Тут даже важно не то, что верещала свекровь, а то, что муж в результате повелся на ее верещания. То есть он усомнился, что наш сын от него, усомнился во мне.
То, что свекровь дура, да еще и в образе, это для меня не секрет уже давно. Она всегда несет чепуху с очень умным видом. И как ее на работе еще не сделали директором чего-нибудь?
Она мне с серьезным видом рассказывала, что в беременность нельзя вязать, потому что у ребенка будут проблемы с внутренними органами.
А еще нельзя показывать живот незнакомцам, чтобы не сглазили ребенка. Видимо, я должна была сначала передружиться со всеми гинекологами и узистами, которые меня вели, а уже потом идти на прием.
Да, двадцать первый век на дворе, а у свекрови еще такие представления о реальности. Но всё это меркло перед ее завываниями на тему того, что муж у меня не первый мужчина.
Она доказывала, что существует телегония, поэтому ребенок обязательно будет похож на моего первого мужчину. Правда сама она от этой теории быстро отошла, но сразу же принялась нести другой бред.
Оказалось, что в семье у мужа из поколения в поколение все мальчики похожи на отцов, не один в один, но общие черты улавливались с первого взгляда.
Наш же с ним сын был похож сам на себя. Если постараться, то можно найти и мои черты, и черты мужа, но это надо очень постараться. Хотя маленькие дети сильно меняются с возрастом. Может, еще и будет похож на отца.
Только всё меньше шансов, что отец это увидит, потому что я настаиваю на разводе и лишении его родительских прав. А всё из-за того, что муж всерьез задумался о тесте ДНК.
Начало всему, разумеется, положила свекровь. Про телегонию она уже не вспоминала, зато докопалась до другого.
- У нас в семье все дети похожи на отцов, так что сына ты явно нагуляла! - вещала она с совершенно серьезным лицом.
Первый раз на свекровь с ее странными фантазиями даже муж накинулся, типа, что она такое несет вообще? С чего такие странные мысли? Мне же хотелось свекрови на голову надеть горшок.
Но свекровь не успокаивалась, а вода камень точит. Я стала ловить взгляды мужа на ребенка, оценивающие такие, изучающие. И мне они не нравились, но пока молчал муж, молчала и я.
Мало ли, чего муж смотрит на сына? Может, любуется? Или же размышляет, кем сын вырастет, куда поступит, как сложится его жизнь. Или о чём-то не менее философском.
Но мои надежды на то, что муж просто размышляет, развеялись, когда он, осторожно подбирая слова, стал рассуждать, что всем будет спокойнее, если мы все-таки проведем тест ДНК.
- Ты пойми, так всем будет проще. И мама успокоится, и мы убедимся, - как-то неубедительно мямлил муж.
А мне убеждаться не в чем: я этого ребенка рожала семнадцать часов. И приметную родинку на ручке прекрасно помню. Это мой сын. Но, видимо, только мой.
Я резко ответила мужу, чтобы он со своей мамашей и тестом катился на все четыре стороны, ничего я проводить не позволю. Нет, не из-за того, что боюсь чего-то, а потому, что мне рядом на фиг не нужен такой мужчина.
Завтра его мамаша придумает еще что-то, муж походит, подумает, а потом с ней и согласится? Оно мне нужно? Нет, не нужно. Я выходила замуж за мужчину, а не за маленького мальчика, который слушается маму.
Я даже готова растить ребенка одна, пусть муж отказывается от отцовства, я протестовать не буду. Не нужно денег, сама подниму ребенка, но у него не будет отца, который усомнился в их родстве.
Муж бубнит, что я слишком резко реагирую, а его маманя, которой муж уже зачем-то доложился о ситуации в нашей семье, верещит, что она была права, а я просто испугалась разоблачения.
Я испугалась перспективы и дальше жить в такой долбанутой семье. Мне такие приключения не улыбаются. Лучше быть матерью-одиночкой, чем жить с таким слизняком, как мой муж.