Стройбатовец
Глава 5. Все по-взрослому
После обстрела, боец рядом с Ивановым лежал, уткнувшись лицом в землю. Виктор сначала аккуратно потрогал его за плечо, но не увидев реакции, уже сильно потормошил. Через какое-то время к неподвижному бойцу подбежали, пока с другой стороны ещё не начали стрелять, бегать можно было. Осмотрели бойца и сказали, мертв. Иванов понял это и сам, просто не хотел верить. Не укладывалось в голове, что рядом погиб человек. А потом, когда произнесли это страшное слово, поверил и на несколько секунд, а может быть и минут, отключился. Когда же послышался приказ: «огонь», Виктор уже вернулся из отключки. Он был готов. И он начал стрелять. Стрелять в людей. Других людей, по ту сторону. Не было ни страха, ни ненависти, ни угрызений совести. Когда-то услышанная фраза «либо ты, либо тебя» заполнила весь его мозг, других мыслей в голове не было. Иванов целился, стрелял и попадал. Это было дико. В какой момент он стал таким?
Неожиданно, мимо него проскочил боец и сиганул с обрыва вниз. Виктор спокойно подумал: надо же, крыша поехала у человека. Но на всякий случай подполз к краю, чтобы посмотреть, что стало с ополоумевшим. Он не угадал. Примерно в двух метрах ниже края, под площадкой находилась своего рода ступень, достаточно широкая и длинная, чтобы на ней расположился человек с пулемётом. Почему пулеметчика не разместили там раньше, оставалось лишь удивляться. Через некоторое время обстрел вновь прекратился.
Иванов кинулся в оружейку, чтобы перезарядить магазины и взять патроны про запас. Дверь в оружейку была на замке, и в казарме никого не оказалось. Виктор выскочил на улицу и побежал вдоль шеренги лежащих бойцов в поисках старшины, заведующего оружейной комнатой. Старшину нашёл в дальнем конце шеренги. Тот сказал, что ранен и пойти не сможет, но отдал ключи и объяснил, как отключить сигнализацию, а потом позвал бойца и приказал тащить сразу цинк. Когда Виктор вернулся и подбежал к старшине вернуть ключи, лежащий недалеко от старшины капитан окликнул Виктора и попросил, именно попросил, а не приказал - спуститься к неожиданно появившемуся парламентеру и узнать, что он хочет. Только не говорить ему, что все офицеры, либо ранены, либо убиты.
Иванов так и сделал – направился к парламентеру. И это было ошибкой. Дальнейшее можно объяснить лишь русской пословицей «на безрыбье и рак рыба». Вероятно, афганцы ожидали офицера, но взяли того, кто пришел - всего лишь Иванов Виктор Борисович, военный строитель, рядовой. Все эти мысли сформировались в пухнущей голове Виктора много позже. Сейчас же, все, что мог сделать Виктор, это сорвать с плеча Калашников, который взял с собой вопреки правилам переговоров, и начать палить во все стороны, ибо «дикие» афганцы закидали все дымовыми шашками. А потом был сильнейший удар по голове. И темнота.