Я всегда сама про себя говорила, что я трепло.
Это не про то, что я разбалтываю секретные секреты людей, которые мне их доверили, это про вываливание с помпой своих же собственных секретов.
Это в продолжение практики честности, но не только в паре.
У меня есть любопытный механизм: я морально съедаю себя, если у меня есть личные тайны. Т.е. если я сделала что-то или думаю что-то, что имеет какое-то отношение к моим близким, меня это страшно тяготит и мучает. То есть мне кажется, что этот вот вселенский секрет (это не так) прямо влияет на события в моей жизни, я постоянно мысленно жую его, переживаю, что, упаси вселенная, это как-то всплывет до того момента, как я созрею сама рассказать.
На деле выходит так, что я сама себя разгоняю, эмоционирую, провоцирую у себя выработку какого-то невменяемого количества кортизола, адреналина и прочего, что может стимулировать на какую-то странную борьбу и защиту. Потом, когда расскажу все, опустив глазки и испытывая все оттенки стыда, получив в ответ реакцию в духе «Ну, бывает. У меня тоже так было» и абсолютное отсутствие эмоций негодования со стороны слушателя, я впадаю в ступор. Ну то есть, я же ведь так сильно переживала, думала об этом днями и ночами, боялась задеть чувства, вызвать праведный гнев, а на деле только тишина в эмоциональном эфире моего визави. Здесь я впадаю в радостный ступор. И облегчение. Страшное, падающее небом на голову облегчение.
Поэтому вот вам еще один мой инструмент: все мои мысли, поступки и чувства, касающиеся моих близких (на мой исключительно субъективный взгляд) я проговариваю самим причастным к этому, строго наедине. Сложно, боязно, непредсказуемо, но так лучше для меня. Да, безусловно за такими моими выпадами откровенности порой следуют долгие разговоры, потому что не всегда моя правда проскакивает легко и непринужденно. Но к этому я тоже морально готова. Поэтому всегда нужно оценивать глубину и доверительность отношений, готовность другого человека услышать и принять, и поговорить. Да, безусловно, такое я могу проворачивать только с теми, кому безусловно доверяю, но и волнуют меня тайны, касающиеся только их.
Вот такое я вот трепло для своих близких и люблю это в себе.
