Чем рассказывать о себе, я решил рассказать о своей матери:
В 30-х годах она с родителями переехала в Киргизию, в поисках лучшей доли, хотя Владимирович уверяет, что они уехали спасаясь от репрессий. Ему видней, конечно, но и такой вариант имеет право на жизнь, почти все материны предки по мужской линии были служителями культа.
Отец ее сапожничал в К-Кия, сама она вечно что-то шила потом на базарчике обменивала рукоделие на еду. Вся её родня умела на высоком профессиональном уровне шить, дядя-мореман шил даже пальто и костюмы. Кстати, я тоже это умение унаследовал. Материны братья и сестры получили высшее образование: сестры стали учителями, один из братьев военный моряк, младший - архитектор. Ей же досталась вся работа по дому. Закончила она, как часто прикалывался отец, всего три класса, сам он закончил семь. Но выйдя с кучей покупок из магазина, могла в уме все пересчитать и если кассирша ошиблась, то мать возвращалась в магазин и добивалась справедивости.
Жили мы в половине дома, который, я так и не поинтересовался почему, назывался финским. Дом капитальный из жженного кирпича на высоком фундаменте. Сколько было комнат не знаю, но во второй половине долго жила отца сестра с семьей, там было две комнаты: нормальный зал и очень маленькая спальня. А мы в 1965 переехали в Учкудук. Там получили двухкомнатную, которую вскоре обменяли на трехкомнатную. Мать сразу устроилась в детский сад сторожем, потом перевелась там же в прачечную. Так до пенсии там и проработала.
А после переезда умер дед и мы с матерью опять поехали в К-Кия. Для чего меня повезла тоже как-нибудь расскажу, а вот как возвращались немного помню. Мне было тогда 5 лет, а у нас было много багажа, даже вроде сундук был. Мать понемногу перетаскивал эту груду вещей, я же малосильный годился лишь на присмотр за вещами. Как она все это умудрилась сдать в багаж, я даже не представляю...
Лирическое отступление: это современное фото города, сделанное от въезда в город, с горки на которой стоят три дуги олицетворяя собой Три колодца. Виден и край города, вот в последнем ряду домов перед степью мы и жили. Правда поперек город был раза в 2-3 пошире, а сейчас еще больше разросся, именно влево и вправо от снимка. Видны женщины в оранжевых куртках, это неотъемлемая часть вида на город. В любое время дня, посмотрев в любую сторону, вы их увидите, этих тружениц содержащих город в образцовом порядке.
Но вернемся к теме моего повествования. Все свободное время она проводила за швейной машинкой, обшивая большую семью и на заказ. Три сестры на фото в платьях сшитых матерью, как и сама она и бабушка и племянница. Бывало покупала с рук шубу, из нее шила две мужские меховые куртки на продажу. Времени посидеть во дворе с соседками у нее не было. Все силы и время на семью. Очень хотела, чтобы у нее было лучше чем у других, намаялась в детстве видать. Отсюда и бархатные шторы, полы после краски покрывала еще и лаком, чтобы все блестело. Швейная машинка тоже была в красивой тумбе под красное дерево.
Отец по дому почти ничего не делал, выпивал, но если было нужно принести мешок муки из магазина, а они бывали и по 70 кг. это он мог, хоть по виду и не скажешь, но шахтер и этим все сказано. Пардон, шахтером он был в К-Кия, здесь он был горняком. Ушел он в 62, кстати мужчины за 70-т, это большая редкость для Учкудука.
В пору моей юности были в моде рубашки самых ярких расцветок и клешенные брюки, всем этим меня обеспечивала мать. Клеш был максимальным, сколько позволяла ширина ткани. что-то типа такого:
Еще запомнился эпизод: на новеньком велосипеде приехал двоюродный брат, да Анатолий Владимирович, его отец был кавалером Шахтерской Славы. Утром же мать повела меня в магазин и купила мне Урал. О велосипеде я и не заикался, потому. как был виновником кражи велосипеда старшего брата, который я должен был охранять. Он долго не выходил из магазина, в котором было столько интересного: спортивный велосипед, охотничье ружье, простые велосипеды, мотоцикл Восход... Не дождавшись его, я тоже решил заглянуть, столкнулся с ним в дверях и этих секунд хватило редискам-нехорошим людям...
Вот такая вот история, я и малой доли не рассказал о долгой и трудной жизни своей матери. Навсегда запомнилась она вечно занятая какими-то делами, уже в старости, с больными руками, она если и смотрела бразильский сериал, то в руке было вязание или сидя за своей машинкой. Про хлеб, что она пекла сама. я уже упоминал, а так на столе всегда были пироги, печенья, булочки, опару она ставила в 20-ти литровой кастрюле. Годы прожитые в Учкудуке она считала самыми счастливым временем...