Так, говорю, давай закурим.
Мы бродили по Москве, любимое наше занятие с прошлого века, заходили иногда на чашечку кофе.
И после чашечки надо точно закурить.
«Ну давай», отвечает друг.
Закуриваю, а друг стоит как дурак.
А ты что, спрашиваю.
«Лёх, я с осени уже не курю».
Тут у меня выпадает сигарета и еще блокнот, в который я записываю авторучкой свои посты.
Как это, говорю, не куришь? Здоровье, врачи сказали?
«Нет, просто».
И это крушение основ мироздания. Этот мой друг курит, наверно, лет с десяти. То есть когда мы отроками познакомились, и я еще не курил, он уже был заядлым, без сигареты его представить невозможно. А за нашими перекурами мы успели обсудить все проблемы искусства, семьи, политики, даже морских, что уж там, млекопитающих.
И теперь он бросил, подлец.
Кошмар в том, что таких подлецов все больше вокруг.
Раньше-то бывало – сидишь на маленькой дружеской кухне, все пьют, беседуют, спорят. И курят. Дым такой, что лица напротив не очень различаешь. Что ели – было неважно, фигню какую-то ели – зато как мы вдохновенно курили.
Дальше стали выходить на балкон или площадку. Но тоже веселой гурьбой. «Кто на перекур?». И люди встают. Не все уже, но многие, самые крепкие, надежные.
Теперь сидишь: перед тобой любая еда, всё красиво, белая скатерть. Вокруг красивые леди и джентльмены с салфетками.
И ты робко так: «Может, покурим?».
Леди и джентльмены наставляют на тебя бинокли: кто этот жалкий пискун?
Плетешься один на балкон, хозяйка надменно ставит рядом хрустальную розетку: «Пепельницы нет, только это».
А то и на улицу гонят, на лютый июньский мороз.
А теперь еще и лучший друг предал.
И только на старых потрескавшихся фотографиях мы юные, веселые, сигареты ява в зубах, дым отечества сладок.
Алексей БЕЛЯКОВ