Я начну писать, ещё не додумав, чем именно я ошарашен…
Для разбега – о себе, как всегда почти. – Когда началось белоленточное движение, с отставанием, я завёл на своём личном искусствоведческом, вообще-то, сайте страницу «Дневник» как коллекцию личных и железных разоблачений политического вранья всяких известных личностей и более или менее известных организаций. Чертовски трудное дело, - скажу между прочим. Вы даже не можете себе представить. В нём своё место находило и украинское враньё. Я люблю задачи для мозга – вот и вёл себе помаленьку этот «Дневник». Но в с началом СВО перестал. Вал украинских и проукраинских фейков стал такой высокий, как цунами, что я сдался.
Но я должен был, казалось бы, привыкнуть к эре Фейков. Ан вот… От следующего как-то растерялся.
Дело было так. – Я время от времени читаю стихи о войне на Украине. Вдруг какое меня проймёт. И тогда я о нём напишу заметку с разбором, почему проняло. Это, как всегда, довольно трудно сделать. Но я трудности обожаю. – Большинство стихов – патриотические, то есть прикладное искусство, второсортное, как по мне, эстетическому экстремисту, первосортным считающему неприкладное искусство, когда есть недопонятность, когда мне сказали ЧТО-ТО, словами невыразимое. Но я терпеливо читаю и жду, жду.
И вот наткнулся на сайт с русскими, но антирусскими стихами. А там – на цитату из Татьяны Вольтской, которою я много занимался ранее. У неё бывают первосортные стихи.
Цитата такая:
Военных и мирных валим. Она говорит – да ну!
Он говорит – по ходу зашли тут в хату одну,
Нашёл пять тысяч зелёных – а хата уже горит.
Она говорит – ни фига се, теперь закроем кредит.
Ни фига се! Я знаю о горабежах западенцев во время АТО на Донбассе. В это верилось. – Во-первых, западенцы донбасских ненавидят за сепаратизм. Во-вторых, за русскость. В третьих, они ментально хапуги. Из-за них в первую очередь украинцы слывут прижимистыми. В-четвёртых, влияние нацизма, который отменяет мораль по отношению к второсортному народу (а донечане даже ватниками и колорадами стали остальною Украиной зваться за азиатскость – в смысле – непривычность к демократии, государственность, если не ругательно – раньше думай о родине, а потом о себе).
Я вспомнил своего покойного двоюродного брата, который стал американцем до эмиграции в США. Я ему в США описал какой-то позорный украинский случай, а он ответил, что ему жаль того украинца, низведённого в моральный низ веками угнетённого положения народа. – «Неужели, - думаю, - Вольтская оттого же так объективна к мародёрству украинца?»
Но.
Я ж искал стихи. Поэтому пропускал текст-сопроводиловку.
Так, наткнувшись на парадоксальное стихотворение Вольтской я решил его проверить, как оно выглядит на другом сайте. – А там – ещё четыре строки:
Он говорит – расстреляли троих, завели в кусты.
Она говорит – не голодный? Хватает хоть вам еды?
Он – да нет, не особо. Она – совсем отощал?
Насилуй там украинок, мне только не сообщай.
Ну и первая строка пропущена:
Он говорит – ты знаешь, у нас тут, по ходу, ад.
Тут меня, как говорится, заколдобило: зачем было корнать?
А оказалось – просто. Из текста-сопроводиловки было и так ясно, что русские русских гнобят за мародёрство:
«Но таких [ура-патриотических проукраинских] текстов очень немного. Значительно чаще русские поэты с ужасом и отвращением описывают своих соотечественников (словцо "зоотечественники" когда-то ввели в русскую поэзию, независимо друг от друга, Иван Ахметьев [в СССР его стихи распространялись в самиздате]и Михаил Яснов [франкофил]). Сообщения о мародёрстве российских солдат под Киевом вызывают волну сходно устроенных стихотворений:
Папка мне привёз с войны
детские ботинки.
Мамке он с войны привёз
новые серёжки —
там следы чужих волос,
грязные немножко.
(Леонид Каганов)
И лифчик, немного в крови,
как дар драгоценный любви
своей посылает жене.
Наш папа сейчас на войне.
(Алексей Олейников)».
То есть, если б я читал подряд, я не изумлялся объективности Вольтской.
А под то, что она объективна подводится такая логика:
1) «Независимая русская поэзия, сопротивляясь этому [нормативности, например, патриотизму], дала негласный зарок: не писать о том, что не прожито лично и непосредственно самим собой».
2) «…российско-украинская война – это война уже не в телевизоре, а в соцсетях».
3) Понимай: Вольтской не обязательно быть вблизи фронта. Достаточно ей читать соцсети и верить антироссийскому в них. И – непосредственность «прожито лично» налицо.
Тут я осторожничаю, хоть являюсь компьютерным идиотом. Форма разговора, по-моему, соответствует обмену мыслями по мессенджеру. А посторонний человек, в позицию которого ставит себя образ автора в стихотворении Вольтской, - читать этот обмен не может, если верить вот этому: «можно ли читать чужие сообщения? - Нет, если вы не задались любой ценой получить чужую переписку» (https://dzen.ru/a/YKQibI6VZ0mienIW).
То есть подозревать, что его Вольтская выдумала, я могу вполне. То же относится и к «теории», по которой теперь российско-украинская война переживается поэтами непосредственно, не пребывая на фронте.
И тогда я могу лишний раз похвалить Вольтскую. За искусство вымысла. Не того, что русские – мародёры, а того, как живо выглядят разговаривающие. Он всё-таки ещё с остатками человечности. Ему ад – что приходится убивать мирных, хотя бы в кустах это делают, а не на виду, она это почти мимо внимания пропускает. Его трогает драматизм, что делать: удирать из горящей хаты немедленно или всё таки, захватив доллары, её же трогает возможность закрыть ими кредит, а не риск мужа быть погребённым под обрушившейся от пожара крышей. Она хуже его морально в несколько раз. А он – парень не промах: чуял, что хата богатая, могут и деньги быть, потому и зашёл в уже горящую хату. Блеск – как индивидуальность сияет. – Что значит талант…
Но лживость Вольтской всё-таки даёт себя знать. – Когда отойдёшь душой от этой яркой сцены, вспоминаешь, что там же, на фронте, запрещено говорить по телефону – разговор будет засечён радаром и на блиндаж разболтавшемуся прилетит мина. Потому там, если и говорят о чём, наверно, то о самочувствии друг друга и выражают чувства друг к другу. А не…
Но как я, было, ошибся, что Вольтская и объективность совместимы…
Для произведения прикладного искусства (каким является данное стихотворение) историческая правда (что русские там, на востоке Украины, освобождают русских же {от нацисткой оккупации}) была б дополнительным достоинством.
13 июня 2024 г.
