В статье детально и всесторонне представлены факты одной из величайших бедствий, которые только могли произойти, в истории приуральской республики. Также автор высказывает истинную суть американской помощи в лице ARA в период голода в 1921-1923 годах. Если кратко, то не такой уж и была «благотворительной» помощь от американцев. Соглашаться с мнение автора или нет - личное дело каждого читателя.
Марат Ибрагимов
История Советского государства богата множеством событий, достойных внимания широкой публики. В то же время наши достижения в социально-экономическом развитии общества нового типа омрачалась событиями иного характера, нанесшими значительный урон стране и его гражданам.
Одним из таких трагических событий стал голод в России в 1921– 1923 гг., охвативший территорию в 35 губерний с населением более 40 млн. человек. Началом голода послужил «недород» 1920 г. При этом считается, что наибольший урон был нанесен населению Башкирской Республики [Малая Башкирия], Татарии, Уфимской, Самарской и Оренбургской губерний.
«Первая засуха в некоторых областях прошла ещё в 1920 г., а первые случаи голода фиксировались в феврале 1921 г. В полную силу засуха ударила летом 1921г., сорвав планы на урожай. Голод охватил всё Нижнее Поволжье (от Саратовской области до Калмыкии), захватив Уфимско-Уральский регион».
Есть ли в голоде в Башкирии "мудрость" коммунистов и "искренняя помощь" американцев?
Большинство ученых, раскрывая причины голода в Советской России, ссылаются на неумелое руководство большевиков, забывая при этом о громадных людских потерях, нанесенных Первой мировой войной, Октябрьской революцией и последовавшей вслед за этим Гражданской войной в России. При этом достаточно привести несколько цифр, чтобы в какой-то степени опровергнуть подобные суждения.
«Русских солдат (белых и красных) погибло около 2,5 млн.; к ним добавилось примерно 18 млн. умерших и убитых мирных жителей».
Из иных источников: Россия за период только Первой мировой войны потеряла более 20 млн. ее жителей, что составляет около 12% её населения. Одновременно указывается, что на голод повлияла проводимая в России большевиками политика «продразвёрстки».
Однако,
«Царское правительство вынуждено было [ещё] в 1916 г. вводить продовольственную развёрстку, то есть изъятие излишков хлеба и другой продукции села по заниженным жёстким ценам».
Проводимая же большевиками продразверстка имела одно существенное отличие:
«Продразвёрстка предполагала изъятие излишков зерна в обмен на промышленные товары из города и деньги, по жёстким заниженным ценам относительно рыночных».
Как можно видеть, «продразвёрстка» большевиков имела существенное отличие от царской – обмен на промышленные товары взамен реквизированного хлеба. Даже за такой «отъём» сельскохозяйственной продукции, крестьяне «были признательны власти советов за обеспечение землей»:
«…Партия и правительство приняли чрезвычайные меры борьбы с голодом и хотя с большим трудом, но справились с этим величайшим бедствием…» [История Коммунистической партии: 1963].
Нужно отдать должное руководству страны того времени, осознавшего всю тяжесть непростой ситуации, что отмечается в ряде выступлений. В своей речи на заседании Пленума Московского округа 28 февраля 1920 г. В. И.Ленин [Председатель Совнаркома] отметил, что
«…теперь, весной, продовольственные наши страдания обострились опять, хотя немного ранее мы наблюдали улучшение продовольственного положения. Мы не рассчитывали, что если мы сделаем хорошо сейчас, то трудно будет в конце, и это было той ошибкой, благодаря которой мы стоим перед продовольственным кризисом теперь…».
В свою очередь, И. В.Сталин [Народный комиссар по делам национальностей] 10 марта 1921г. в своем заключительном слове на Х съезде РКП(б) выразил свою позицию оказания помощи невеликорусским народам России более жестко:
«…Наконец, необходимо спасти от вымирания киргиз, башкир и некоторые горские племена, обеспечить им необходимые земли за счет кулаков-колонизаторов…».
Изложенные факты свидетельствуют о том, что проблема голода в России стала одной из главных для руководства Советского правительства, потребовавших от властей принять энергичные меры по спасению людей от голодной смерти. С этой целью, 18 июля 1921 г. был учреждён Центральный Комитет помощи голодающим (ЦК Помгол), а в августе 1921г. Башпомгол и Уфимский Губпомгол.
Справка. До образования автономии (20 марта 1919г.) историческая Башкирия занимала горно-лесную территорию, растянувшись вдоль Уральского хребта с юга на север. По переписи 1920 г. [Малая] Башкирия включала в себя 12 кантонов, имевших общую площадь 83679,0 кв. верст и население общей численностью 1219852 человек.
Среди каждой сотни крестьянских хозяйств было 13 беспосевных, 22–безлошадных, 8–полностью лишенных скота [Хисамов: 1987].
Справка. В состав Уфимской губернии входили 4 уезда: Белебеевский, Бирский, Златоустовский, Уфимский, основным направлением являлось зерновое производство. Но «…на территории обширной Уфимской губернии [до 1917г.] работало … семь тракторов… земледелие имело односторонне зерновое направление. Зерновые культуры занимали 97% всей посевной площади…».
Одним из доказательств эффективной деятельности местной власти в Башкирии при оказании помощи голодающим, являются сведения из протокола Президиума Башпомгола «О распределении деньзнаков Кантонным комиссиям голодающим» от 15 марта 1921 г.
На этом совещании было принято решение о выделении
«2 млрд. 700 млн. рублей 12 кантонам и 2-м городам – Стерлитамаку и Каргалы. При этом значительные многомиллионные денежные средства [в рублях] были выделены кантонам:
- Тамьян-Катаевскому – 360 млн. руб. на 153 951 человек, из них голодающих 75 660 [на 15 октября 1921 г.];
- Бурзяно-Тангауровскому – 320 на 103 418, голодающих 76 158;
- Кипчак-Джетировскому – 270 на 128 390, голодающих 60 450;
- Табынскому – 270 на 122 326, голодающих 108 970;
- Аргаяшскому – 250 на 83 436, голодающих 70 564;
- Юрматинскому – 250 на 114 234, голодающих 57 461;
- Дуван-Кущинскому–[нет данных] на 115 685, голодающих 62 231;
- Кудейскому–[н.д.] на 27 652, голодающих 22 311;
- Яланскому –[н.д.] на 40 993, голодающих 21792;
- Стерлитамакскому– [н.д.] на 211 643, голодающих 35 302;
- Ток-Чуранскому–[н.д.] на 45 917, голодающих 38 640;
- Усергинскому– [н.д.] на 101 823, голодающих 48 821.
Всего голодающих 671105 человек, в т.ч. детей 265520. 134 г.Каргалы – 10 миллионов на 6000 человек, голодающих 2680.
Весной 1922 г. обеспечение продовольствием в Башкирии резко ухудшилось, в результате на апреле месяц 1922 г. число голодающих достигло 95 819 человек.
Для обеспечения питанием, как указывает Областная комиссия помощи голодающим в своем докладе, с помощью государства «По всей Башреспублике в апреле месяце значилось 961 столовая общепитания».
Картина иностранной помощи на тот же месяц в лице АРА представлена следующим образом:
«В 12 кантонах Башкирии и в г. Каргалы было открыто всего 453 столовых АРА». Первая столовая АРА была открыта в с. Султанмуратово Миркитминской волости Стерлитамакского кантона 10 декабря 1921г..
Сопоставляя эти цифры, мы видим реальную помощь со стороны американцев, на содержание которых уходили многомиллионные суммы золотом.
Аналогичная картина оказанной «помощи» отражена в другом архивном документе:
«…за время с 1 января по 1 декабря 1922 г. от заграничных организаций Башкирия получила 47 075 пудов, а государство выделило 599 924 пуда хлеба».
Тяжелое положение в обеспечении продовольствием потребовало от ЦК Помгол [Советской России] решительных действий. Его решением Башкирия была прикреплена к благополучным по урожаю районам Екатеринбургской, Петроградской, Семипалатинской, Смоленской и Тюменской губерний и к другим регионам России.
Сохранившиеся архивные документы подтверждают получение помощи от указанных губерний. Параллельно, с учетом вероисповедания тюркоязычных жителей России, был сформирован при Центральном Духовном Управлении мусульман внутренней России и Сибири по оказанию помощи голодающим–Муспомгол, с его помощью было собрано до 5 млн. рублей. Постоянная комиссия уполномоченных от ЦДУМ работала в Москве с ноября 1921 до конца сентября 1923 г.
Как видим, Советская власть занялась всесторонней помощью голодающим в противовес многим утверждениям об оставлении голодающих без какой-либо поддержки. Однако, увеличивающиеся размеры голода вынудили Советское правительство обратиться к мировому сообществу за помощью.
Оказывая продовольственную помощь, местные власти столкнулись с серьезной проблемой доставки продовольствия в отдаленные горные районы Башкирии. При доставке помощи голодающим отмечались значительные задержки, что было связано с отсутствием дорог с твердым покрытием.
Поэтому, в большинстве случаев сообщение между поселениями Башкирии могло осуществляться только при благоприятной погоде в летнее или зимнее время гужевым транспортом.
Данное обстоятельство требовало привлечения большого числа мужчин и лошадей для перевозок, число которых значительно сократилось в ходе войны и начавшегося голода. В «довесок» к оставшимся лошадям на Южном Урале и в Поволжье в качестве «транспортного средства» широко использовали верблюдов.
Самые жуткие случаи голода в Башкирии
Переходя к состоянию дел в голодающих кантонах Башкирии, некоторые авторы привели всего несколько документов, которые невозможно осознать с позиций современников. Например, в публикации «Там, где голод», её автор К.Ковзан [из Информотдела Башобкомгола] изложил состояние людей, доведенных до отчаянья.
«Жуткий вид представляет и сама Башкирская деревня. Много пустых изб с раскрытыми дверями, через которые виднеются не похороненные трупы последних обитателей этих изб. Некоторые избы, опустевшие после смерти владельцев, становятся складочным местом для трупов умерших от голода.
В некоторых деревнях, близ деревни выкопаны общественные могилы, в которые сваливаются трупы умерших, и которые в целях экономии–и без того слабых сил, не зарываются до тех пор, пока не заполнятся. И у этих могил происходят иногда жуткие, страшные картины, иногда до боли трогательные по всей трагической простоте: обезсилевшие от голода до последней степени, чувствуя приближение неминуемой смерти голодные ползут к общественной могиле, чтобы умереть возле нее и тем самым избавить своих –изнуренных голодом односельчан от необходимости относить их трупы на братскую могилу. Оставшиеся в живых дети, зная, что с уходом матери или отца о них некому будет заботиться часто ползут за «уходящими умирать», и там у ямы с наваленной грудой мертвых тел, находят вечное упокоение на груди тихо и безропотно умершего от голода отца или матери.
Но ночью здесь часто происходят иные картины: сюда приходят «мятежники», не желающие умереть от голода, желающие какой бы то [ни было] ценою спасти себя от безвременной гибели и мук голода. Они с отчаянной решимостью режут от трупов куски мяса, если это можно назвать «мясом» ту жалкую изсохшую кожу, покрывающую кости умерших от голода, и едва обжогши его на костре, посырую еще, с жадностью пожирают. Нет нужды говорить, что среди этих трупов много тифозных и других больных, что такое «питание» может отсрочить смерть от голода самое большое на несколько дней, жажда жизни в жилом существе настолько сильна, что заглушает всякие размышления и толкает людей на самые дикие, страшные деяния во имя спасения своего существования» (Стилистика и орфография сохранена).
Представленный документ официальных властей раскрывает катастрофу, происшедшую в Башкирии и Уфимской губернии во время голода 1921–1923 гг., показывает ужас переживаемой людьми от голода трагедии, их нечеловеческие деяния по отношению друг к другу.
Автор настоящей статьи из этических соображений также публикует только один акт о трупоедстве полученного из одного села Башкирии. Из акта Четырмановского Волисполкома.
«1922г. марта дня я Председатель Четырмановского Волисполкома Ибрагимов в присутствии Председателя Батыровского сельсовета Азигунов и члена Сельсовета Нигматуллина составили настоящий акт в нижеследующем: 1 марта с/г. в д.Батырове умер гражд. Хализин Мухаметдин и был положен в амбар до вырытия могилы.
Когда на другой день Сельсоветом был произведен осмотр амбара где лежал умерший то оказалось, что замок у амбара сломан и в амбаре мертвеца не оказалось: после чего Сельсоветом был произведен обыск, при чем у граждан Асулу Хализина и Махубы Сагитовой оказалось мясо мертвого трупа, изрубленное по кускам ребры и ляшки, а остальное мясо было съедено о изложенном по становили записаны в настоящий акт сообщить в милицию для произведения расследования. Председатель Четырмановского Волисполкома Ибрагимов».
Следующий документ завершает картину голода после включения Стерлитамакского кантона в состав Малой Башкирии в 1920 г. Из сообщения в Башобкомпомголод от 8 мая 1922 г. за №499.
«Президиум Кантпомголода сообщает, что на май месяц в Стеркантоне населения всего 172 689, из них голодающих – 143887, людоедство – 34, столовая общепитания – 9, питаются в них – 1046, столовых АРА – 118, питаются в них – 10 123, детучреждений – 19; количество в них детей – 1 847 при чем доводим до вашего сведения, что материал будет о людоедстве доставлен по получению с мест».
Председатель подпись
Секретарь подпись.
Но «Вкуса человеческого мяса мы в настоящее время не помним. Мы ели его в состоянии беспамятства», – говорили затем люди.
Как отмечалось выше, голодающим оказывалась помощь иностранными организациями, среди которых особо выделяется АРА [Американская администрация помощи – ARA]. После изучения многочисленных документов об АРА в России, автор выносит на суд публики свои выводы об этой деятельности.
Автор статьи не вторгается в сферу противоправной стороны (с точки зрения органов государственной безопасности Советской России), и идеологической пропаганды иного образа жизни, существенно отличавшейся от многовековых устоев российского общества.
Основная суть оказываемой голодающим народам России помощи со стороны американского правительства, от имени которого действовала АРА, предполагала материальную выгоду. Во-первых, это сбыт перепроизводства излишков сельскохозяйственной продукции, которую «скармливали свиньям и сжигали в топках печей».
Фактически за счет сбыта излишков были сохранены от разорения тысячи американских фермеров. Причем Советская Россия гарантировала со своей стороны внесение (и внесла) 20 млн. долларов золотом, сумма, которая была равной сумме денег, выделенных американским правительством на помощь голодающим.
Но оставшиеся в стране и полученные от России деньги, в конечном итоге, были направлены на поддержку американских фермеров от разорения. Во-вторых, голод в России оказал помощь американскому правительству в сбыте военных запасов, не использованных во время Первой мировой войны в Европе.
Наши выводы согласуются с высказыванием Ю.Хмелевской:
«Организационно Русский отдел АРА мало чем отличался от крупного коммерческого предприятия с местными филиалами». Добавив при этом следующее: «АРА действовала и в интересах американских фермеров, изымая излишки с рынка сельхозпродукции. Помогала она также ликвидировать, ставшие ненужными после Первой мировой войны, военные склады [одежду, медикаменты и инвентарь] США в Европе».
Остается только согласиться с тем, что здесь имеет место только бизнес, но не благотворительность, как представлено большинством исследователей данной тематики. Определенную прибыль АРА «заработала» на десятидолларовых посылках, общим весом около 53 кг продовольствия, от жителей Европы и других стран, которые могли отправлять их своим родственникам и знакомым.
Всего в 1921–1923гг. граждане Советской России получили 1163296 таких переводов. Поэтому автор настоящей статьи усомнился в «благотворительной» помощи со стороны АРА и утверждает, она была хорошо отлаженной кадровыми офицерами американской армии «коммерческой организацией».
В пользу оказываемой голодающим со стороны Советского правительства помощи автор приводит ряд архивных документов, наряду с вышеприведенными.
«Для исправления ситуации в обеспечении продовольствием голодающим Башкомгол 30 мая 1922г. выделяет 2млрд.руб. для срочной переброски грузов АРА по Башкирии».
По состоянию на 5 июня 1922 г. в Башкирии действовало 781 столовая открытого типа, в которых питалось 83035 детей, в Уфимской губернии в 900 столовых питалось 128596 детей. В приведенной сводке не указаны столовые, которые были открытые при содействии АРА. О тяжелом положении дел в обеспечении питанием взрослого населения в этой же сводке указано, что 5 июня 1922 г. в Башкирии 252 801 голодающих, а Уфимской губернии – 303 389 человек; пайки никто не получил.
Подобная картина наблюдалась в последующее время, когда взрослое население Башкирии, к величайшему сожалению, не получало ни одного пайка. Голод в Башкирии наложил свой негативный отпечаток на психику жителей Башкирии и
«Люди перестали быть людьми. Потухли человеческие чувства, проснулся зверь, не имеющий разума и жалости».
В заключении надо сказать:
«Голод, охвативший всю территорию Урала, привел к более 1 млн. убыли населения региона, особенно интенсивным он был на Южном Урале–Оренбургской, Челябинской, Уфимской губерниях, Башкирской Республике. По своим масштабам и интенсивности он сопоставим с голодом в Поволжье, но был более длительным по продолжительности».
Борьба с голодом велась как широкая государственная компания. Государство впервые сосредоточило всю организацию помощи голодающим. Большевики понимали опасность голода для своей власти, не окажи они помощи, голодная стихия могла их легко опрокинуть.
Последствия голода оказали существенное влияние на
«…численность населения Башкирии [с учетам Уфимской губернии и Малой Башкирии–прим. автора] [она] изменилось следующим образом: при общей численности населения в 1920 г. в 3134000 человек, [она] к 1926г. снизилась до 2 666 000 человек, т. е. численность Башкирии уменьшилась более чем на 22%».
Действительно, голод 1921–1923 гг. явился для Башкирии социально-экономической катастрофой, избежать которую было невозможно без помощи государства и пожертвований людей, что помогло выжить в труднейших условиях разрухи в народном хозяйстве в Советской России.