У одной женщины любимая собака на радугу ушла. Прожила лет пятнадцать.
Горю не было предела. Извелась женщина.
Собачку похоронили где-то недалеко от города. Поставили нечто вроде памятника с фотографией, и даже оградка небольшая.
Иногда хозяйке казалось, что слышит лай своей любимицы, особенно поздними вечерами. И плакала, плакала, плакала.
Горе еще было свежим, когда муж отправился на охоту со своим другом, а жена решила устроить что-то вроде поминок по собачке.
Думала: «Как бы узнать, на животных распространяются такие традиции, как девять и сорок дней?
Ответа не нашла. Наверное, нужно просто помянуть.
И начались приготовления. Сначала сделала настоящую презентацию в компьютере. На первой фотографии собачка маленькая, с ладошку. И текст: «Я еще не знала, что полюблю это существо всей душой».
На второй – собачка уже подросла – где-то в лесу. И текст: «Наша первая прогулка, мы познаем мир».
Кличка у любимицы оригинальная - Мучача. Женщине казалось, что в этом слове много нежности.
Итак, в презентации Мучача и летом, и зимой, и на берегу моря. Ест, играет, спит, на балконе сидит.
Если поминки, значит, нужен поминальный обед. Приготовила, как полагается, первое, второе и компот. Пироги купила в специальном магазине.
У людей бывает так: поставят на видное место стопку, а сверху кусок хлеба. Рядом - фотография усопшего.
А с собачкой так не пойдет. Какая стопка? И женщина нашла выход из положения. Вместо стопки – собачья миска с кормом. Ну, и фотография Мучачи.
Родню звать не стала, потому что никто не поймет. Еще и осудят, скажут, что крыша поехала. Остановилась на преданных друзьях. Всего три пары.
Когда звонила, про поминки не сказала, просто прийти попросила, потому что тяжело. Сообщила, что посидим немного за столом.
Пришли друзья, сели, и хозяйка сказала, что каждую ночь видит собачку во сне, даже извелась. Не в состоянии забыть. Она была как член семьи, поэтому показалось, что хорошо бы помянуть.
Перед каждым гостем рюмочка и столовая ложка. Вилок не полагается.
Мужики, увидев спиртное, обрадовались. Один другому шепнул: «Хоть черта лысого помяну. Мне жена выпить не дает. А тут – пожалуйста».
А женщины немного напряглись. Не сговариваясь, подумали, что подруга переигрывает. Странное что-то, и вообще дурацкая ситуация.
Надо бы выпить и приняться за еду, а хозяйка начала показывать презентацию. Рассказывала и вытирала слезы платочком.
Мужик, который и за черта лысого выпить готов, осторожно сказал: «Машенька, помянуть бы пора – Мучачу».
Его жена зло цыкнула.
Хозяйка слабо улыбнулась: «Да, ребята, я от горя ничего не понимаю».
Все выпили, не чокаясь. И Маша вернулась к презентации.
Гости доели салат и вопросительно посмотрели на хозяйку. А она в это время рассказывала о седьмом годочке ушедшей на радугу любимицы.
Тогда одна из подруг решила помочь. Принесла большую кастрюлю с супом и разлила по тарелкам.
Мужик, который выпить предложил, тоже помог несчастной – рюмочки наполнил.
А хозяйка показывала фотографии - на море.
Мужчины сели дружной группой. Шепотом шутили, наливали и выпивали. Тихонечко выходили на балкон покурить. А Маша забыла про реальность, рассказывала разные случаи из жизни бедной собачки.
Женщинам было неудобно отвлекаться, сидели, слушали, иногда с недоумением переглядывались.
Закончила хозяйка, горестно вздохнула. Одна из подруг сказала: «Другую собаку заведешь. Вот сердце успокоится – и заведешь».
Все съели, даже пироги. И спиртного не осталось. Хорошо, как говорится, посидели.
Расходиться пора. Слова соболезнования были неуместными. Даже простая фраза, что держись, дорогая, так и не прозвучала.
Вышли сытые гости, домой пошли. Машу никто не осуждал: у каждого могут быть причуды. Это ее дело, а наше – прийти и «помянуть».
Особенно довольны были мужчины. Стояли во дворе, громко разговаривали, и жены кое-как растащили их в разные стороны.
Мужу Маша ничего не рассказала про поминки. И друзья промолчали. Наверное, забыли.