— Я готова даже заплатить, но назвать девочку необходимо в честь прабабушки. Что это за имя София? Софочка, тьфу. Или у твоей Кристины в роду евреи были?
Еще до рождения внучки в семьи постоянно вспыхивали скандалы. Кристина сначала молчала, а потом стала огрызаться. Муж хотел назвать дочку Инной, ее родители требовали назвать Мариной, а свекровь — Глафирой. Самое смешное в этой ситуации было то, что ее мнения совсем никто не спрашивал.
Мужа она поставила на место за месяц. Несколько раз предложила родить самому, потом закатила истерику по поводу имени. Почему так мечтает о дочери Инне? Бывшая с таким именем была? После нескольких ссор мужчина благоразумно стал молчать.
Ее родители наседали на нее более креативно. Мол, ее мама всегда мечтала назвать так дочку, но папа не стал ее слушать, просто записав в ЗАГСе именем, которое сам захотел. И поэтому сейчас жизненно необходимо именно так назвать малышку. Кристина отмахнулась от этой просьбы.
— Мама, а ты почему сразу же не поменяла мне имя?
— А как?
Мысленно она усмехнулась. Ее пробивная мама не знает как? Та, которая умудрилась ей на платном отделении института выбить комнату в общежитии? Ну-ну, пусть рассказывает кому-нибудь другому сказки.
Но, сделав каменное лицо, продолжила:
— Молча. Пошла бы в ЗАГС, написала заявление.
— Ой, как то не подумала. Но так мечтала о Мариночке.
— Надо было вторую дочку рожать, а теперь все, поздно пить Боржоми.
Со временем ее родители свыклись с именем будущей внучки. А вот свекровь уперлась как бык. Только Глафира. Она готова была даже купить им машину, только чтобы назвали девочку так, как она хочет. Сначала уговаривала в мягкой форме, а потом стала практически требовать.
Кристине все эти разговоры доставляли моральные мучения. Не хотелось портить со свекровью отношения, но как сделать так, чтобы все были довольны? Назови, как хочет свекровь, обидятся родители. Назови, как хотят родители, — надует губы свекровь и муж. А она? Ее мечты? Она, как только увидела на тесте две полоски, решила, как назовет дочку.
Разговоры со свекровью всегда проходили одинаково. Женщина не выглядела на свой возраст, обожала активную жизнь, была ярким лидером. Но беседовала с невесткой всегда как с неразумным дитем, обволакивая речами:
— Кристиночка, солнышко, пойми, как корабль назовешь, так он и поплывет. Глафира не просто красивое имя, так звали мою прабабушку. А она была женщина видная, прожила яркую и интересную жизнь. Вот и внучка тоже также проживет.
Кристина в такие моменты ощущала себя как кролик перед удавом. Даже с мамой могла быть более дерзкой. Вот надо возразить, но язык немеет. Только и могла мямлить:
— Маргарита Павловна, это имя немодное.
— А София — модное? Каждую вторую девочку так называют. Да и вообще, что за еврейское имя?
— При чем здесь это?
Женщина вздохнула, а потом с нажимом произнесла:
— Притом! Ты русская, вот и чти традиции.
— Какие? Это вообще имя греческое!
— Оно русское!
И тут она не сдержалась. Сколько можно? Набралась наглости и дерзко ответила:
— Да хоть китайское! Может быть, я сама решу, как мне называть?
От ее холодного тона Маргарита Павловна поежилась. Потом вдруг резко, ехидно улыбнулась и сменила тему. Кристина сразу же подумала, что такая перемена неспроста. Понятно, скоро начнет давить на своего сына, умолять и умасливать.
Кристина уставала от этих разговоров. Они поженились с Витей не так давно, и она старалась не провоцировать никаких конфликтов с его мамой. Тем более сейчас. Беременность протекала тяжело, у нее диагностировали «гестоз». Отеки, усталость, страх за здоровье малышки. Ей было не до имени, тошнило от этих разговоров. Зачем так настойчиво уговаривают? Все равно будет так, как она решит.
Когда родилась девочка, свекровь просто обезумела. Кружилась около внучки как коршун, рассматривая каждую черточку ее лица. Охала и ахала, поражаясь детской красоте. Привезла большое количество подарков, подарила крупную сумму.
А потом невзначай спросила:
— Кристина, а когда пойдешь оформлять свидетельство?
— Даже не знаю, плохо себя чувствую. Может быть, завтра моя мама посидит с Софией, а я схожу.
— С Софией? Что ты придумала. Мы же договорились, что только Глафира.
— С кем?
Маргарита Павловна всплеснула руками, поражаясь наивности своей невестки. Потом, увидев непонимание на ее лице, пояснила снисходительно:
— Ну как с кем? С Витей. Он должен был поговорить с тобой. Я же говорила, машина вместо имени.
— Вам не кажется, что это какая-то зацикленность и спекуляция?
Ей было очень неприятно, что муж за ее спиной что-то решал. И даже пообещал. С ним она разберется попозже, а сейчас следовало решить все со свекровью. А та крутилась около нее, как лиса около сыра.
— Кристина, это с твоей стороны дурость.
Женщина уже взяла на руки внучку и, посчитав разговор оконченым, принялась ворковать:
— Глафирочка моя, Глашенька.
Не выдержав этой странной и нелепой ситуации, она снова резко парировала:
— Хватит так называть мою дочь.
— А то что? Пока не поздно, смените имя, все равно она будет Глафирой, — любуясь внучкой, процедила женщина.
От всей этой ситуации стало неприятно. Ладно, поживем-увидем. Вечером Кристина шепотом, чтобы не разбудить спящего ребенка, попросила мужчину успокоить его маму:
— Витя, это ненормально. Я же давно говорила, как хочу назвать. Мои сначала нервы трепали, теперь твоя.
— Кристина, но она же предлагает подарить машину.
От этой новости она не успокоилась, а, наоборот, закипела. Нормально так его мама решает вопросы. Посулила морковку, а сыночек как глупый осел и рад стараться.
— Витя, а тебе что важнее? Машина или наши отношения? Или ты настолько слепой, что не понимаешь, что это начало конца? Мы с тобой разговаривали неоднократно, и ты сам признавал, что твоя мама слишком властный человек. Сейчас имя, потом садик, школа, кружок. А потом раз и она уже советует, в какой позе нам спать.
Мужчина засмеялся, но, увидев злой взгляд жены, осекся.
— Может, по церковному календарю назовем? Ни вашим, ни нашим.
— Нет, я хочу именно так. Дело даже не в имени, а в том, что все вокруг мне все навязывают. Спросила твоя мама, я ответила — нет. Зачем так поступать? Давить, душить, умолять? Она будет свою внучку любить меньше, если та будет Сонечка? И что за бред про отпечаток жизни? Твоя прабабушка, если что, умерла от туберкулеза.
— Что ты завелась. Я тебя понял, поговорю с мамой. Не шипи.
Витя поцеловал свою жену и пошел готовиться ко сну. Поговорит он с мамой, только разве она его услышит? Она же как танк, прет напролом к своей цели. Но Кристина права, прогнутся сейчас, дальше станет все хуже. Дорвавшись до власти, его маме многое может прийти не по нраву.
Рано утром Кристину разбудил звонок в домофон. Ничего не понимая, она растолкала мужа, а сама стала успокаивать проснувшуюся плачущую дочку. Муж заглянул в комнату с круглыми глазами:
— Мама приехала.
— Она сдурела? Еще 7 утра нет.
Мысленно чертыхнувшись, Кристина занялась своими делами. Его мама, пусть развлекает. Бесит, конечно, она в ночной рубашке, лохматая, после сна. Так себе видок. Придется спешно приводить себя в порядок. Пытаясь успокоить малышку, она приложила ее к груди. И буквально спустя пару минут в комнату вошла свекровь.
— А кто это у нас такой хорошенький? Это моя Глашенька проснулась.
Женщина протянула руки к внучке и попыталась отобрать ее. Кристина моментально среагировала и отвернулась от нее, прижав дочку к себе:
— Вы что, не видите, что ребенок ест?
— Ой, я подожду. Как чмокает смешно губками. Красавица. Глашенька моя. Собирайся по своим делам, оформляй документы, я с ней посижу. Нечего твою маму напрягать. Глафира — чтобы значилось в свидетельстве!
— Какая Глашенька? София.
— Глаша!
— София!
От этих криков вдруг снова заплакал ребенок. А Кристине резко стало плохо. Только выписалась после роддома, уставшая, злая, а ей тут командует в ее же квартире посторонний человек? Неожиданно она покраснела, потом странно всхлипнула и зарыдала в три ручья.
На крики и плач прибежал из кухни ее муж. Витя, увидев свою рыдающую жену и злую мать, все сразу же понял. И принял решение моментально. Это его семья, его ребенок и его жена. Он несет за них ответственность.
— Мама, дочку будут звать София. Тебе если что-то не нравится, то это твои проблемы. Будешь называть ее Глафирой, запрещу даже приходить в гости. А про машину ты умно придумала. Но забери ее себе.
— Сыночек, я же хотела как лучше, — тут же пошла на попятную женщина. Она впервые увидела своего сына в гневе и решила, что лучше будет уступить.
— Лучше будет для всех нас закрыть эту тему. Да, мама?
Поняв, что перегнула палку, его мама снова кивнула. Извиняться, конечно, не собиралась, но отступить пришлось.
— Да, да.
Конфликт был исчерпан. Можно было, конечно, попробовать «нечаянно» называть внучку Глафира, но уж очень страшила реакция сына. Но женщина не теряла надежды. Может быть, дети решатся на второго ребенка? И она тогда заранее начнет готовить почву. Ведь ей так хочется, чтобы в ее семье появилась девочка с прекрасным именем.
Не забываем про подписку, которая нужна, чтобы не пропустить новые истории! Спасибо за ваши комментарии, лайки и репосты 💖
Еще интересные истории: