— Ну как у вас дела с Мишкой? Продвигаются? — Света подмигнула подруге.
— Какая ж ты у меня бестактная! — притворно возмутилась Лена. — Продвигаются потихоньку. Только честно тебе скажу, странно все как-то... Уж больно он хороший! Как-то даже не верится, что такие бывают.
— А ты поверь! На самом-то деле Мишка самый что ни на есть нормальный. Просто ты к такому не привыкла. Но никогда не поздно начать привыкать!
Лена не стала спорить. Действительно, в своей жизни она видела мало нормальных мужчин.
***
Наблюдая за бабушкой и мамой, Лена усвоила старые, как мир, правила: бьет, значит, любит; пусть плохонький, но свой; бог терпел и нам велел. И тому подобное... Бабу Нину дед, напившись, колотил почем зря. Мама, Людмила Ивановна, увы, переняла эту эстафету: отец Лены тоже был любителем горячительного и скорым на расправу.
Поэтому у Лены не было ни единого шанса разорвать этот порочный круг самостоятельно. Она и не пыталась. Вышла замуж за Володьку. Мама его одобрила.
— Хороший мужик! Работящий! Выпить иногда любит, так это не преступление. А пусть даже и подзатыльник порой тебе даст... голова не отвалится! — увещевала она Лену.
Та с опаской потирала шею, на которой пока вполне уверенно сидела голова, и очень надеялась, что до этого дело не дойдет. Володька ведь сейчас такой нежный. Ромашки дарит, в кино водит, в кафе угощает... Неужели без рукоприкладства семьи не бывает?!
Оказалось, в том мире, в котором выросла Лена, без подзатыльников никуда. И со временем нежный Володька превратился в вечно недовольного Владимира.
— Чего на ужин?! Опять картошка с тушенкой?! Никакой фантазии у тебя, Ленка. Мужик работает, а ты его одним и тем же пичкаешь! Нет чтобы удивить, порадовать! — возмущался муж, придя с работы. — Ладно, давай свою картошку. И «эликсир здоровья» не забудь!
Лена вздыхала, но спорить не смела. Хоть и знала, что после «эликсира здоровья», как Володька ласково называл выпивку, муж, скорее всего, опять учинит скандал. Прицепится к чему-нибудь, и пошло-поехало. Хорошо, если обойдется только словами, а то ведь и руки распустить может.
Иногда, впрочем, Володька мог поколотить жену и без всякого «допинга». Просто потому, что у него настроение плохое. Лена к этому привыкла, даже матери перестала жаловаться. А что толку? Людмила Ивановна дочь, конечно, по-своему жалела, но дурной характер мужа причиной для развода совершенно не считала.
— Чего плачешься?! Многие так живут, и ничего. Муж деньги зарабатывает. Семью содержит. А то, что учит иногда, так это не страшно. От тебя не убудет! Так что хватит страдать. Делай выводы и живи дальше. Глупостями, типа развода, голову не забивай. Одной, что думаешь, легче?!
— Так я же работаю... — по первости пыталась вставить слово Лена.
— Да что ты там в своем магазине зарабатываешь?! А жить после развода где будешь?! К нам с отцом вернешься?! Так во-первых, папа твой тоже не подарок, а во-вторых, взрослые дети должны жить отдельно!
Людмила Ивановна была твердо убеждена в своей правоте, поэтому Лена не пыталась с ней спорить, да и жаловаться перестала.
Так и держала все свои обиды в себе. Нет, подружки на работе у нее, конечно, были. Но у многих судьбы немногим лучше, чем у самой Лены. Что лишний раз подтверждало правоту матери. Да и глупо искать сочувствия у тех, кто сам в сочувствии нуждается...
Время бежало, и характер у Лениного мужа с годами становился все хуже. В какой момент Володька решил, что он барин, Лена не уловила. Но вел он себя теперь с ней как с крепостной.
— Чего расселась? Посуда не мыта, дома бардак! Жена называется! Хранительница семейного очага!
— Володь, дай передохнуть! Я ведь тоже с работы! Ноги гудят, голова раскалывается, — просила Лена.
— Гляди-ка, переработалась! Лентяйка! Да тебе вообще шевелиться больше надо. Корма такая, что в дверь скоро не пройдет! — заводился Вовка.
Иногда Лена беспрекословно шла выполнять обязанности «хранительницы очага». Но бывало, что у нее просто не было сил. Тогда Володька брался ее учить... Сколько раз Лена поутру замазывала синяки тональным кремом, сколько плакала и обещала себе, что уйдет от этого самодура... Но все повторялось раз за разом, а она не могла заставить себя что-то изменить. Ведь «все так живут».
***
Но однажды в магазине, где работала Лена, появилась новая сотрудница, Света. Среди усталых затюканных женщин она смотрелась, как лебедь в курятнике. И почему-то в подруги она выбрала именно Лену, хоть та мало чем отличалась от остальных.
— Опять твой тебя жизни учил? Тебе не надоело? — интересовалась Светка, разглядывая очередной синяк под Лениным глазом, предательски выглядывающий из-под слоя тональника.
— Учил... Надоело... Но это жизнь! Мы как-никак уже столько лет женаты. Чего уж рыпаться. Значит, судьба у меня такая, — вздыхала Лена.
— Чушь! Никто такой судьбы не заслуживает! Может, ты просто страдать любишь?! Тогда понятно...
— Ой, Света, я уже не знаю, что я люблю. Все как-то серо. Одно и то же: дом, работа, Вовка, скандалы... Кажется, бегаю по кругу. А в конце, когда кончатся силы, просто упаду и умру... Это ты у нас особенная. А у меня и мама так живет, и бабушка. Обычное дело.
— Да не обычное это дело! Это кошмар и ужас! Так жить нельзя!
***
Подобные разговоры Светка заводила раз за разом. А как известно, вода камень точит... И однажды, когда Володька накачавшись за ужином «эликсиром здоровья», в очередной раз решил поучить нерасторопную жену, Лена оттолкнула мужа. Тот от неожиданности не удержался на ногах, грянулся на пол и от души приложился затылком о порожек.
Лена сначала испугалась, присела на корточки рядом с поверженным телом и прислушалась. Володька дышал и выглядел вполне себе целым. Тогда Лена быстренько покидала в сумку пару одежек, косметичку и почему-то тапочки... Выскочив на лестничную площадку и захлопнув за собой дверь, она набрала номер Светки.
— Я ушла! Представляешь? Дала сдачи и ушла!
— Молодец! Приезжай! И без разговоров! — одобрила Света. — А я пошла на лоджию: раскладушку тебе искать.
***
Лена надолго задержалась в маленькой Светкиной квартире. Не к матери же идти! Подруга жила одна и ни капли от этого не страдала. Лена ей даже восхищалась. Но вместе с тем понимала, что сама так не сможет. Не хватит у нее ни самостоятельности, ни самодостаточности. Да и просто, она хочет замуж. Ведь должны же быть хорошие мужчины в этом мире. Светка говорила, что их полно.
Вовка первое время искал жену. Даже в магазин заявился. Пытался устроить скандал, но его выставил охранник. Тот же охранник проводил Лену и Свету вечером до автобуса...
Вовка, конечно, после первой попытки не сдался.
Он звонил матери Лены и требовал повлиять на дочь. Он ломился к Светке в квартиру, пока та не вызвала полицию. Он грозился, что не даст жене развода. Но в конце концов их развели, и Вовка канул в небытие. Его дальнейшая жизнь Лену не интересовала.
Зато очень интересовала своя. Она, наконец, съехала от Светы. К родителям возвращаться не стала. Бог с ними, пусть живут как хотят. Все равно маленькую двушку, в которой Лена выросла, ни на что особо не разменяешь... Да и новую битву с родными она сейчас начинать не готова. Хватит с нее недавнего развода.
Поэтому Лена сняла маленькую студию и начала новую жизнь. Возвращаться в пустую квартиру первое время для нее было непривычно. Но она быстро оценила тишину и покой, которые теперь встречали ее с работы.
И все же чего-то не хватало...
— Вот уж не думала, что ты так скоро заскучаешь! — удивилась Светка, когда Лена ей об этом сказала.
— Может, я ненормальная... Но я привыкла о ком-то заботиться. Тяжко мне одной. Ты не думай, я снова не те же грабли наступать не собираюсь, — оправдывалась Лена.
— Ладно, каждому свое. Кто-то кошечек заводит, кто-то собачек... А ты вот, похоже, не можешь жить без мужа! — вздохнула Светка. — Есть у меня старинный друг Мишка. Отличный мужик: спокойный, умный, добрый, внимательный, домашней работы не боится. Всю дорогу маме своей помогал, светлая память. Хочешь, познакомлю?
Лена застенчиво кивнула: хочу.
***
Мишка оказался полноватым, вежливым и симпатичным. Было в нем что-то уютное... Лене он сразу понравился. Конечно, они, как положено, сходили на несколько свиданий. Посидели, в лучших традициях, в ресторане, сходили в кино, погуляли по парку... А еще они много говорили.
Лена иногда даже удивлялась, как же они подходят друг другу. Светка наблюдала за происходящим со стороны и старалась не совать нос в их отношения. Только однажды она не удержалась.
— Ну, расскажи хоть, как у вас с Мишкой дела?
— Ой, ну ты бестактная! — Лена притворилась возмущенной. — Хорошо все. Только иногда мне кажется, что так не бывает! Какой-то он слишком хороший... Даже не верится.
— Нет, ну вы посмотрите на эту прирожденную страдалицу! — Светка всплеснула руками. — Не верится ей! А ты поверь! Потому что именно такие отношения — это нормально! И Мишка «не слишком хороший», а просто нормальный мужик!
Лена спорить не стала. Права Светка. Пора привыкать к хорошему.
***
Вскоре Лена переехала к Михаилу. Когда он сделал ей предложение, Лена, конечно, согласилась. И не удержалась, поделилась радостью с мамой. Через два дня Людмила Ивановна нагрянула в гости.
Мишка вел себя, как обычно. С будущей тещей был вежлив, держался свободно, помогал жене накрывать на стол, поддерживал беседу. И, казалось, не замечал, что Людмила Ивановна изучает его, препарирует, раскладывает на составляющие. Впрочем, своими наблюдениями она поделилась только с дочерью.
— Ну и зачем тебе этот тюфяк? — поинтересовалась Людмила Ивановна, когда Лена пошла провожать ее до автобуса.
Лена даже остановилась. Вопросительно посмотрела на мать.
— Я не оправдываю твоего Вовку. Может, он и зарвался! Я при этом не присутствовала. Но зато он был мужиком! А этот?! Посуду после ужина помыл! Улыбчивый такой, любезный... Аж тошнит! Подкаблучник какой-то! Размазня! В моем понимании мужик должен быть другим! Суровым, может, чуток даже грубоватым, мужественным, короче. А твой Миша весь такой мягонький, миленький... Тьфу! — выдала Людмила Ивановна.
— Да, мама, я из-за тебя тоже так считала. Кулаком по столу врезал — хорошо! Подзатыльник отвесил — нормально! Обругал — так ведь не со зла. Заслужила, значит! Жизни-то меня кто еще научит? Так вот, мамуля, у меня для тебя плохие новости — это ненормально! Я же уважать себя перестала! В какую-то загнанную, забитую страдалицу превратилась! И если бы не Светка, так бы и тянула эту лямку до гробовой доски! — Лена говорила твердо, смотрела матери прямо в глаза.
И Людмила Ивановна вдруг смешалась. Нет, она, конечно, не изменила сразу свою точку зрения. Но какое-то смутное, еле ощутимое сомнение закралось в ее душу. «Может, Ленка и права», — мелькнула в голове крамольная мысль... И исчезла.
***
После свадьбы Лена с Мишей зажили душа в душу. Людмила Ивановна навещала их редко. Не нравился ей зять. А уж Лениному отцу он не нравился еще больше.
— Что это за мужик?! Ни выпить с ним по-человечески, ни посидеть душевно...
Миша не обижался. Тем более что найти с кем посидеть для тестя проблемой никогда не было. К сожалению... Потому как очередные посиделки закончились для Лениного отца инфарктом.
Людмила Ивановна после смерти мужа впала сперва в истерику, а потом, нарыдавшись, ушла в какой-то ступор. Все у нее валилось из рук. И думать было нечего, что она сама справится с похоронами.
— Миш, нужно помочь маме... — попросила тогда Лена.
— Естественно, поможем! — отозвался Миша.
Он взвалил на себя все похоронные хлопоты: договаривался, платил где надо, звонил родственникам, организовал поминки... Лена, конечно, как могла, помогала мужу.
Наконец, когда все было позади, он присел рядом с тещей. Людмила Ивановна посмотрела на зятя красными, опухшими от слез глазами, нервно сглотнула и сказала:
— Спасибо... Я бы одна не справилась.
— Вам бы поспать. — Миша погладил тещу по руке.
Но Людмилу Ивановну будто прорвало.
— Слушай, правда, я была несправедлива! Думала, что ты рохля... Дочке гадости про тебя говорила... А ты ведь самый настоящий мужик: где надо мягкий, где надо деловой, где надо суровый! Я к другому привыкла... но может, так, как вы с Ленкой живете, тоже правильно?! Может, так и надо? Я, честно говоря, не знаю...
Она всхлипнула, плечи поникли.
— А теперь я и правда лучше пойду спать. Утро вечера мудренее. Не знаю, как жить одной... Но об этом я подумаю завтра.
Людмила Ивановна тяжело поднялась и пошла в спальню. Миша смотрел ей вслед.
— Что тебе сказала мама? — спросила подошедшая Лена.
— По-моему, она, наконец, меня приняла... И поняла, что, возможно, ошибалась, — задумчиво сказал Миша.
— Не может быть! — удивилась Лена.
— Может. Только вот ей от этого тяжело... — вздохнул Миша.
***
Нет, Людмила Ивановна не воспылала к зятю материнской любовью. Но отношения их стали вполне терпимыми. Хотя иногда теща любит поддеть Мишу, когда он готовит или моет полы... А еще она строит планы на будущее.
— Живите как хотите! Пусть муж моет посуду и поливает цветы, а ты, Ленка, можешь хоть профессию лесоруба освоить! Дело ваше. Но вот родится внук, и я из него воспитаю настоящего мужчину! — обещает Людмила Ивановна. Наверное, она шутит. Хотя кто знает...
Автор: Алена С.