Битенбург, Арбайтенграунд (Западный округ), 1928 год.
Примечание: с 1905 года в стране образовалось Окружное Детективное Бюро (ОДБ). ОДБ в городе всего пять — на каждый округ; есть также подразделения в Клайнсланде и в Нордеграунде. Основная задача этой организации — контроль над деятельностью частных детективов. Для этого им надо было поступить в Бюро, пройти специальные курсы, по окончании которых на выходе выдавались лицензии, наручники и оружие, а также право на его хранение; шло разделение на «клерков» и «частников». «Клерки» работали в самом здании ОДБ, на начальство и имели прямой контакт с полицией. «Частники» за свои деньги покупали помещение для конторы, нанимали секретаря и вели свой бизнес. Все детективы занесены в базу ОДБ и имеют специальный штамп в паспорте. Ведение детективного частного бизнеса без штампа является незаконным и грозит лицу от трёх до семи лет лишения свободы.
Всеобщий трудовой закон ввели в 1931 году.
Часть 1
Неожиданное исчезновение печально известных на всю деревню братьев Бёргер спровоцировало волнение и стало поводом для слухов. Самым распространённым считалось то, что они уехали в Арбайтенграунд. Их исчезновение знакомые семьи и некоторые соседи объясняют так: «Бездетная тётка в Битенбурге померла, завещав своим племянникам ветхий особняк почти на краю поселения». Они уехали, оставив маленькую квартирку, где всем четверым было тесно делить одну комнату. Из-за их нечистой истории исчезновение также насторожило местную полицию и ОДБ, ибо ходили слухи о том, что они могли вернуться.
Но вот прошло двенадцать месяцев, наступил март двадцать восьмого года, а от них ни ответа ни привета. Все расспрашивали их соседа, Матиаса Прейслера, бывшего члена ОДБ. На расспросы местной газете он пожимал плечами.
— Я их видел в последний раз пятого января двадцать седьмого года. Они загружали машину коробками и почти не разговаривали. Я подошёл к младшему, а тот сказал, что они уезжают. Потом замолчал и не стал вдаваться в подробности. Остальные же просто поздоровались со мной и предложили выпить. Я отказался. Тогда они мне подарили на память статуэтку китайской кошки. До сих пор у меня стоит, пылится!
Переезд скандально известных соседей застал его врасплох, но ни капельки не интересовал. «Да что же мне до этого? — размышлял он. — Своих дел мало?» Но слухи не утихали, что заставляло его каждый раз вспоминать о них. Он помнил их; помнил, как двое из четырёх сидели; помнил, как во всех делах проходил как свидетель. Он не был близким человеком для братьев, но те не питали к нему ни отвращения, ни ненависти. Когда же они виделись по праздникам, приглашали его к себе выпить и поесть индейки. Детектив часто захаживал к ним, чем и поплатился: его выгнали из ОДБ, а полиция в случае чего всегда обращала на него внимание.
Даже когда братья Бёргер уехали.
Может, это и стало причиной его переезда?
Нет. Главной же причиной стало то, что его пожилая мать, которая жила в Западном округе, заболела. А на днях случился пожар из-за замыкания: полдома погорело — кухня, гостиная и частично спальня. Он переехал к соседке, которая предложила ему снять комнату за гроши. Детектив прожил у неё два месяца, пока не пришло письмо от Джанет — сиделки матери, извещавшей, что врачи «ставят не очень хорошие прогнозы. Более того, она скучает».
В течение нескольких дней он собрал все свои уцелевшие вещи в два чемодана и на поезде добрался до города. Мать его жила на Майской улице, в просторной двухкомнатной квартире. Когда же он постучался в дверь по указанному адресу, ему открыла Джанет — женщина средних лет, которая безвкусно одевалась по моде, покупая платья втридорога на рынке; эти мешки как будто подчёркивали её округлённое тело, а жемчуг, подарок от покойного мужа, выглядел цветком на фоне пустыни. Зато смуглое лицо её при виде старого друга засияло, и она кинулась ему на шею. Матиас почувствовал горячие слёзы.
— Ох, Матиас, — говорила она ему в плечо. — Мы так скучали! Фрау Прейслер плачет, хочет тебя видеть... — Она оглядела его с ног до головы. — Боже правый, похудел! А это что? Плешь?
Матиас покраснел.
— Есть такое... Ну, где она?
— В спальне, голубчик, в спальне. Только она сейчас уснула, будить её не хочется. Чаю? С сахарком.
Он улыбнулся. Она, словно маленькая девочка, тихо и бесшумно проскочила на кухню и поставила чайник, достала из ящика несвежее печенье. Они уселись и заговорили полушепотом о бытовых вещах. Джанет, которая также вела отдельную дружескую переписку с детективом, прекрасно знала про пожар и исчезновение братьев.
Они обходили эти темы стороной, пока складка на её лбу не стала глубже и она не сказала:
— Ты тут писал про последние события... Я не стала ей ничего говорить.
— Ну и правильно, не надо ей нервничать под старость лет.
— А что ты? У нас поживёшь?
— Куда же мне деваться? Да... Может, это и к лучшему. — Он посмотрел в окно, где открывался вид на дорогу и даже при закрытых окнах доносился шум. — Устроюсь в местное ОДБ и заживу нормальной жизнью.
— Может, тебе не стоит?
— Джанет, мне тридцать восемь, а за плечами семилетний опыт работы. Я привык к этому. Я не хочу это бросать. Тем более что мне ещё делать? Идти работать в магазин?
Она вздохнула. Матиас понял, что она недовольна этим ответом, и замолчал. Джанет съела печенье и сказала:
— У меня для тебя есть новость. Думаю, интересно будет.
— Какая?
— Я ездила в Битенбург к знакомой, за продуктами. Ну, ты знаешь, фрау Прейслер любит только натуральные продукты, а их там полным-полно.
— Ну?
— Я видела одного из братьев Бёргер.
Его чашка остановилась на полпути ко рту, и он отложил её в сторону. Джанет знала, как они выглядели по совместным фотографиям на Рождество, которые присылал Матиас, а также по газетам.
— Какого?
— Ой, длинный такой, с вытянутым лицом... Он же, по-моему, сидел за вымогательство...
— Рейнер.
— Ну, не суть. В общем, я его видела прямо по дороге к магазину. Там мы встретились со знакомой; я спросила её относительно Бёргеров, а она говорит: «Да, они живут в доме с краю, где покойная — Царство ей Небесное! — фройляйн Шмидт жила, тётка ихняя. Они и работают у нас вовсю, не шумят, носа не суют: старший на заводе, второй санитаром, третий в баре официантом, а четвёртый играет на рояле там же, иногда поёт. Вот только, по слухам, бедно живут». Так что такие дела, дорогой мой!
— Ясно...
— Навестишь?
Матиас поморщился и махнул рукой.
— Сдались они мне. — Он понял, что его тон прозвучал неубедительно, поэтому тут же перевёл тему: — Мама проснулась?
Проснулась старушка только через полчаса, но не смогла встать. Увидев сына, она расплакалась и обхватила его шею своими тонкими морщинистыми руками. Её обвисшие щёки дрожали. Матиас разговаривал с ней до вечера. Затем он переселился в комнату, которую уступила Джанет; она же поставила раскладушку в спальне фрау Прейслер. Матиас разложил вещи на полу, оглядел маленькую комнатку с проеденным молью диваном и светлыми шторами, затем разделся и лёг, заложив руки за голову. Он смотрел на пожелтевший потолок и вспоминал братьев Бёргер. «Они здесь... Навестить? Но зачем? Пообщаться? Господи, да они уже про меня и забыли!» Однако эта мысль всё чаще и чаще кралась ему в голову, словно паразит. Он вспоминал братьев Бёргер — «семью уголовников», как говорила мать, когда их дела гремели в деревенских и городских газетах.
Продолжение следует...
Автор: Кристина Устинова
Источник: https://litclubbs.ru/articles/46418-sdelka-chast-1-1.html
Содержание:
Понравилось? У вас есть возможность поддержать клуб. Подписывайтесь, ставьте лайк и комментируйте!
Публикуйте свое творчество на сайте Бумажного слона. Самые лучшие публикации попадают на этот канал.
Читайте также: