Есть мнение, что у нас несменяемый президент не отвечает не перед кем, – только американским журналистам про печенегов рассказывает. В странах же демократических перед законом все равны, – спрос со всех. Так что и на Трампа завели уголовное дело. Он, правда, не президент сейчас, а кандидат, но – не суть.
Суть же, как легко видеть, в двойном стандарте. Вот, если б у нас на оппозиционного деятеля дело завели… Собственно, – и бывало такое… Это же был бы произвол, грязные методы политической борьбы и признак деспотии, не так ли? В Америке же, всё то же самое, – признак развитой и эффективной демократии.
И кто-то скажет, что «не то же», – есть отличия в деталях. Но это будет замечание не по существу, поскольку детали, – например, обоснованность обвинений, – в любом случае не поддаются независимой, объективной проверке. Причём, не поддаются в принципе, – за отсутствием независимых и объективных проверяющих. Прокуроры говорят «виновен», – но им веры нет, они демократы. Адвокаты вину подзащитного отрицают, – но они-то республиканцы, а значит, заинтересованная сторона. А судья может или принять сторону действующей власти, или выступить против неё…
Предполагается, что в демократической стране выбор судьи не очевиден. Однако, с другой стороны, непоколебимость устоев демократии не очевидна из того, что в случае Трампа судья сторону власти принял. Очевидно лишь, он надеется, что республиканцы на следующих выборах не победят. Ведь в таком случае приговор будет отменён. Обязательно же найдутся какие-нибудь юридические тонкости, делающие вердикт недействительным.
В этом-то едва ли кто-то усомнится?
Однако, если победят демократы, Дональд Трамп сядет. С учётом возраста – пожизненно. Америка, вообще, страна с рекордным количеством заключенных на душу ещё (по недосмотру органов) гуляющего на свободе населения. Любопытно, – я спрашивал, – американцы сами удивляются, как это у них получилось. Но сидят там со вкусом, – подолгу и часто по откровенно странным поводам. Ибо закон суров. А Трамп-то ещё и белый.
О чём речь?
Ну… допустим, о нечувствительно случившейся подмене понятий. Уверенность, что на Западе – демократия, трансформировалась в массовом сознании в уверенность, что «демократия» – это то что на Западе.