— На самом деле в этой истории очень много белых пятен и непонятного. Может, стоит уже внести ясность? — А зачем? — Ну как зачем? Ты же автор! А автор всегда объясняет читателю что к чему... — А если я не хочу или читатель сам достроит историю? — Твоё право, конечно. Но ведь ты так не сделаешь? — Допустим. Но у нас остался последний акт, а не сказано ещё так много всего... — Много, да! Но давай проясним хотя бы основное. Вот Семёныч, например. Как он мог планировать свой отъезд, если состав жильцов облачного дома всегда неизменен? Кто-то тогда должен занять его место. Но кто? — Так давай у него и спросим. Хотя кроме него, почти и некого спросить. Ты посмотри какая мизансцена в столовой! Уровень непроходимой глупости — запредельный. Отключка — максимальная. У большинства присутствующих стеклянные глаза, без единой мысли. Поесть и выпить на халяву — это предел их мечтаний. Никто никогда не задумывался, куда раз в сто лет пропадал Семёныч. — Так куда ты уезжал? Но Семёныч молчал и неотрыв