1.
Невольник чести пал…
Властителей зверин оскал.
Пал Карфаген –
доволен Рим.
Разрушен ген –
оскал зверин.
Но связи нет!
А Ганнибал?
Арап Петра Великого
не пал.
Но пал потомок
как невольник чести –
на Речке Чёрной.
Как предвестье.
2.
Чёрная Эфиопия.
Чёрная Речка.
Чёрная метка
на окне в Европу.
Пал Карфаген.
И Рим пал.
Сам себя в плен
русский взял.
Заправляет арапа
всякая власть.
Берёт на арапа.
Живёт всласть.
3.
А он убит и взят могилой…
И лира в нефти утонула.
Труба, похожая на дуло,
страну великую убила.
И вылезло свиное рыло,
невесть откуда – из-под маски,
и Родину похоронило
на Чёрной Речке,
в чёрной сказке.
4.
Сказочная страна –
Арапия Белая!
Нефть – рекой.
Никто
ничего
не делает.
Всё – на арапа,
всё – нахрапом.
И ещё – на лапу:
всем
без исключения
лапам!
Чёрная речка –
нефтепрово́д.
«Делать нечего», –
безмолвствуя,
голосует
народ.
5.
Народ –
невольник чести,
затравленный в глуши,
боится
собственной души,
раз честь и совесть
не в чести́
и долг не нужен никому,
уж лучше
посох да суму
в дорогу взять –
и на пути
в толпе пропасть
всем разом
вместе…
6.
Я помолился, словно клятву дал
сопротивляться сердцем и умом,
как некогда дал клятву Аннибал
непримиримым Рима быть врагом.
Мой Третий Рим меня не удержал
под грязным полицейским сапогом.
Я помолился, словно клятву дал
быть верным правде: той, что испокон.
И я остался с ней наедине
как с истиной: сопротивляться в духе
слезами, превратившимися в звуки
на боль эпохи и народа муки,
пока мои глаголы не оглохли
от собственного стона на струне!
7.
Неволя, неволя, неволя!
Завидная доля моя:
пока я не скрючен от боли,
поэзия льётся моя.
А если и скручен от боли,
тогда я и сам как струна.
Неволя, неволя, неволя –
родная моя сторона!
Поэзия – странная доля:
и радость, и мука вдвойне.
Свобода моя поневоле
звучит, разрываясь, во мне!
10 – 11 июня 2012 г.
Оскар Грачёв