Еще 50 лет назад в каждой станице или хуторе на Дону оставались рабочие лошади. Сейчас поголовье лошадей в Ростовской области значительно сократилось.
Животные живут и работают в некоторых личных или фермерских хозяйствах или разводятся на немногих оставшихся в регионе специализированных конезаводах. Но все сохранившиеся в области лошади относятся к домашним лошадям, разные породы которых являются следствием многовековой селекции.
Изначальной же дикой лошади, от которой и произошли домашние лошади, ни в природной среде, ни в зоопарках не осталось. Но до начала 19 столетия в донских степях еще оставались последние представители изначальной породы лошадей – тарпаны.
Тарпанов следует отличать от мустангов – потомков обычных домашний лошадей, выпущенных на свободный выпас, или сбежавших от своих хозяев. Самая известная в Ростовской области популяция мустангов обитает на острове, окруженном водами озера Маныч-Гудило. Но и эти лошади являются всего лишь потомками домашних животных.
Само название «тарпан» происходит из тюркских языков и прямо означает«дикая лошадь», которую кочевники отличали от ее домашних сородичей. В Европе обитало две большие популяции тарпанов: лесная и степная. Степные тарпаны еще в начале 18 столетия образовывали единый ареал от Южного Буга на западе, до Урала (Яика) на востоке. По внешнему виду тарпаны сильно не отличались от обычных одомашненных лошадей и могли свободно скрещиваться с ними. Экстерьер диких лошадей отличался постоянной стоячей гривой, темной мышино-серой шерстью и средними размерами, по сравнению с типичными крестьянскими или казачьими лошадями.
Уже в середине 18 столетия ареал обитания тарпанов в современной Ростовской области оказался разбит все более заселяемыми долинами Дона и Северского Донца. На тарпанов охотились ради вкусного мяса, а сами лошади считались непригодными к дрессировке и приручению из-за своего дикого нрава. Настоящую войну тарпанам объявили конезаводчики, обширные владения которых располагались к югу от Сала.
Во время гона тарпаны-жеребцы, более агрессивные, чем их «породистые» собратья, нередко угоняли для спаривания кобыл из частных табунов. Нередко кобылы после этого навсегда уходили на волю. Как считалось, потомство в таких парах, даже если кобыла оказывалась в своем табуне, «портило породу». По мере сокращения популяции тарпанов, их генетическая линия все более сближалась с разными породами домашних лошадей в результате такого скрещивания. Последние степные тарпаны, которые уже в 19 столетии сохранялись в низовьях Днепра, были именно такими потомками встреч диких жеребцов и домашних кобыл.
Эти факторы привели к тому, что тарпаны были истреблены еще до начала полноценной земледельческой колонизации юга Ростовской области. Те же сайгаки, которые могли считаться конкурентами за пастбища с крупными животноводческими имениями, в итоге выжили и сохранили популяцию.
Из диких лошадей только далеко на востоке Азии в естественных условиях сохранилась небольшая популяция лошадей Пржевальского, которая, как считается, стоит в своей генетической линии дальше, чем тарпаны и существующие породы домашних лошадей.