День клонился к закату, и становилось прохладно. Я поплотнее закуталась в теплый плащ, и направилась к своей палатке, где меня ждала карта боевых действий, и возможность собраться с мыслями перед завтрашним днем.
Наступления утра я не хотела совсем. Завтра мне придется воевать с человеком, которого люблю, и я понимала, что любой итог, каким бы он ни был, принесет мне боль. Я была почти уверена, что Северс испытывал бы схожие чувства, если бы знал, что вести наступление буду я.
Скинув плащ на руки адъютанту, подошла к интерактивному столу, и включила расположение войск. Фигурки кораблей и воинов засветились мягким светом, а я взяла стилус, и прочертила несколько стрелок, поверх тех, что уже были на карте. На душе было погано, но мозг исправно работал, просчитывая ходы, делая пометки, и прогнозируя развитие событий.
Я села на походную кровать, и включила сенсорный экран, расположенный у изголовья, чтобы связаться с близкими. Увидев встревоженное лицо матери, постаралась придать своему самое приветливое выражение, которое только смогла. Поговорив с ней немного, попросила показать мне сына, который уже спал. Мама поднесла браслет с камерой к его кроватке, и я залюбовалась спящим ребенком, с ужасом осознавая, что завтра, возможно, убью его отца.
Мой же отец, снова не захотел со мной разговаривать, обосновывая это тем, что дочь посмела нарушить семейную традицию, и возглавила действующую армию, а не осталась штабистом. Мне уже не было горько, я свыклась с этим.
Рухнув на кровать, прикрыла глаза, и постаралась отрешиться от всего, что терзало мысли. Завтра мне предстоит трудный бой, который я просто обязана выиграть, иначе сама себя перестану уважать. Северс тоже будет биться до последнего. А это означало лишь то, что, скорее всего погибнем мы оба.
С удивлением обнаружив, что из глаз текут слезы, я с досадой их смахнула, и постаралась уснуть.
– Полковник Северс, - я услышал крик своего помощника и повернулся, - Полковник, вас срочно вызывает Центр.
– Спасибо, Винс, иду.
Я быстро дошел до главного корабля и поднялся по трапу. В командном пункте царил полумрак, и оттого казалось, что экран, на котором я видел лицо Центрального, является единственным источником света.
– Вызывали?
– Северс, у меня для тебя важные новости. Командование армией Третьего Союза Республик, взяла на себя полковник Христова.
Я зашел в свою каюту, и поспешил в уборную. Извергнув содержимое желудка, опустился на пол, и прислонился спиной к прохладной стене.
Мария, ну зачем? В голове роились мысли, не давая мне возможности сконцентрироваться на чем-то одном. В груди все сдавило от понимания, что завтра будет самый страшный бой в моей жизни. Я схватился руками за голову, и постарался взять себя в руки, но это получалось с трудом. Перед глазами мелькали воспоминания моего отпуска, который я провел на одной из планет Фиолетового созвездия. Именно там я и познакомился с Марией. Именно там я понял, что влюбился, как мальчишка, и мы провели вместе три месяца, а когда пришла пора расставаться, и мы достали свои адресные карточки, чтобы обменяться ими, поняли, что все рухнуло.
Она рыдала, отказываясь верить в реальность, а я раз за разом пробивал кулаками самовосстанавливающиеся стены домика, в котором мы жили.
Зарычав от досады и боли, я поднялся на ноги, и вышел в каюту. Включив рабочий экран, и выведя на него карту военных действий, всмотрелся в расположение войск. Некстати вспомнилась строчка из очень старой песни, которая звучала во времена однопланетной эпохи, про последний бой, и про то, что он трудный самый.
Именно таким и будет завтрашний бой. И самым трудным, и последним. Я читал досье Христовой и видел записи ее боев, поэтому понимал, что погибнем оба. Никто из нас не отступит, потому что мы не имеем права. Мы пешки в этой игре, мы офицеры, за нами наши люди и союзы.
Я переключил экран на личный режим, и порывшись в архиве, нашел то единственное фото с отдыха, которое у меня не поднялась рука уничтожить. С него на меня смотрела смеющаяся Мария, которая не была тогда полковником действующей армии, а всего лишь любимой женщиной. Я вывел снимок на печать, и мне в руку опустился маленький пластиковый прямоугольник. Спрятав его во внутренний карман униформы, я лег на узкий топчан, и прикрыл глаза. Перед боем нужно поспать.
