Какой самый продолжительный срок наказания может получить человек за свое преступление? Кажется, нет ничего страшнее пожизненного? Но в приговорах американских судов нередко встречается и два, и три пожизненных. Предел ли это? Вовсе нет!
Жизнь — за жизнь
25 пожизненных — как вам такое?! Хуан Корона из Калифорнии убил 25 рабочих, работавших на его ферме. За это жестокое преступление он был приговорен к 25 пожизненным лишениям свободы. Эта история является одной из самых страшных в истории калифорнийского правосудия.
25 — не предел
Впрочем, и это еще не предел. Насильник и маньяк Бобби Джо Лонг из Флориды получил на три пожизненных больше. И было за что: он совершил более 50 изнасилований и убил половину своих жертв. Его действия были вызваны генетическими особенностями и семейными конфликтами, что привело к серии ужасных преступлений.
Кстати, несколько пожизненных, это не просто строгое исполнение «буквы закона» — в этом есть смысл еще и потому, что преступник может попасть под амнистию. Впрочем, с двумя десятками пожизненных даже пара таких амнистий не позволит преступнику уйти от заслуженного наказания.
Не только пожизненные
Вот пример именно такого наказания. Дадли Вэйн Кизер был приговорен к 10000 годам за убийство своей жены в 1981 году. Этот приговор остается самым длительным в истории США. Кроме того, за убийство тещи и студента колледжа, ему были вынесены два пожизненных приговора, дополняющие его невероятный срок. Кизер — из тех, кого даже две амнистии по пожизненному сроку не спасут.
Семь с лишним тысячелетий
Что интересно, в «демократических» США бывает покруче, чем в «автократическом» Иране. Там в 1969 году два иранца были приговорены к 7109 годам тюремного заключения каждый. Их судили по восточным правилам, и все их преступления были сложены в один колоссальный срок. Их приговор остается одним из самых долгих в мировой истории правосудия.
Астрономический срок
384 912 лет — это не опечатка! В 1972 году почтальон из Пальма-де-Майорки получил такой астрономический срок за не доставленные письма. Этот случай стал самым продолжительным сроком в испанской истории правосудия, а также в мировой практике. Он не доставил более 4000 писем, что привело к такому колоссальному приговору — по 96 лет за каждый «конвертик». Лихо? Но, как говорится, «Dura lex, sed lex».