Сначала я думала, что у меня совсем нет для вас событиев, и рассказать в это Сенье соуршенно нечего. А потом ужасновая Двуногая натворила такое!.. Я до глубины себя вся возмурщена!
Вот она Туну лечит же? Говорит, в это Сенье последний раз, когда темно станет, лечить будет. Туна ворчит, что ей уже никаких лечениев не надо, уши больше не чешутся и не болят, но она всё равно продолжает. А я Туне говорю, чтобы меня в их всякое не вмешала, мне её не жалко, она противная.
Но на самом деле жалко, конечно, только вы ей про это не говорите, а то она опять решит, что может об меня дружить. А я не хочу, чтобы я с ней дружила, я недружемурная! Я бы ей короткий хвост откусила, если бы это можно было сделать не больно, и не наевшись туниной шерсти…
А тут Двуногая на меня посмотрела, и говорит:
— Что-то у тебя, Урсёна, уши совсем грязные. Надо почистить, поэтому и чешешь их…
А я ей и отвечаю:
— Нормальные у меня уши, не трогай их своими лапами двуноговскими, а то я тебя покусаю!
А сама сижу и думаю, только бы сработало, а то если не сработает — её же кусать придётся! А как кусать, когда ей от этого больно будет? Я так не могу, она же расстроится. Только она, кажется, про меня это знает, что я кусать не буду.
Потому что позвала Грозного, когда они Туну полечили. А тот ка-ак взял меня в лапы, ка-ак сцапал! И унёс. И завернул в ту шкурку, которой они воду убирают, когда мокрятся. Как Туну заворачивал. И кошачьим «урлетиком» обозвал. А Двуногая сказала:
— Урсулье рулетирование тоже произведено успешно. Теперь буду тебе уши чистить, вредина.
А потом начала мне уши чем-то мокрить, но не водой, оно по-другому пахнет. И держала ухо долго, мяла так, что в ухе булькало. Странно так! И щекотно немного. А потом говорит:
— Ты — отворачивайся, а ты — тряси ушами.
Это она, наверное, Грозному, чтобы я его не намокрила. Ну я ушами потрясала, мокрое убрала, а она взяла круглую штучку, и полезла мне в ухо. Но это не больно и даже не противно. Просто странно. Зачем это она так делает?
Я думала, меня сейчас отпустят, а она со вторым ухом также. Ну, раз не больно, я не стала их кусать. Странные они, и всё это возмуртительно, но не так сильно возмуртительно, как если бы они меня как Туну лечили.
Ну и должна признаться. Потом Двуногая принесла мне ту же восхитительно пахнущую вкусную штуку, которую Туне даёт, когда её лечит. А нам так редко они достаются! Рыбовые, нежновые, только их бы и ела, знаете! Ну я как-то её за уши и простила…
Тем более, что чесаться они правда перестали. И та штука в ушах не осталась, и вообще не так оно и плохо было. Зато мне вкусновое досталось! Я даже к Двуногой потом пришла, и на ней полежала, вот как раз перед тем как мы с ней писать вам начали.
Но всё равно. За что меня-то, ну даже грязные уши, это не повод их так чистить… и вообще, меня за что! Я же не болею, как Туна. Возмуртительно. Но вкусное воскотительное. Но возмуртительно. Выбрать не могу! А вы как думаете?
Расскажите мне в телеграмовых, мне интересно: