Гарем вольготно расселся в саду, устроив внеочерёдные посиделки с виски на свежем воздухе.
Вообще, обычно они предпочитали бухать культурно проводить время внутри дворца, но так как к их компашке самовольно прибилась Зульфия, им пришлось переползать в сад, ибо сама женщина по каким-то причинам отказывалась покидать насиженное местечко.
Возможно, из-за боязни оставлять свою ручную змею без присмотра: в прошлый раз это закончилось трагической смертью садовника, и Зульфии потом было немного неловко здороваться с его женой и пятью детьми.
— Эй, а что, если бы мы были султанами? — внезапно спросила Шахзода.
— С чего вдруг такие вопросы, Ша? — ласково посмотрела на неё Эмме.
— Да просто автор не может придумать нормальную подводку, вот и пишет на отъебись, — фыркнула Зульфия.
Ах ты ж…
— Ну всё, снова накрыло беднягу, — констатировала Вуджуд, с сожалением глядя на «полоумную» девушку.
— Я не сумасшедшая! Говорю вам, за всем этим стоит какой-то идиот!
— Ну да, ну да, — закивала Вуджуд, шёпотом добавив: — В книгах по психологии пишут, что с душевнобольными лучше не спорить.
— Я не больная!
— Вернёмся к теме, — миролюбиво предложила Шахзода. — К примеру, если бы я была султаном, то отстроила бы себе дворец из сахарной ваты, завела единорога и запретила бы всем грустить в моём присутствии.
— А что бы было, если бы, допустим, кто-то загрустил?
— Ну… Электрический стул же не просто так стоит в подвале дворца? — невинно улыбнулась Ша.
— Дворец из сахарной ваты с электрическим стулом в подвале… — шокировано шепчет Эмме. — Господи, я дружу с маньяком-звездодуем!
Шахзода плотоядно улыбнулась в ответ.
— Ладно, ладно, если бы я была султаном, то у меня был бы целый гарем из подкаченных мужиков с размытыми понятиями о нравственности, — мечтательно протянула Джинна.
— Если б я был султан, я б имел трёх жён… — пропела Амира строчку небезызвестной песни.
— … Или мужей, — подхватила Шахерезада.
— Кто даст, короче, — заржала Джинна, отчего все резко вспомнили, что давно не проходились по окнам стеклоочистителем.
— А ты, Эмме? — подозрительно слащаво поинтересовалась Ша. — Тоже набрала бы гарем?
Девушка ощутимо сглотнула.
— Н-нет, в-ведь м-мне не нужны под-други, кроме т-тебя, — прошепелявила Эмме, машинально пятясь в сторону ближайших кустов.
— Ну кто бы сомневался, — очаровательно улыбнулась Шахзода.
— Подкаблууучница, — вновь пропела ещё одну небезызвестную строчку Амира.
— Что-то у тебя сегодня невероятно песенное настроение. Какая ирония, учитывая то, что ты и петь-то особо не умеешь, — злобно высказалась Эмме, смерив Амиру полным скепсиса взглядом.
— Ничего не знаю, завистливая критиканка, ты просто хочешь загубить мой талант своей токсичностью!
— Давайте отправим её на арабский «Голос», а потом забудем забрать обратно, — предложила Зульфия, успокаивающая напуганную недавним музицированием змею. — Конечно, они будут предлагать деньги, много денег, но мы не поддадимся!
— Звучит, как уже готовый и тщательно продуманный план! — воодушевлённо протянула Шахзода. — Амира, подойди сюда, и захвати с собой скотч и бумагу, пожалуйста.
— А скотч с бумагой-то нафига? — не поняла Шахерезада.
— А ты собираешься оплачивать ей переезд? Много чести, отправим бандеролью, авось прокатит.
— Точно! Амира, тащи с запасом — нам потребуется ооочень много бумаги!
— Вот и как вы умудрились с обычного разговора про тяжкое бремя султана съехать на попытки сплавить Амиру и её музыкальный талант куда подальше? — вздохнул Исмат, вопросительно вздёргивая бровь.
— Исматик? А ты здесь откуда? — удивилась Шах, занятая упаковкой Амиры в бумагу.
— Ну приехали, я вообще-то тут всё время стоял!
— Правда?
— Да!
— Добро пожаловать в клуб, Исмат, моё присутствие они не замечали месяцами, — Зульфия со вполне серьёзным выражением лица пожала руку Исмату, после чего принялась распаковывать скотч, брошенный неподалёку увлечёнными процессом девушками.
Примечательно, что Амира, которую, вроде как, эта ситуация должна была хоть немного напрячь, полностью абстрагировалась от происходящего, тихонечко напевая себе под нос какую-то незамысловатую песенку. Слов никто разобрать не смог, хотя Вуджуд божилась, что слышала что-то про маленькие половины других мужчин.
— Ладно, а ты, Шах, что бы делала, став султаном? — поинтересовался Исмат, приобнимая свою фаворитку за плечи.
— Развалила бы все государственные дела, которые бы мне позволили взять в свои руки. А те, которые не позволили бы, я всё равно бы взяла и развалила, — беспечно откликнулась Шахерезада, практически завершившая упаковку Амиры.
— Зато честно, — ухмыльнулась Зульфия, отходя куда-то в кусты…
Зачем?
<center>***</center>
— Эй ты, я же знаю, что ты существуешь!
…
— Не пытайся игнорировать меня, слышишь!
…
— Да просто ответь мне, неужели я многого прошу?
Только не после того, как ты оскорбила мою манеру повествования.
— Да?! Я слышала! Значит, ты правда есть?
Твою мать…
— Слушай, у меня накопилось немало вопросов, к примеру, почему Исмат такой идиот? И чем я тебе так не угодила, что меня месяцами игнорировали все, включая садовника? А ещё, хотелось бы знать подробности дружбы Эмме и Шахзоды… Ну, только не слишком подробно, фи… А ещё… Эй, ты меня вообще слушаешь?
Я в домике.
— Это несерьёзно!
…
— Ну эй! Из-за тебя меня называют поехавшей, и было бы неплохо получить хотя бы чисто символические извинения!
…
— … С другой стороны, чего ещё ожидать от человека, придумавшего Чалдун?
<center>***</center>
Зульфия вышла из кустов, куда несколькими минутами назад нырнула, пребывая в весьма задумчивом состоянии.
— Где ты была? Мы уже успели упаковать Амиру и получить пиздюлей от Джинны, которая заставила нас её разматывать. Пожалуй, в следующий раз стоит избавляться от людей без свидетелей… И без занудных Джинн, обламывающих всё веселье!
Зульфия на это лишь неопределённо повела плечами, после чего уселась проводить профилактические беседы с камнем насчёт того, что «эта белобрысая какая-то странная, не общайся с ней».
В планах было захватить мир, покормить змею и изобрести Снэпчат, дабы Шахзодушка смогла найти себе развекуху, соответствующую уровню её развития, и потенциальных друзей в виде разных мордочек диковенных (и не очень) животных.
Так или иначе, жизнь гарема теперь должна была в корне поменяться, ведь одна из восьмерых знает правду!
Хотя… Кто ей поверит?