Добрый вечер, друзья мои!
Не зря говорят в народе "Давши слово, держись, а не давши, крепись". Вчера я почти до полуночи дописывала главу, а сегодня - правила. Короче говоря, я сделала это!!! Почти дописала роман!!! Горжусь собой, ведь был долгий перерыв в четыре или даже пять лет! Но благодаря вам, мои дорогие, я все-таки его написала. Остается только последняя часть "Вместо эпилога", чтобы свести воедино все концы, но это уже мелочи)
В общем, готовьте чаек, а чтиво вам обеспечено! Отрывок большой!
Готовы????
Погнали!!!!
И вот наступило четырнадцатое февраля. Перед сном я дала себе установку встать утром пораньше, чтобы собрать Петра! Боже мой, мне, наверное, впервые в жизни, заметьте на сорок восьмом году от рождения, вдруг захотелось погладить мужчине рубашку и завязать галстук. Что бы это значило? Засыпая ответа на этот вопрос я не нашла или не успела, потому что всю ночь плавала в океане. Мне снился Сингапур, наверное, одно из самых сказочных мест на земле. Когда-то мы были там с Пашкой. Ему тогда лет двенадцать, кажется, исполнилось. Господи, уже и не помню!
В общем, утром меня разбудил Петр, полностью готовый к выходу. К моему глубочайшему разочарованию, он оделся весьма демократично: пиджак, тонкий джемпер. А где же костюм, рубашка, галстук? Он ведь собирается на серьезное мероприятие. Примерно такие мысли вихрем пронеслись в моей еще не проснувшейся толком голове.
- Инн, я уже ухожу, - сказал он мне. – Сначала заеду за Майей, и мы вместе отправимся в книжный, где и будем ждать нашего гения. Он решил, что сам доберется до нашего главного магазина. Кстати, по телевизору только что прошла информация о сегодняшнем мероприятии, буквально пара слов, но сам факт порадовал. Я видел, пока кофе пил, представляешь, на одном из центральных каналов. Вот, что значит, мировая знаменитость в столице - матушке.
Мое сознание слегка прояснилось, и первым делом увидела наряд Петра. Нет, здесь явно что-то не так: он одет неправильно! А могу ли я это сказать ему?
- Подожди! А почему ты не в костюме? – Вырвалось у меня.
- Моя дорогая будущая жена, вы мыслите устаревшими категориями, - засмеялся он. – Подобные мероприятия подразумевают демократический стиль, только не джинсы!
- Хм! Тогда мое маленькое черное платье в стиле мадам Шанель отменяется? - спросила я. – Оно ведь ближе к коктейльному, кажется.
Наверное, моя заспанная физиономия выглядела настолько растерянной, что он нагнулся, чмокнул меня в нос и прошептал, что мечтает увидеть меня именно в этом платье и на шпильках.
Нет, справедливости ради должна признать, что одет Петр был стильно, выглядел современно, хотя выражение лица не соответствовало его внешнему виду. Он выглядел весьма озабоченным, и это соответствовало сегодняшнему мероприятию, за которое мой издатель отвечал. Я же, словно в противовес, чувствовала себя совершенно расслабленно и пребывала в уверенности, что все пройдет на высшем уровне. «Месье Мерсье в нашей стране популярен, поэтому на встречу с ним наверняка соберется немало народу, а значит, автограф-сессия не просто состоится, а еще и займет к тому же немало времени. Интересно, а они успеют на пресс-конференцию? Ведь до издательства еще надо добраться», - размышляла я за чашкой кофе. Погрузившись в эти мысли, я чуть не забыла о собственных планах. При этом спроси, о чем думала конкретно, не уверена, что смогла бы дать разумный ответ. Наверное, на самом деле задумалась о том, что будет дальше, как сложится наша жизнь. А ведь так хочется, чтобы все сложилось хорошо. Правда, кто из нас не мечтает о счастливом будущем? И возраст тут ни при чем.
Короче, мысленно я унеслась куда-то так далеко, что в реальную жизнь меня вернуло сообщение из салона красоты, в котором мне напомнили, что моего до визита остался ровно час.
Пришлось собираться в авральном порядке и, главное, вывести Изюмку. Хорошо, что собака у меня понимающая: получив задание гулять быстро, не отвлекаясь на друзей, уложилась ровно в двадцать минут.
В общем, я даже успела переодеться и закинуть в сумку туфли, чтобы быть на вечере неотразимой. В салон прибыла ровно к назначенному времени, где меня встретили две симпатичные молоденькие девочки. Одна из них оглядела мой наряд с ног до головы и поинтересовалась:
- А почему не totally black? Смотрелось бы стильно!
- Туфли не догадалась купить черные, - пояснила я. – А в закромах отыскались только бежевые шпильки.
- Понято! Кстати, круто! В них ваши ноги будут казаться длиннее! И второй вопрос! Вы нам доверяете или? – Она снова пристально посмотрела на меня.
Может, решила прочитать ответ в моих глазах? Я мужественно выдержала ее взгляд и улыбнулась:
- Моя голова и физиономия полностью в вашем распоряжении, но ничего сверхстрогого не хотелось бы. Короче, настраиваюсь на приятные процедуры, - доверительно сказала я, усаживаясь поудобнее в кресле.
Сознательно решила не подглядывать за работой мастеров, чтобы потом рассмотреть все разом. Мне было одновременно и страшно, и интересно, что получится с преображением. К тому же я еще ни разу не доверяла свое лицо специалисту по макияжу. Делать было абсолютно нечего, поэтому невольно снова вернулась к своим мыслям: представила тот день, когда стану матерью Лизы на законных основаниях. Признаюсь, помня недавний опыт с проигрышем в казенном доме, я боялась неизбежного судебного заседания о признании нас с Петром родителями несчастной крохи, потерявшей родных отца и мать. И вдруг незаметно перескочила к мыслям о Пашке. Прошло два месяца с того дня, и я поймала себя на том, что снова пытаюсь понять, что все-таки заставило сына предать меня. Нет, оправдать его пока не была готова, хотя злость или презрение уже заметно ослабели: «Господи, все ведь очень просто! Я не могу разлюбить своего ребенка, как бы того ни хотела. Пашка, каким бы он ни был, останется моим сыном навсегда. Есть в том, что с нами случилось, некая закономерность, а потому доля моей вины в том, что он, не задумываясь, отказался от меня, огромна». Бог знает, в какие еще дебри унеслись бы мои мысли, но тут феи красоты сообщили, что закончили.
Вот теперь можно и в зеркало взглянуть. Отражение мне понравилось: на меня смотрела молодая красивая, знающая себе цену женщина. Да, я ли это? Честно признаюсь, некоторые сомнения у меня возникли.
- Нравится? – спросила девушка, которая занималась макияжем.
- Не то слово! Смотрю и не понимаю, кто это?
- Это Вы!- Засмеялась она. – А если серьезно, мне понравилось работать с вашим лицом.
- Спасибо, мои хорошие! Вы настоящие волшебницы!
Я взяла в руки телефон, лежавший на столике около зеркала. Оказалось, там меня дожидались сообщения от Танюши и от Петра. Подруга написала, что уже на месте и терпеливо меня ждет в холле. А Петр сообщил, что везет домой Майю Анатольевну, которая вдруг передумала ехать в издательство на пресс-конференцию.
«Странно,- подумала я. – Может, Петр ее чем-то случайно обидел? Нет! Этого просто не может быть! Он тактичный человек, а Майю уже полюбил, как родную тетушку. Ладно, не буду гадать, перезвоню и все узнаю».
Мы всей компанией вышли из зала на рецепцию. Танюша сидела на уютном диванчике в зоне ожидания и пила кофе. Увидев меня, подруга расплылась в улыбке:
- Инка, как здорово! Ты сегодня всех затмишь!
- Тань, у меня не было такой задачи, но ты права! Мне очень понравилось, что девчонки со мной сотворили, - улыбнулась в ответ я.
И тут в разговор вмешалась фея макияжа:
- Прошу прощения, - обратилась она к Татьяне. – Но вам бы стоило сделать акцент на глаза, а не на губы. Вы бы выглядели лучше! У вас интересный цвет глаз, и это стоило бы подчеркнуть.
Танюша смутилась, а девчонка посмотрела в мою сторону:
- Вы очень торопитесь? Может, у вас есть минут двадцать? Я бы подправила ей makeup.
- Так в чем дело? – улыбнулась я и посмотрела на подругу.
Татьяна Юрьевна как-то смутилась, зажалась, даже, кажется, стала меньше ростом.
Это что-то новенькое! Неужели она боится?
- Тань, поверь, эта девочка творит чудеса! Не бойся! Доверься ей, и эта фея превратит тебя в принцессу.
Я слегка подтолкнула растерявшуюся вконец Татьяну.
- Теперь моя очередь тебя ждать!
Я, кажется, уже говорила, что Танюша легко могла бы быть моделью: высокая, статная, да немного располневшая с годами, но при этом ее фигура по-прежнему оставалась пропорциональной. Ей, кстати, очень шли брючные костюмы, которые только подчеркивали длину и стройность ног. Сегодня подруга, не изменяя себе, надела костюм антрацитового цвета и женственную блузку яркого оттенка. Наверное, под это сочетание действительно стоило бы сделать акцент именно на глаза. Ну, что же, посмотрим, как наша фея красоты справится со своей задачей.
Пока внешность Татьяны Юрьевны доводили до совершенства, я набрала Петру. Он поведал, что наша Майя оказывается, еще утром сообщила, что собирается посетить именно встречу нашего писателя с читателями, приобрести его книгу и получить автограф. А завтра она едет в больницу к Лизочке. Ей разрешили навестить малышку, при этом от нашей помощи Майя Анатольевна отказалась, отговорившись банальной фразой о возрасте, в котором полезно гулять.
Мы проговорили, наверное, минут десять, пока месье заканчивал общение с читателями. Время уже поджимало, и пора было бы и нам с Танюшей отправляться в издательство. «Кстати, неплохо бы последовать примеру мэтра и его издателя, - подумала я. – Неудобно получится, если мы опоздаем на пресс-конференцию. Хотелось бы послушать, какие вопросы ему зададут, и как он ответит».
Словно услышав мои мысли, через пару минут появилась преображенная Татьяна. Подводка и более темные тени только подчеркнули необыкновенный темно-серый с фиолетовый оттенком цвет глаз моей любимой подружки.
- Татьяна Юрьевна, вы необыкновенно хороши! – Не сдержалась я. - И теперь мы, как истинные Золушки, готовы отправиться на бал.
Танюша в ответ только смущенно улыбнулась.
Машина уже ждала у входа. По дороге я пересказала Танюше утренний разговор с Петром. Как ни странно, она поддержала моего мужчину:
- Истомина, отсталый ты человек! Так и застряла в эпохе малиновых пиджаков?
Я фыркнула, с трудом сдерживая смех. Дело в том, что мой бывший босс еще в девяностые предпочитал хорошие костюмы от итальянских кутюрье и никогда не позволял себе такой пошлости, как алый пиджак или цепь на шее шириной с кулак. Рубашка и стильный галстук были у него непременным атрибутом на всех переговорах, где мне доводилось быть его персональным переводчиком.
- Ты права! Живу устаревшими категориями, - со смехом признала собственное поражение я.
За разговором до издательства, как мне показалось, доехали очень быстро.
В Москве уже почти неделю стояла плюсовая температура. Оттепель затянулась, дороги подсохли. «Таяло бы окончательно! Так уже хочется весну», - мелькнуло в голове, пока мы с подругой бодро шагали по ступенькам издательства.
Внутри здания суетилась какая-то публика, люди с камерами, наверное, телевизионщики, бесцельно сновали небольшие компании, а кто-то листал книги французского писателя, что продавались тут же, на первом этаже, в небольшом магазинчике – гордости моего издателя. Пресс-конференция еще не началась. Петр предупредил, что будет ждать нас в своем кабинете, поэтому мы с Танюшей, минуя броуновское движение, протиснулись к лестнице и поднялись на третий этаж. Дверь в приемную перед кабинетом начальства была приоткрыта. Услышав наши шаги, мой будущий муж вышел нам навстречу. Он помог нам раздеться и весело поинтересовался:
-Дамы, вы вовремя! У нас есть еще полчасика, чтобы познакомиться и спокойно попить кофе! - Улыбнулся Петр и, повернувшись к моей подруге, произнес.- Танечка, ты всегда прекрасно выглядишь, но сегодня просто ослепительна. Девочки, через пару минут все будет готово.
Радушный хозяин занялся приготовлением божественного напитка, которого уже очень не хватало моему организму, а мы вошли в кабинет. Серж тут же поднялся со своего места. Он заинтересованно поглядывал то на меня, то на Татьяну, видимо, пытаясь понять, кто из нас переводит его романы. Танюша вдруг смутилась, даже отступила немного назад. Только я собралась взять инициативу на себя, как Серж, улыбнувшись, поздоровался первым:
- Bonjour, Mesdames! – И галантно поцеловал нам руки.
Я собиралась ответить ему по-русски, помня слова Петра о том, что писатель прекрасно владеет великим и могучим, но помимо воли тоже перескочила на французский:
- Bonjour!
Дальше с моей стороны последовал стандартный набор вопросов, после чего назвала наши имена.
Одновременно я переводила наш разговор Танюше, которая в школе учила английский, кстати, вместе со мной. У меня же, видимо, невольно сработал опыт, накопленный годами. Увлекшись, не заметила, как в кабинет вернулся Петр:
- Серж, ты уже понял, кто есть кто, но все-таки поясню! Инна - моя любимая женщина и по совместительству твой переводчик, - представил он меня, и продолжил. – А это Татьяна – наша ближайшая подруга, - и перейдя на французский, закончил. – Самая очаровательная девушка столицы и ее окрестностей.
Танюша стушевалась окончательно. Я взяла ее за руку и, успокаивая, чуть сжала.
- Месье, рада нашей встрече, - снова улыбнулась я мэтру.
Так состоялось наше знакомство. До начала пресс-конференции мы вчетвером о чем-то говорили. Серж действительно неплохо говорил по-русски, даже пытался шутить, а акцент только придавал некий шарм его речи.
Татьяна Юрьевна, несколько осмелев, поинтересовалась, где в Париже так хорошо учат русскому языку.
Серж весело засмеялся и ответил:
- Все очень просто! Когда-то моя московская бабушка приехала в Париж и осталась в нем навсегда. Правда, в Москве это доставило некоторые проблемы ее родственникам, но с годами забылось. Так вот, в нашей семье говорили на двух языках. Все очень просто! При этом от родного языка моя grand-mère не отказывалась никогда, даже в тот период, когда говорить на нем было опасно. И мне не оставалось ничего другого, как перенять любовь ко всему русскому от нее и своего отца. Видите, у меня даже имя почти русское.
К тому же в Москве по сей день живут мои родственники, дети и внук брата любимой бабули. Мальчик моложе меня, но мы с ним подружились, это из-за него я заставил поволноваться Пьера, но все обошлось! Татьяна, - тут он театрально перешел на шепот и закончил. – Признаюсь, всегда был человеком слова.
Я исподтишка наблюдала за подругой, которая никак не могла расслабиться: не то чувствовала себя некомфортно, не то ей не давало покоя присутствие месье Мерсье. Она то бледнела, то краснела и, кажется, с облегчением вздохнула, когда пришло время отправляться на пресс-конференцию. Вместе мы спустились на первый, а там разошлись в разные стороны.
Петр и Серж отвечали на вопросы. В какой-то момент мы отвлеклись, и нить беседы была утеряна. Наверное, устали слушать и решили немножко посплетничать. Кстати, даже успели обсудить, что Серж и Петр одеты почти одинаково и что француз – весьма привлекательный мужчина, лет около пятидесяти, в которого при желании легко влюбиться, настолько он обаятелен.
-А ты заметила, какие интересные у него глаза? – Спросила она. – Серо-голубые? Наверное, именно такие и называют лучистыми? Или это просто свет так падал?
А у самой и глаза горели, и щеки розовели.
«Боже мой, неужели Танюше приглянулся наш мэтр? Она буквально расцвела; правда, кажется, и он поглядывал в ее сторону с явным интересом? Даже страшно об этом думать, потому что очень хочется, чтобы подружке, наконец, повезло! – Размышляла я, слушая вполуха, как писатель и издатель рассказывают о своем сотрудничестве. – Только бы она не обожглась»! Мне почему-то вдруг стало страшно за Танюшу. Не такой у нее богатый опыт, а здесь известный всему миру писатель, иностранец к тому же. А вдруг он обыкновенный ловелас? О нем же ничего не известно!
Допустим, останется Серж на недельку-другую в Москве, но потом ведь все равно уедет в свой Париж. И все-таки, как бы узнать, что он за человек? Хотя, может, я накручиваю себя на пустом месте? Тогда есть смысл подумать об этом через несколько дней, а сегодня просто наслаждаться моментом. Танюше хорошо, и это главное. В конце концов, она уже взрослая девочка, и сама разберется». Погрузившись в столь непростые размышления, я чуть было не пропустила все на свете. Не толкни меня Татьяна, так бы и сидела, наверное, на своем месте, витая в заоблачных высях. В общем, вернули меня на землю, подняли с места и потащили вслед за остальными к выходу. Вот тут откуда-то сбоку послышалось:
-Инна?!!!!
Смутно знакомый голос заставил меня вздрогнуть! Уж слишком неожиданно прозвучало мое имя. Покрутив головой по сторонам больше для проформы, сами понимаете, в толпе рассмотреть кого-то конкретного непросто, я двинулась дальше. Выход из конференц-зала напоминал узкое горлышко бутылки. Когда нам все-таки удалось выбраться на свободу, тот же голос окликнул меня снова. Теперь стало понятно, что к нам приближается мой молодой поклонник.
- Никита? Добрый вечер! Признаюсь, вас я точно не ожидала здесь увидеть, - вырвалось у меня.
А тот уже заметил Татьяну и поздоровался с ней
- Не знала, что вы поклонник творчества Сержа Мерсье, - не сдавалась я.
Почему-то хотелось его уколоть: слишком уж счастливое выражение лица у него было, когда я оглянулась.
- Захотелось посмотреть, как он общается с людьми, - просто ответил парень и протянул мне шоколадку. – Инна, как обычно, это вам. Вы ведь еще не разлюбили бельгийский шоколад? А мне в очередной раз, знаете ли, с оказией доставили.
Меня умилило слово «оказия», произнесенное молодым человеком, даже странно как-то. Шоколадку я взяла. Наверное, это позволило Никите и дальше идти рядом с нами.
Мы с Танюшей решили вернуться в кабинет Петра, потому что перед конференцией не договорились, где встретимся, и не уточнили планы на вечер. В конце концов, не ради того, чтобы посидеть в зале мы собирались, как сказочная Золушка на бал, на это мероприятие.
Мужчины догнали нашу компанию уже на лестнице:
- А вы, смотрю, уже познакомились, - хитро прищурился Петр.
- С кем? - искренне удивилась я. – С Никитой? Так мы уже с осени, кажется, знакомы?
Парень, кивнул, подтверждая мои слова.
- А еще это мой кузен, - пояснил Серж. – Внук брата моей бабушки. Мы с ним подружились, хотя по возрасту я ближе к его родителям.
« Вот так сюрприз»! - И тут в моей голове картинка сложилась полностью:
- Так это ваши шоколадки мне иногда перепадают? Мир все-таки тесен!
- Согласен! И знаете, Инна, он намного теснее, чем вам кажется. Впрочем, не будем сейчас говорить ребусами. Вы все поймете, когда будете переводить мою следующую книгу, - ответил мне Серж и лукаво подмигнул. Я тогда не придала значения его словам.
У Петра время в кармане запищал мобильник, оповестив о пришедшем сообщении.
«Интересный расклад, - подумалось мне Что-то сегодня сплошные загадки, которые совсем не тянет разгадывать. Господи, хочу просто домой, снять эти дурацкие шпильки и платье, натянуть любимые джинсы и шерстяные носки или пойти гулять с Изюмкой».
-Ну, что, дамы и господа, все в сборе? Одеваемся и через десять минут встречаемся у входа, а после отправляемся ужинать, – тут он посмотрел в мою сторону. – Инн, а ты Мишку с Полиной не встретила в зале? Они ведь тоже были на пресс-конференции, правда, опоздали немного. Ребята тоже приглашены, более того уже в ресторане и ждут нас. Михаил Иванович только мне отписался. В общем, быстренько собираемся и идем. Здесь недалеко.
В ресторане нас ждал уже накрытый стол: что-то заказал Петр, а что-то добавили и ребята. Изысканный вкус Полины мне был известен. Кстати, не скрою, что меня разбирало любопытство, какой будет встреча моего будущего мужа с женой друга. Если помните, ее сестра некоторое время числилась в неофициальных женах господина Туманцева.
Как обычно, в первые минуты встречи становится понятно, как сложится атмосфера предстоящего ужина. Так вот, по искренней улыбке Полины, адресованной мне, я поняла, что нашим приятельским отношениям ничего не угрожает.
- Очень рада за тебя, - шепнула она мне. – Ты для него идеальная партия. Это Мишка поначалу не верил и считал, что Петр поматросит и бросит его любимую подругу. А моя сестрица, скажу по секрету, нашему джентльмену совершенно не подходила! Симка у меня проста, как табуретка, в то время как нашему Петеньке нужна изысканная девочка. У тебя получится!
- Ой, Полин, что-то ты меня расхвалила не к месту и не ко времени. Может, сбежать, пока не разочаровала такого эксперта, как ты? - Не сдержалась я.
Однако жена моего первого работодателя предпочла не обратить внимания на мои слова и переключилась на мэтра.
Серж в этот вечер был в ударе. Он сыпал шутками, рассказывал забавные истории, а потом вдруг переключился на меня. Он предложил тост за лучшего переводчика, которому обязан успехом своего романа в России. Мне в этот момент захотелось залезть под стол! Честно! Однако Танюша его поддержала и поведала, с каким удовольствием читала мои материалы, а иногда и что-то советовала.
С их легкой руки на воспоминания потянуло всех остальных, и только Михаил Иванович признался, что не помнит момент нашего знакомства:
- Мне кажется, мы знакомы с Иннкой всю жизнь. А как здорово она довела до ума весьма средненькие романы об американской миллионерше, лишившейся всего. Честно говоря, был уверен, что не пойдет у наших читательниц эта история: слишком уж далека от простого народа! Но нет! Уже дополнительный тираж готов! Читают, покупают! А ведь там больше половины Истомина от себя написала, и ведь в тему!
- Вот-вот! – Поддержал его месье писатель. – Но я только рад! В следующем романе обязательно воспользуюсь вашими, мадам, подсказками! Кстати, действие в нем разворачивается в Москве, - подмигнул он мне.
Я уже не знала, куда деваться. И тут мне на помощь пришел Петр. Он, словно кролика из цилиндра, вытащил книгу:
- Наша милейшая Танюша вчера попросила меня купить ей твой роман и взять у тебя автограф, - обратился он к Сержу. - Книгу-то я купил, но в магазине сознательно не стал просить тебя подписать. Не хотелось дежурных слов для незнакомой особы, зато сейчас, думаю, ты уже сможешь написать, - и протянул книгу писателю.
Месье взял в руки экземпляр с яркой обложкой, открыл, подумал несколько секунд, а потом достал из кармана пиджака ручку и размашистым почерком написал несколько предложений, после чего поставил свою подпись с улыбающимся смайликом.
Танюша, снова покраснев, как маков цвет, взяла книгу, посмотрела на форзац и протянула мне:
- Инн, переведи?
- Самой удивительной девушке, с которой мне довелось познакомиться в чудеснейшем городе! Ваш Серж Мерсье, - прочитала я.
- Спасибо! – Пробормотала конец смущенная Татьяна Юрьевна.
Наверное, нет смысла описывать, что было дальше, однако к концу вечера стало ясно, что симпатия у Танюши и Сержа явно взаимная Интересно, что из этого выйдет?
Да, кстати, мой будущий муж пригласил всех ровно через неделю снова в ресторан:
- Ребята, предлагаю сделать подобные посиделки традицией. И первым назначаю встречу в следующую субботу. Время и место сообщу дополнительно! И сразу предупреждаю, что отказы не принимаются. Серж, ты же задержишься еще в Москве?
- Непременно буду, - кивнул ему француз. – Правда когда я назначу встречув Париже, вам придется тоже быть!
Ужин закончился, и мы разъехались. Сержа с Никитой вызвались подвезти Танюшу: им было по пути. Михаил с Полиной уехали в свою сторону, а мы с Петром - к себе. Нас уже ждала Изюмка.
- Ну, что? Кажется, все прошло нормально? - Выдохнул он, когда мы вернулись домой.
- Все прошло замечательно, - согласилась я с ним. – Но так хочется избавиться от этих чертовых шпилек и элегантного наряда.
Вместо ответа он обнял меня и шепнул, что я одинаково хороша и в стильных платьях, и своих любимых джинсах.
В воскресенье наше благостное настроение сменилось состоянием ожидания. Мы в прямом смысле не могли усидеть на месте и, чтобы не сойти с ума, поехали в детский магазин куда-то на окраину. За завтраком дружно решили, что пришло время купить все необходимое для ребенка, который скоро появится в нашем доме.
Полдня мы выбирали кроватку, коляску и прочие предметы первой необходимости, а потом позвонила Майя Анатольевна и пригласила нас на ужин. Она набрала Петру, но он тут же включил громкую связь, чтобы я тоже могла все слышать. По голосу Майечки стало понятно, что в больнице все прошло хорошо!
Оформив доставку купленных вещей, мы рванули на Пресню. Нас встретила сияющая Майя. Буквально в прихожей, не дав нам опомниться, она сообщила, что через неделю, точнее, двадцать четвертого февраля, она сможет забрать Лизочку домой, а пока приезжать к ней хоть в каждый день! Вот это новости!!!!!
Наверное, именно презентация нового романа Сержа Мерсье стала первым днем, когда серая полоса моей жизни окончательно сменилась на белую. И это случилось ровно за две недели до весны.
Дальше события развивались стремительно, подобно распрямившейся пружине.
В понедельник вечером Петр сказал, что в четверг получит справку о состоянии здоровья. Он записался на процедуру, которую предлагал и мне: полное обследование, так называемый check up, к тому же успел созвониться с каким-то знакомым из московского правительства, курирующим социальные вопросы, в том числе и опеку с усыновлением.
Во вторник мы тихо, без суеты, расписались в ЗАГСе и вечером отметили это событие, выпив по бокалу шампанского.
В среду мы с Майей Анатольевной вместе поехали в больницу, где я, наконец, познакомилась с дочерью. Стоило назвать малышку доченькой, как она протянула ручки ко мне. Мы провели вместе около часа: поиграли немного, Я подарила ей игрушку, привезенную Петром еще в январе:
- Это тебе от папы. Нравится?
- Па-пп-па, - повторила Лиза, забирая у меня игрушку и, улыбаясь, продемонстрировала четыре зуба.
- Боже мой, она заговорила, - прослезилась Майя. – Вот так, я пропустила ее первое слово. В декабре она только пыталась что-то сказать, а сейчас смотри-ка, вполне осознанно за тобой повторила.
«Господи, именно о такой внучке мне мечталось совсем недавно, но жизнь распорядилась иначе, и она вот-вот станет моей дочерью. Хотя нет, она уже наша с Петром доченька, и иначе не может быть, - в очередной раз подумала я, улыбаясь своей крошке. – На редкость, контактный ребенок. Привыкла, наверное, что в больнице много людей. Тут поневоле станешь общительной»
Честно говоря, так не хотелось уходить от нее, но час пролетел незаметно.
- Инночка, ничего! Потерпи немножко! Двадцать четвертого мы ее заберем, - приговаривала Майя Анатольевна, поглаживая меня по руке, а у меня лились слезы.
И вдруг она заметила:
- Девочка моя, неужели вы с Петенькой все-таки расписались? – спросила она.- Какое милое колечко!
В ее глазах появились искорки радости.
- Да, Майя Анатольевна, вчера. А в субботу в ресторане отпразднуем это событие! Только мы никому пока не говорили. Это наша маленькая тайна. Вы ведь нас не выдадите? - шмыгая носом, спросила я.
- Ну, что ты! Теперь уже можно! Признаюсь, что знала о предстоящем событии еще в субботу, но твой муж не сказал, когда именно вы идете в ЗАГС. Он, кстати, тоже просил меня молчать. Как видишь, я почти сдержала слово, но обещаю, что до субботы буду держать язык за зубами, - засмеялась она.
И это у нее получилось так заразительно, что я невольно присоединилась.
В тот же день вечером я позвонила Лариске и пригласила их с Артемом в ресторан. Подруга попыталась выяснить, по какому случаю намечается торжество, но ей не удалось меня расколоть.
В субботу в ресторан мы приехали заранее, хотя ждали гостей к пяти часам. Первой и тоже чуть раньше появилась Майя Анатольевна. Она и в этот день отказалась от помощи Петра, заявив, что молодой муж обязан быть рядом с женой, тем более, что медовый месяц уже точно придется отложить!
Майя приехала, как положено, с цветами и подарком, чем очень нас растрогала.
- Майечка, вы, как моя любимая тетя, будете сегодня сидеть рядом со мной. Обязуюсь ухаживать за вами обеими, мои дорогие дамы, - шутливо обратился к ней Петр и взял под руку, чтобы проводить к нужному месту за столом.
- Инна, следи за ним! Твой муж – дамский угодник, - шутливо предупредила меня Майя Анатольевна. – А вообще вы у меня чудесная пара! Наверное, лучших племянников я бы себе и не пожелала.
- Майечка, я тоже очень вас люблю! – Не выдержала я. – Думаю, для вас не секрет, что именно так звали вас в нашем классе!
- И с вашей легкой руки так зовут по сей день, - засмеялась она. - Но тебе, девочка, теперь можно на почти законных основаниях.
Следом за ней приехали Мишка с Полиной и, как ни странно, тоже с букетом.
- По какому поводу цветы? – не сдержалась я, принимая розы у приятеля.
- Не поверишь, Полинка настояла, чтобы мы заехали в цветочный по дороге, - смущенно признался Михаил Иванович. – Сказала, что ей интуиция подсказывает.
- И ведь права оказалась, - улыбнулся Петр. – Дарить женщинам цветы – признак хорошего тона.
- Ладно, ребята, колитесь! Неужто свершилось? И вы дружно покинули ряды холостяков? – Напрямую спросил Мишка.
-Точно так! – ответил мой муж.
-И ведь молчали до последнего, - притворно вздыхая, вынесла вердикт Полина и шепнула мне на ухо, что это лучший выбор, нежели тот, что был раньше.
Признаюсь, я с некоторой опаской ждала Танюшу. Всю неделю она пропадала, не отвечая на сообщения и не перезванивая. Честно говоря, я успела порядком переволноваться, даже хотела поехать к ней накануне, но в мои планы вмешалась доставка из детского магазина. А вечером мы с Петром собирали кроватку и передвигали мебель в спальне. Готовились к появлению третьего члена семьи. Понятно же, что Лиза первое время будет спать в нашей комнате.
Они приехали вместе, Татьяна и Серж. Оба выглядели до неприличия счастливыми и помолодевшими лет на двадцать. На них так приятно было смотреть. То, что они влюблены, отпечаталось на их лицах горящими глазами. Боже мой, как трогательно они смотрелись.
- Инка, если ты сейчас скажешь, что вы с Петром поженились, я тебя убью, - целуя меня в щеку, прошептала она.
Не говоря ни слова, я продемонстрировала ей правую руку.
- Серж, ты представляешь, - повернулась она в сторону нашего мэтра, беседующего о чем-то с моим мужем, – ведь ни слова мне не сказала! А еще подруга!!!
- А я знал! Стоило увидеть их вместе, - усмехнулся он,- чтобы понять все сразу! Танечка, неужели ты думаешь, что Никита до сих пор машину поставить не может? Он побежал за самым красивым букетом в Москве, хотя парню далеко не так весело…
«Господи, да он в курсе этой дурацкой истории с влюбленностью Никиты в меня», - ужаснулась я.
Последними прибыли Лариса с Артемом. И вот в их глазах явно читалось разочарование.
- Я все-таки до последнего был уверен, что вы с Иваном помиритесь, - мрачно высказался Артем. – Еще удивился, что ты приглашаешь, а не Измайлов. А ему, значит, дали отставку.
- Замолчи! – Одернула его Лариска.
- Артем, я не умею отыгрывать назад, - не сдержалась я. – И прошу тебя больше не упоминать имени этого человека в моем присутствии. Для меня его не существует.
Вот, скажите, зачем был нужен этот выпад? Кому из нас он хотел испортить настроение?
Петр, к моему удивлению, сделал вид, что ничего не слышал.
Забегая вперед, скажу, что дружбы семьями у нас не вышло. Более того, Артем с того дня стал сознательно меня избегать, а с Ларисой мы изредка перезванивались и постепенно свели встречи к минимуму. Эта пара не сумела принять моего мужа.
В понедельник, двадцать четвертого, мы втроем забирали Лизу из больницы. Увидев Петра, малышка сразу назвала его папой.
И здесь можно было бы поставить точку в моем рассказе. Говорят, счастье любит тишину, а в моем сердце оно стало константой.
Но у вас ведь еще остались вопросы? Значит, я на них отвечу!
Конец 41 главы.
Продолжение следует....
Спасибо за понимание и терпение и за то, что вы со мной )))))
Здесь рады новым друзьями всегда наготове чашечка кофе под почитать да поболтать))
Если вам стало интересно, присоединяйтесь)))))