Первую часть можно прочитать по ссылке.
Им было невдомек, что всего в 50 км от них, в Принстонском
университете, группа ученых во главе с Робертом Дикке билась над тем,
как найти ту самую вещь, от которой они так усердно старались
избавиться.
Принстонские исследователи разрабатывали идею, выдвинутую в 1940-х годах астрофизиком Георгием Гамовым, уроженцем России: что если заглянуть достаточно глубоко в космос, то можно обнаружить некое фоновое космическое излучение, оставшееся от Большого Взрыва.
Гамов рассчитал, что к моменту, когда это излучение пересечет космические просторы и достигнет Земли, оно будет представлять собой микроволны. Немного позднее он даже предложил инструмент, который мог бы их зарегистрировать: антенну компании «Белл» в Холмделе. К сожалению, ни Пензиас, ни Вильсон, ни кто-либо из членов принстонской группы не читал эту статью Гамова.
Шум, который слышали Пензиас и Вильсон, конечно же, был шумом,
который теоретически предсказал Гамов. Они обнаружили край Вселенной,
или, по крайней мере, ее видимой части, на расстоянии более 100
миллиардов триллионов километров. Они «видели» первые фотоны —
древнейший свет Вселенной, — хотя время и расстояние превратило их,
как и предсказывал Гамов, в микроволны.
В книге «Расширяющаяся Вселенная» Алан Гут приводит аналогию, помогающую представить это открытие в перспективе. Если считать, что вы всматриваетесь в глубины Вселенной, глядя вниз с сотого этажа Эмпайр-Стейт билдинг (где сотый этаж соответствует нашему времени, а уровень улицы — моменту Большого Взрыва), то во время открытия Вильсона и Пензиаса самые
отдаленные галактики были обнаружены в районе шестидесятых этажей, а
самые далекие объекты — квазары — где-то в районе двадцатых. Открытие
Пензиаса и Вильсона довело наше знакомство с видимой Вселенной до
высоты в полдюйма от пола цокольного этажа.
Все еще не зная о причине шума, Вильсон с Пензиасом позвонили в
Принстон Дикке и описали ему свою проблему, надеясь, что он подскажет решение. Дикке сразу понял, что обнаружили эти двое молодых людей.
«Да, ребята, нас обошли», — сказал он своим коллегам, вешая трубку.
Вскоре Astrophysical Journal опубликовал две статьи: одну Пензиаса и
Вильсона, описывавшую их опыт с регистрацией шипения, другую —
группы Дикке, объяснявшую его природу. Хотя Пензиас и Вильсон не
искали фоновое космическое излучение, не знали, что это такое, когда
обнаружили его, а в своей статье не объяснили его природу, в 1978 году они
получили Нобелевскую премию в области физики.
Принстонским исследователям досталось лишь сочувствие. Согласно Деннису Овербаю, автору книги «Одинокие сердца в космосе», ни Пензиас, ни Вильсон
полностью не понимали значения того, что открыли, пока не прочли об
этом в «Нью-Йорк тайме».
Между прочим, помехи от космического фонового излучения — это то, что все мы знаем по опыту. Настройте свой телевизор на любой канал, где нет трансляции, и около одного процента прыгающих электростатических помех, которые вы наблюдаете на экране, будут связаны с этими древними следами Большого Взрыва.
В следующий раз, когда вы будете жаловаться, что на экране ничего нет, вспомните, что вы всегда имеете возможность наблюдать рождение Вселенной.
Хотя все называют это Большим Взрывом, многие книги
предостерегают нас от того, чтобы представлять его как взрыв в обычном
смысле. Это скорее было внезапное значительное расширение колоссальных масштабов. Так что же его вызвало?
Одна из точек зрения состоит в том, что сингулярность была реликтом
более ранней сколлапсировавшей Вселенной, что наша Вселенная — всего
лишь одна из вечного круговорота вселенных, расширяющихся и
сжимающихся, подобно пневматической камере кислородного аппарата.
Другие объясняют Большой Взрыв так называемым «ложным вакуумом»,
«скалярным полем» или «вакуумной энергией» — неким свойством или
сущностью, которая каким-то образом привнесла определенную
неустойчивость в имевшее место небытие. Кажется, что получить нечто из
ничего невозможно, но факт состоит в том, что когда-то не было ничего, а
теперь налицо Вселенная, и это служит очевидным доказательством
подобной возможности.
Быть может, наша Вселенная — всего лишь часть множества более крупных вселенных, располагающихся в разных измерениях, и Большие Взрывы происходят постоянно и повсюду. Или, возможно, пространство и время имели до Большого Взрыва совершенно иные формы, слишком чуждые нашему пониманию, и что Большой Взрыв — это своего рода переходный этап, когда Вселенная из непостижимой для нас формы переходит в форму, которую мы почти можем понять.
«Все это очень близко к религиозным вопросам», — говорил в 2001 году
корреспонденту «Нью-Йорк тайме» космолог Андрей Линде.
Теория Большого Взрыва — не о самом взрыве, а о том, что
произошло после взрыва. Причем в основном вскоре после взрыва.
Произведя уйму расчетов и тщательных наблюдений на ускорителях
элементарных частиц, ученые считают, что могут заглянуть во время
спустя всего 10^-43 секунды с момента творения, когда Вселенная была еще
настолько мала, что разглядеть ее можно было только в микроскоп. Мы не
должны падать в обморок от каждого встречающегося нам необычного
числа, но, пожалуй, время от времени стоит ухватиться за одно из них, хотя
бы для того, чтобы напомнить об их непостижимых и потрясающих
значениях.
Так, 10^-43 — это 0,0000000000000000000000000000000000000000001, или одна десяти миллионно триллионно триллионно триллионная секунды.
Продолжение в следующей статье!
Если понравился материал, подписывайте и читайте новые статьи каждый день. Оставляйте свои комментарии, делитесь своим мнением и так алгоритмы Дзена поймут, что материал интересный и будет рекомендовать Вам больше интересного и поможете с продвижением канала!