки дают банки, чтобы получить кредит. Многие открыли бы, но ставки не позволяют — люди понимают, что улетят в трубу со всеми этими кредитными историями, — рассуждает Геннадий Бартухин. — Государство пока не видит перспектив развития, но мы ведем общение с разными чиновниками под разные программы. Но пока тормозится именно потому, что необходимо инвестировать, инвестировать и инвестировать. Тогда банная культура будет хорошо развиваться».
При этом сейчас, кажется, та самая точка, в которой видов банного отдыха становится все больше. И, вероятно, через еще несколько лет некоторым баням, до сих пор делающим ставку на общественный формат, придется исчезнуть навсегда: русские бани прошли путь от заведений, где платишь только за печку, к полноформатным спа-комплексам с атмосферой традиционности.