Городок в Аризоне посреди степи. В салуне за одним столом бухают два старых ковбоя, приезжий и местный. Вдруг по улице с диким криком проносится всадник, паля во все стороны из револьверов. Одна из пуль попадает в шляпу приезжего и сбивает ее на пол. Но в салуне никто даже не обернулся.
Потерпевший поднимает ее и спрашивает:
- Джонни?
- Что Сэмми?
- Кто это был?
- Это наша местная достопримечательность – Неуловимый Джо.
- А почему его зовут Неуловимым?
- Потому, что его еще никто не поймал.
- А почему такого нехорошего человека еще никто не сумел поймать?
- А кому он к черту нужен?
Понимаете, центральная часть Аравийского полуострова – это как тот самый Неуловимый Джо. Полезных ископаемых тут нет, хорошей земли нет, а местные жители прямо как благородные индейцы – даже если их обращали в рабство, то они и там не работали.
К тому же, суровые условия страны практически исключают масштабное вторжение и возможность прокормить армию, а от мелкого местные могли отбиться. Поэтому все империи, которые поблизости существовали, позволяли бедуинам гонять верблюдов палками, понимая, что никакой пользы от завоевания не будет.
Лишь пророк Мухаммед в первый и последний раз объединил полуостров. Не в последнюю очередь потому, что в его сердце некий Мусайлима проповедовал собственную, искаженную версию ислама. Но вскоре после его ухода из жизни общеарабское государство распалось, а столица халифата навсегда переехала в более культурные места.
Под контролем всемирного исламского государства остался Хиджаз – западная часть Аравии, где расположены священные места мусульман. В прибрежных регионах полуострова существовали мелкие государства, некоторые из них были такими же древними, как Египет или Шумер. А вот в центральных пустынях не знали никакой общей власти.
Поэтому, теоретически, то, что в будущем стало Саудовской Аравией, никогда не являлось чьей-то колонией. Хиджазом и побережьем египетские мамлюки и сменившие их османские султаны правили не напрямую, а через систему сюзеренитета-вассалитета. Т.е., они могли давать местным вождям определенные поручения, но их войска здесь не присутствовали.
Если говорить о прямом правлении иностранцев, то я могу припомнить только два случая. Впервые это случилось во второй половине 3-го века, когда в Персии пришла к власти могущественная империя Сасанидов. Тогда был установлен контроль над восточными приморскими областями полуострова и проведена серия военных кампаний, чтобы оккупировать Неджд – центральное пустынное плато, где ныне находится Эр-Рияд. В начале следующего столетия шах Шапур II прошел с боями до Западной Аравии, и крайней точкой его продвижения стала Медина в северной части Хиджаза. Арабы его тогда прозвали зу аль-актаф – «пронзающий плечи».
Позднее на юге Ирака и в Неджде возникло арабское государство Лахмидов, вассальное Персии. Оно существовало несколько сотен лет, но непосредственно перед исламским завоеванием было распущено, а его основные области обращены в полноценные провинции Сасанидов. По всей видимости, это не касалось центральной части полуострова, вождем которой стал некий Мусанна. Он был вынужден отбивать вторжения персов, а затем заключил союз с мусульманами.
В середине 18-го века шейх из рода Сауда заключил союз с проповедником аль-Ваххабом – их общие военные усилия позволили создать Дирийский эмират, который также называют Первым Саудовским государством. Набег на иракский город Кербела и нападения на паломников привели к вторжению египтян, санкционированному османскими султанами.
Мухаммад Али-паша, албанский правитель страны пирамид, в 1811-1819-х годах очистил от войск саудитов Хиджаз, а затем вторгся во внутренние области полуострова, являвшиеся их коренными владениями. Штурмом была взята Дирья, эмира отправили в Стамбул, где ему отрубили голову. Но в скором времени стало понятно, что оккупация стоит очень дорого, и лет через десять египтяне вывели свои войска. Вскоре после этого власть Саудов восстановилась.