Продолжая тему нашего всего… Хотя альбом «Шоколадный Пушкин» не имеет непосредственного отношения к Александру Сергеевичу, по части поэтических экспериментов он даст фору многим.
По словам Петра Мамонова, название этого альбома появилось спонтанно в качестве ассоциации с псевдонимом нью-йоркского диджея Шоколадный Элвис. И это не единственная связь с Нью-Йорком. Альбом представляет собой эксперимент с лоуфайным хип-хопом и трип-хопом, в которых выразительность и искренность достигаются за счёт намеренно шероховатой и кустарной работы над звуком.
Но важнее здесь, конечно, не стилистическая привязка и не опыт приобщения к авангардной электронике и рэпу, а личность самого автора. Хип-хопа много, а Пётр Мамонов — один. Как он, больше никто не сделает. Как сказано на обложке, «Шоколадного Пушкина» Мамонов сам «сочинил, придумал, записал, исполнил, свёл и спел».
Рваные, интуитивные стихи, положенные на странные шумы и потусторонние биты в режиме спотыкача одних озадачивают и раздражают, других — толкают и завораживают. Себя отнесу ко вторым. Есть в моих пристрастиях место для самых радикальных артистических заявлений. «Шоколадный Пушкин» с его атмосферой безумного спектакля одного актёра предпочтительнее штабелей приятно звучащих, но бессодержательных пластинок.
Спасибо за внимание! Буду благодарен за лайк и комментарий, заглядывайте на огонёк!