Первый же врач, осмотревший Машу, отправил ее на госпитализацию. У нее давление зашкаливало. Хоть Мария и сопротивлялась, Григорий настоял на том, чтобы она послушала докторов.
Пришлось Маше согласиться. Со своей свекровью она познакомилась уже в больнице. Паулина Степановна, несмотря на то что сын у нее был художником, сама была женщиной абсолютно простой, земной, что ли.
Она всю жизнь проработала на хлебозаводе, теперь была на пенсии и очень сильно хотела, чтобы у нее появились внуки, скучно ей было на пенсии, у них не было даже дачи. Она ее продала много лет назад, чтобы вытащить сына из очередной передряги.
Маша Паулине понравилась. Она разительно отличалась от вычурных, странноватых девушек, с которыми раньше водился ее сын, она была какая-то настоящая. Да и выбора не было. Все по факту. Невестка, а внутри у нее заветный внук или внучка.
Маше сказали, что, скорее всего, она пробудет в больнице до самых родов. Для врачей было большим удивлением, что она, вообще, до сих пор беременна, если учесть нагрузки, которым она подвергала свой организм и предыдущие роды.
Эта новость повергла Марию в шок. Как она оставит своих детей так надолго? Она еще никогда на такой долгий срок с ними не разлучалась. А мама? Как она с ними со всеми справится? Ладно Ванечка и Надюша, они уже взрослые, а вот Захар и Лиза требуют постоянного внимания.
Еще и огород, небольшое хозяйство. Как со всем этим быть? Маше хотелось поскорее вернуться домой, отказаться от госпитализации, но она понимала, что в этом случае потеряет ребенка, а Гриша так его хочет. А что, если он тогда ее бросит?
- Маш, не нужно переживать, все будет хорошо. Тебе нельзя нервничать, ты же знаешь. Ты должна беречь себя и нашего ребеночка. Ну почему ты плачешь? – пытался хоть как-то привести ее в чувства Гриша.
- Зачем я, вообще, сюда поехала? Послушала Вас. Как они там будут без меня? Кто будет о них заботиться? Мама там с ума сойдет. Она не справится одна. – причитала Маша.
- Не переживай. Она будет не одна. Я съезжу за твоими вещами, все расскажу Анастасии Степановне, успокою, привезу тебе вещи и отправлюсь обратно. Я тоже буду с детьми, я буду помогать. Мы справимся. А ты не должна так волноваться.
- Да как мне не волноваться? Я буду здесь совсем одна…
- Ты будешь не одна, мама будет тебя каждый день навещать, она будет приносить тебе все необходимое, я буду приезжать по возможности. А потом, когда родится наш ангелочек, мы все вместе поедем домой. – гладил нежно по спине Григорий плачущую Машу.
- Обещаешь, что ты моих детей не бросишь и не обидишь?
- Обещаю, Машенька. Обещаю. Я никогда их не обижу и не брошу, я буду рядом, все будет в порядке.
- Ну, хорошо. – выдохнула Маша, как будто услышала самое важное, то, чего очень долго ждала.
- Я поеду, а то на электричку опоздаю. Постараюсь вернуться поскорее. Мама завтра к тебе придет обязательно. Ты ей понравилась. – старался подбодрить он Марию.
- Правда?
- Да. Ну все, любимая, не скучай. До встречи. – поцеловал он Марию и отправился на вокзал.
Конечно, Григорий прекрасно понимал, что ему придется ответить на множество вопросов, когда он вернется домой без Марии. Внутри было какое-то неприятное предчувствие, но необходимо было выполнить свое обещание.
Действительно, когда он появился на пороге один, Анастасия Степановна потеряла дар речи и с ужасом уставилась на зятя, ожидая, что он сейчас скажет ей что-то очень плохое.
- Анастасия Степановна, нужно Маше вещи собрать, я завтра отвезу.
- Ее в больнице оставили?
- Да.
- Что говорят?
- Знаете, я в терминах не особо разбираюсь. Сказали, что будет там до самых родов.
- Батюшки! – прижала Анастасия Степановна руки к груди, в глазах был ужас.
- Анастасия Степановна, Вы не переживайте. Я никуда не денусь. Я только вещи отвезу Маше и вернусь. К ней моя мама ходить будет, навещать, приносить все необходимое. А мы здесь с Вами, за детьми будем смотреть.
- Как же так? Неужели все так серьезно?
- Серьезно.
- Я так и знала… - прошептала Анастасия.
- Ничего, все будет в порядке. Маше нужен отдых, совсем она себя не жалеет. Полежит, отдохнет, наберется сил. Соберите вещи, пожалуйста.
- Хорошо. Ты утром поедешь?
- Да. На первой электричке. Завтра же и вернусь.
- Ну хорошо, хорошо. Ой, детям то надо сказать. – засуетилась женщина.
- Если хотите, я сам все объясню. Иван уже взрослый, он все поймет, да и Надюша, тоже. Мы можем вместе с Ваней и поехать, если он захочет.
- Незачем мальчонку по больницам таскать. Приедет Мария, и повидаются. Нечего. – бурчала Анастасия Степановна, перебирая вещи в шкафу.
Пока она занималась сбором вещей, Григорий вышел на улицу, где, как и всегда, дети проводили летний вечер. Ваня, как самый старший, присматривал за всеми, пока бабушка готовила ужин. Мальчик был к этому привыкший.
Григорию было его даже жаль. Вместо того, чтобы бегать со сверстниками, начинать интересоваться девчонками, ведь подросток уже, он тихонечко сидит под раскидистым деревом и наблюдает, как пастушок, за своим маленьким стадом.
А куда деваться? Он свою судьбу не выбирал. Мог бы он, конечно, плюнуть на все это, проявить характер и оставить малых на Надю или на бабушку, убежать, но гипертрофированное чувство ответственности не позволяло ему это сделать.
- Мама в больнице? – спросил спокойно Ваня, когда Григорий уселся рядом.
- Да.
- Она снова беременна? – догадался ребенок, потому что им еще не сообщали, что скоро появится еще один брат или сестра.
- Да.
- Понятно. – так же спокойно сказал Ваня.
- Вань, мама долго пробудет в больнице. Нам придется пожить без нее какое-то время.
- Ты не сбежишь? – абсолютно серьезно спросил Иван, чем ошарашил Григория.
- Нет. Я обещал, что буду с Вами. Завтра съезжу в город, матери вещи отвезу и вернусь. Если хочешь, можешь поехать со мной.
- Нет. Я не могу. – так же серьезно ответил Ваня.
- Почему?
- А за ними кто будет смотреть? – сказал он и побежал к Лизе, которая завалилась на траву и громко заплакала.
- Действительно. – сказал Григорий про себя и глубоко вздохнул.
Он не представлял еще, как будет жить несколько месяцев с чужими детьми, да еще и с тещей, которая его терпеть не может. Но, никуда теперь не денешься. Он Маше обещал, что не оставит их. продолжение