Мне б и о Денисе Давыдове что-то осмысленное удалось бы написать. В том смысле осмысленное – что не надо обращать внимания на то, что нашему сознанию глаза наши у него прочитали.
Песня
Я люблю кровавый бой,
Я рождён для службы царской!
Сабля, водка, конь гусарской,
С вами век мне золотой!
Я люблю кровавый бой,
Я рождён для службы царской!
За тебя на чёрта рад,
Наша матушка Россия!
Пусть французишки гнилые
К нам пожалуют назад!
За тебя на чёрта рад,
Наша матушка Россия!
Станем, братцы, вечно жить
Вкруг огней, под шалашами,
Днём — рубиться молодцами,
Вечерком — горелку пить!
Станем, братцы, вечно жить
Вкруг огней, под шалашами!
О, как страшно смерть встречать
На постеле господином,
Ждать конца под балдахином
И всечасно умирать!
О, как страшно смерть встречать
На постеле господином!
То ли дело средь мечей!
Там о славе лишь мечтаешь,
Смерти в когти попадаешь,
И не думая о ней!
То ли дело средь мечей:
Там о славе лишь мечтаешь!
Я люблю кровавый бой,
Я рождён для службы царской!
Сабля, водка, конь гусарской,
С вами век мне золотой!
Я люблю кровавый бой,
Я рождён для службы царской!
1815
Шанс, что получится, у меня есть – у меня есть глава о Давыдове глубоко учёного Гуковского. Я его начитаюсь, и, глядишь… Ведь Гуковский не знал, что такое подсознательный идеал…
Но. Знать-то он не знал, а описал его действие. Коротко (и шаблонно-общепринято) – это Разочарование в Разуме, в которое ввергнута была Европа морями крови наполеоновских войн. Рацио Наполеона – свергнуть феодальных тиранов по всему миру, в первую очередь – в Европе. А отрыгнулось это рацио бегством из действительности в свой, мол, прекрасный внутренний мир. И в том был нюанс духа времени, составляющий содержание подсознательного идеала всех романтиков. Давыдова – тоже.
Сам реальный Давыдов «вовсе не был таким лихим рубакой и забубенной головушкой… некрасивый, нескладный, проживший трудную жизнь» (Гуковский).
А вот образ своей души он создал – воплощение «Свободы от». Аж несколько аморальный.
Как он это сделал?
Одно – «залихватский слог» (там же).
Давыдов с четырёхстопным хореем, за которым закрепилось было в общем всё, что лёгкое, сделал то, что называется «давыдовская семантическая реформа 1804–1816 гг.» (https://ruthenia.ru/document/526619.html). Это: «во-первых, гиперболизировать в центре прежней образной системы «вино» («водку», «арак» и т. д.); во-вторых, оттеснить «любовь», заменив ее боевой «дружбой»… и в-третьих, оттеснить «лень», заменив ее «службой»» (Там же).
Другое – то, что называют «вершинной» композицией» (Гуковский).
Читатель как бы дополняет изображённый характер всеми, когда-то слышанными, стихотворениями Давыдова и широко известной славой поэта-партизана. Получалось ярко и индивидуально. А требованием времени было удовлетворить публику, уставшую от абстрактности, свирепствовавшей в предшествовавшем стиле классицизма. – И это тоже было одно из проявлений «Свободы от».
Либералам со вкусом схватиться б за эту «Свободу от» и обратить бы её в свободу от тирании Путина. Но где у российских либералов эпохи реставрации капитализма в России с культурой того, что ниже пояса, и оболваниванием, требуемым капитализмом же от своих поклонников, взяться вкусу? Такой, тёмный, либерал (знающий про либерализм лишь то, что тот общечеловеческая ценность и тем приобщён к вечности), да ещё и во время СВО, - такой либерал обижен на Дениса Давыдова:
«…как вы считаете, когда человек пишет: "Я люблю кровавый бой" -- это соответствует заповедям Божиим возлюбить врагов, благословлять их? Или заповеди не абсолютны? М.б., там сказано: возлюбите, но не всех и не во всех случаях? Или можно сделать микс из православия и радикального исламизма с газаватом? А это не будет главным грехом неверия? Или нас… на веру?»
Надо б и его завербовать мне в подписанты какой-нибудь петиции к власти, чтоб ввели переобучение учителей литературы, чтоб те первые узнали, наконец, что, если перед нами произведение неприкладного искусства, то читаемые глазами слова поэта не есть то, что он хотел нам «сказать».
Или этот либерал, будучи последовательным в самоназвании себя креативным классом (в пику Уралвагонзаводу – большинству), не допустит, чтоб широкие слои народа перестали быть болванами (он их обманывать не сможет; а он хочет повторить обман, приведший к реставрации капитализма)? Тем паче, что наметился некий отход всё же от капитализма. Тому – грабителю-по-сути – больше грабить некого на планете станет вот-вот.
7 июня 2024 г.