***

Я стою у приоткрытого окна и любуюсь, как на улице весело играют, заливисто смеясь при этом, отец и дочь. Веселый, звонкий смех девочки словно трель маленькой птички раздается по всему двору, вызывая улыбку на лицах прохожих, и я улыбаюсь вместе с ними. Краем глаза я замечаю стоящую на столе фотографию, сделанную несколько лет тому назад… эта фотография как начальная точка наших отношений с Сашей, которые развивались подобно снежному кому, летящему с пика самой высокой горы. До сих пор не могу понять, почему именно она, а не какая другая занимает место в рамке на полке, почему я поставила сюда именно ее,… почему из сотен снимков именно эта фотография занимает столь почетное место. Сейчас я полностью окунулась в воспоминания прошлого, начиная с того самого вечера, когда на дне рождении нашего общего друга, нас сфотографировали танцующих. Я провела рукой по фигуре человека, который перевернул тогда мою жизнь, поставив все с ног на голову, и чуть заметно улыбнулась, полностью погружаясь в свои мысли.
Саша настолько красиво ухаживал, что я забыв о разнице в возрасте влюбилась в него.. Нет, влюбилась, это совсем не то слово, которое я сейчас употребила,…полюбила, да, именно полюбила всем сердцем, каждой клеточкой своей души. Я старалась дарить ему свою любовь так искренно, насколько могла, растворяясь в этом прекрасном и, о его, неведомом чувстве.
Но в каждой истории любви есть своё «НО», которое убивает, растаптывает чувства, смешивая их с подобием праха горя, лжи, недоверия и недопонимания. К сожалению, а может быть и к счастью, я не могу ответить на этот вопрос даже самой себе, случилось так, что наши отношения рухнули в один миг, оставляя каждого из нас по разные стороны сложившейся ситуации. Я машинально вытираю катящиеся по щекам слезы. И стараюсь всячески сдерживать эти соленые потоки, но все безуспешно… я иногда спрашиваю себя, сколько еще я буду думать о том плохом, что было в той «в прошлой» жизни, эта страница давно перевернута, с таким трудом вырваны из сердца те моменты, которые причинили мне и физическую и душевную боль. Но видимо этот вопрос так и останется для меня риторическим.
Буду я любить не зная,
Где ты и с кем…
Отдавать не ожидая
Счастья взамен
Почему же так тревожно
Делает шаг…
К твоей душе… моя душа…

Эти строки из песни все чаще и чаще всплывают у меня в памяти, заставляя вновь и вновь вспоминать все то, что было тогда.
Наконец-то мне удалось взять себя в руки и не много успокоится, поставив фотографию на ее прежнее место, я подошла к окну… на улице уже никого не было…
Погрузившись в свои мысли, я стою у открытого окна, вдыхая свежий воздух, врывающийся в квартиру.
- Ну что ты делаешь…- вдруг услышала я за своей спиной голос своего любимого и тут же почувствовала, как его сильные руки скользнули по моим плечам вниз и обвили уже заметно выделяющийся живот,- простудишься, Лер..
-Сашка,- выдохнула я, и, развернувшись, уткнулась лицом в его грудь.
-Ты чего?- Гордеев чуть оторвал меня от себя и начал тут же покрывать поцелуями мои глаза и щеки,- что случилось?
- Я люблю тебя, Саш,- прошептала я и улыбнулась сквозь слёзы.
Мой любимый нежно коснулся моих губ, даря самый нежный поцелуй, и я, уже не отдавая себе отчет, обвила руками его шею, прижимаясь к нему крепче.
-Мам…пап…- услышали мы настолько неожиданно голос нашей дочери, что вздрогнули и, оторвавшись друг, от друга сначала смутившись, посмотрели друг на друга, а потом весело рассмеялись.

– Продолжайте, продолжайте,- заливисто смеясь, закончила наша дочь,- только от окна отойдите, простудитесь.
-Машка!!!- в один голос произносим мы с Сашей. – Неужели ты не видишь, что с мамой разговариваем,- продолжает Гордеев, пытаясь подавить вырывающийся наружу смех.
-Я вас люблю, родители!!!- отвечает нам наша дочь и выбегает из комнаты, давая возможность нам закончить «разговор».