Мне эта помесь красного с синим очень по вкусу; больше люблю только близкий сиреневый. Решила порыться в истории – вот что нарыла про цвет фиалок, лаванды, нарядов древнеримских модников и армянских священников.
Роскошь и вонь
Во времена античности фиолетовые одежды стоят огромных денег. Не всякому патрицию по карману; полководцу-триумфатору - да, но тут главное не взбесить императора: он тоже любит пурпур и хочет эксклюзива.
Уточню: пурпур – это и темно-красный, и фиолетовый, так в словарях.
А откуда дефицит? Взболтал красный с синим, получил… Да как-то не дружат они в Древнем Риме, ерунда выходит. Цвет нужно добывать в чистом виде, а извлечь его можно только из иглянок - брюхоногих моллюсков, что тусуются на дне моря близ финикийского берега. Со времен неолита (9000 лет до н.э.) из ракушек тех выковыривали краситель, чтобы намалевать на стенах пещер доисторические шедевры. И в стране Финикии (нынешний Ливан) город Тир – главный по дефицитной краске, тирскому пурпуру: он расходится во все стороны света, львиная доля достается Риму. 200 граммов краски - это железы 30-ти тысяч иглянок; берег у Тира усеян многометровыми горами опустошенных ракушек, но бизнес процветает. Фиолетовая ткань не линяет, не выгорает, служит годами.
В Риме по поводу моды на фиолетовый бухтит историк Плиний Старший (на дворе 1 век н.э.): «Люди сходят по нему с ума. Несомненно, это – цвет триумфа. Но если учесть, сколь отвратителен его запах, то стоит ли он этих денег?» Н-да, перебивать смрад разложившихся моллюсков не умеют, тоги и платья воняют ужас как. Но римляне, привыкшие к стирке в смесях с мочой, как-нибудь притерпятся и к пурпуру.
К 3-му веку н.э. цена на фиолетовый шелк взлетает до небес: за полкило ткани дают 150 тысяч денариев – 28 тысяч баксов по-нашему. Жена императора Аврелиана присмотрела на рынке умопомрачительный шелковый наряд фиолетового цвета. Закатай губу, Ульпия, отвечает бережливый Аврелиан, это платье стоит как золотое. Скоро императора, подумать только, убивают…
Только для особ королевской крови
В средние века с добычей ракушек совсем туго – фиолетовые ткани везут с востока считанными метрами. А раз вещь дорогая и редкая, значит, она исключительно для монархов. Пишут, «божественный» фиолетовый запрещали носить даже богатым феодалам – ищите, сеньоры, другие оттенки пурпура; вон как у византийских василевсов, багряно-красный, чем вам плох? А от фиолетового извольте отвянуть.
Еще пишут, что после взятия турками Константинополя в 1453-м технологию производства фиолетовых красителей потеряли (не поясняют, правда, при чем тут Византия, где в ходу был именно темно-красный пурпур, багряный). Так или иначе, через век с гаком редкий цвет снова появляется на королевских тусовках; его как бы открывают заново.
Высоко ценит насыщенный и нежный цвет неисправимая модница Елизавета I – почти так же высоко, как себя, любимую. Потому издает закон: пурпур разрешаю носить только моему величеству и моей ближайшей родне.
В середине 19 века всему интересному и загадочному, что связано с фиолетовым, приходит каюк: больно умный студент Уильям Перкин, нахимичив с реактивами, получает анилиновый краситель мовеин – оттенок фиолетового называют так в честь цветка мальвы. Лет через 6 королева Виктория изволит облачиться в лиловое платье и прийти на выставку, чем дает старт моде на запретный прежде цвет. Он отныне повсюду.
Только не на государственных флагах. Почти все они появились раньше великого открытия Перкина, когда фиолетовый считался более уместным на королевских штандартах. Лишь стяги Доминиканы и Никарагуа имеют фиолетовые вкрапления – они нарисованы уже в 20-м веке.
И вдогонку. Считают, что фиолетовый – цвет гипнотизеров и психотерапевтов: он тормозит дыхание и пульс, успокаивает. Дышите глубже, считаю до десяти…
Автор – Марина Туманова
Сердечное вам спасибо за внимание к каналу, за лайки, комментарии, подписки