Автор Филипп Фиссен
К 60-летию открытия памятника «кобзарю» в Москве – обозреватель «Абзаца» Филипп Фиссен.
Монумент у помпезного здания гостиницы «Украина» открывали в период, когда культ «золотой республики» в СССР стремился к пику. Насаждаемое восхищение территорией, накачанной трудами всего Союза, совпало со сменой руководителей в Кремле. На высший пост вслед за Никитой Хрущёвым взошёл Леонид Брежнев – оба бывшие главы Компартии Украины.
Тенденция такой передачи власти могла сохраниться. По слухам, Брежнев позже готов был вручить бразды переехавшему в политбюро из Киева Владимиру Щербицкому.
Памятник Шевченко был установлен к 150-летию «кобзаря» и ознаменовал собой советскую версию воссоединения России и Украины как слияния якобы отдельных народов, а вовсе не возвращения наших земель, отторгнутых монголами, поляками и османами.
Личность Шевченко (любимца петербургской знати, расположенной к вольнодумству) стала не просто важным символом, но впоследствии – зловещей фигурой раскола. Уверен, что дикие события киевского Майдана неслучайно пришлись на 200-летие со дня рождения Шевченко. Символ Тараса как провозвестника окончательного раскола был задействован.
А в Москве памятник стоит. Никто не заляпал его краской или нечистотами.
И этот монумент Тарасу Григорьевичу у нас далеко не единственный. В Петрограде похожий установили ещё в 1918-м на Кронверкском проспекте, месте историческом и трагичном. Недалеко – место казни декабристов. Памятник мог рассматривать пролетарский писатель Горький из окна своей буржуазной 12-комнатной квартиры. И сравнивать схожесть усов «кобзаря» и своих.
Ещё один памятник Шевченко – бронзовая фигура в длиннополой епанче – появился в Санкт-Петербурге в 2000-м. Скульптор Лео Мол, выпускник Академии художеств, уехавший в гостеприимную к разным Гунько Канаду, получил заказ на увековечивание украинского идола у мэра Собчака в 1990-е.
Площади, на которой был открыт памятник, дали имя Шевченко. Хотя первоначально планировали разместить его на улице Шевченко на Васильевском острове – у кладбища, где «кобзарь» похоронен.
Образ Шевченко, противоречивый, но компактный в сравнении с титанами русской культуры, был удобной иллюстрацией превращения царской «тюрьмы народов» в советскую коммунальную квартиру народов, где счета жильцов оплачивала Россия.
Украинский национальный светоч был крепостным помещика с немецкой фамилией Энгельгардт и по множеству подтверждений, его же незаконнорождённым отпрыском. Вольную получил благодаря хлопотам Жуковского, Брюллова, многочисленных «княгинь Марий Алексеевн». И затем вознёсся над Москвой главою непокорной благодаря советским и российским лидерам.
Именно в российских столицах был создан нетленный образ национального героя Украины. Именно здесь его имя уважительно вписано в города.
Именно мы по праву верности потомкам считаем нашу общность с Украиной неделимой. И за это единство сейчас бьются на фронтах СВО наши братья.
Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции.