На улице жара. В Москву ворвалось лето. В саду почти уже не видны следы майского снега. Все, что пережило зиму и поздние заморозки растет, зреет и наливается силой. А вместе тем, морозное время прошлось по кустам и деревьям очень по-разному. Например, хрупкая с виду жимолость, кажется, совсем не заметила леденящей трагической истории. Ее обильные ягодки темнеют, суля небывалый урожай. Вишни и груши сбросили цвет. Деревья спаслись под травмирующими холодными хлопьями, но их жизнь в этом году больше не принесет результатов. Они только и могут позволить себе, что копить силы и с надеждой смотреть в будущее. Совсем не просто пришлось мощному с виду и очень нежному внутри маньчжурскому ореху. Он хотел встретить весну побыстрее, за что и получил от строгой погоды по нежным листикам, словно торопливый маленький ребенок от мамы по маленьким ручкам. Получил и замер. Заморозил себя и стоял недели три будто совсем засох. Однако в ветвях осталась капелька жизни. Поэтому лето и ему отмерило порцию