Кто будет бороться за пост президента Ирана

Избирательный штаб при МВД Ирана одобрил шесть из 20 кандидатур на пост президента страны на внеочередных выборах 28 июня, которые пройдут в связи с гибелью президента страны Эбрахима Раиси в мае. Имена 9 июня назвал пресс-секретарь избирательного штаба Мохсен Эслами в эфире государственного телеканала IRIB. Явных фаворитов, каковым был Раиси на выборах в 2021 г., среди них нет, считают эксперты.

К политикам консервативного толка среди кандидатов относятся представитель верховного лидера Ирана в Высшем совете национальной безопасности Саид Джалили, спикер меджлиса (парламента) Мохаммад Багер Галибаф, действующий мэр Тегерана Алиреза Закани и глава Фонда по делам мучеников и ветеранов, бывший первый вице-спикер парламента Амир-Хосейн Газизаде-Хашеми. «Высоки шансы у Галибафа и Джалили: они участвовали в выборах 2013 г., выдвигались в 2021 г., но консерваторы поставили на Раиси», – полагает старший научный сотрудник Центра изучения стран Ближнего и Среднего Востока ИВ РАН Елена Дунаева. Она добавила, что Галибаф позиционирует себя лидером неоконсерваторов, Джалили – ультраконсерватор.

Еще один кандидат, экс-министр здравоохранения и медицинского образования Ирана и член парламента, практикующий кардиохирург Масуд Пезешкиан, – представитель реформаторского крыла. За ним стоят азербайджанцы, он уже 20 лет представляет в меджлисе столицу Восточного Азербайджана – Тебриз, поясняет иранистка. Кроме того, Пезешкиан родился в курдском Мехабаде, что может привлечь и обычно игнорирующих выборы курдов, полагает она. Его поддержал «Фронт реформаторов» и Мухаммад Хатами, пятый президент Ирана, один из лидеров реформаторов в прошлом, замечает эксперт. «Важно само присутствие Пезешкиана среди кандидатов, поскольку на прошедших в марте выборах в парламент реформаторов почти не допустили и их сторонники бойкотировали выборы», – говорит Дунаева. Пезешкиан мало кому известен, по своей деятельности уже перестал быть реформатором, был включен ради формальности – видимости участия реформаторов в выборах – и его шансы «близки к нулю», отметил, в свою очередь, иранист Никита Смагин.

Также в выборах примет участие бывший глава МВД (2005–2008) и минюста (2013–2017) Ирана Мустафа Пурмохаммади. Представитель прагматичных консерваторов – «центристов», характеризует его Дунаева. «Человек с большим потенциалом, хороший оратор, но теперь знаком лишь религиозным деятелям, у него нет шансов самостоятельно выиграть», – добавила эксперт.

Смагин считает наиболее яркими Галибафа, Закани и Джалили. По его словам, они имеют опыт выборов и именно между ними будет борьба. «Хотя ее накал будет слабым, скорее всего, выиграет Галибаф, как наиболее узнаваемый», – говорит Смагин. Дунаева напомнила, что Закани и Хашеми участвовали в президентских выборах 2021 г., но у них нет прочной социальной базы и они не запомнились избирателям. Она соглашается, что больше всего шансов на победу у консерваторов Галибафа и Джалили, хотя ни один из них не является явным фаворитом. При таком количестве кандидатов есть вероятность, что ни один из них не сможет набрать более 50% голосов, что приведет к необходимости второго тура выборов (через неделю после первого – в ближайшую пятницу), допускают эксперты.

Без объяснения причин не прошел отбор экс-президент Махмуд Ахмадинежад. Смагин отмечает, что Ахмадинежад воспринимается как «проблемный» и неуправляемый популист.

Одна из четырех женщин, зарегистрировавшихся на выборы, Зохре Элахиан, сняла свою кандидатуру, остальные также не прошли отбор. Женщины неоднократно пытались баллотироваться, но проблема в толковании исламского права, поясняет Дунаева: «По конституции предпочтителен кандидат – «политический деятель», но учитывая, что слово используется арабское, в арабском этот термин мужского рода, а на фарси нет четкого указания пола».

Июньские выборы станут вторым крупным электоральным событием в Иране за 2024 г. В начале марта прошли выборы в меджлис. Консервативные кандидаты победили во всех провинциях, включая Тегеран. Явка была рекордно низкой – 41%, или 25 млн человек. До этого рекордно низкой считалась явка 2020 г. – 42%. Из-за апатии населения антирекорд может быть обновлен, считает Смагин. Когда основная масса населения не приходит на выборы, побеждают консерваторы, мобилизующие традиционалистов в мечетях, отмечает Дунаева. «Игнорируют голосования интеллигенция, предприниматели и студенты. После протестов 2021–2022 гг. они считают себя ущемленными. Если либеральные силы сумеют мобилизовать электорат – возможна конкуренция. Закани и Хашеми могут отдать голоса Джалили, как уже делали», – допускает Дунаева.