Стихи эти написаны в довоенные времена, вскоре после госпереворота на Украине. Сейчас, увы, дела обстоят ещё хуже.
Как до потопа жили люди –
Так мы сейчас живем:
Плутуем, гадим, ближних судим,
Распутничаем, лжем,
Едим и пьем, и злобу копим
В слепых своих сердцах.
И, как котенка, совесть топим
В неправедных делах.
И мерзость мира ценим выше,
Чем Правды горний свет.
Стихи чувствительные пишем,
О том, что счастья нет;
И как красив закат над морем,
У бархатной волны…
И дела нет до крови, горя,
Пылающей войны.
Что боль чужая? Ведь не наша!
Что эта нам война?
Была цела бы хата наша.
Туга наша мошна!
Пусть детки гибнут – те, в Донецке!
На это нам плевать.
То чада ватников советских!
Их пусть рыдает мать.
А мы справляем свадьбы, пляшем,
В хмельном своем чаду.
И мним, что всех умнее, краше,
Но мы уже – в аду.
И жизнь течет привычным ходом,
Как то бывало встарь.
И древний змий правит народом –
Кровавый государь.
И дни придут – и злоба наша
Откроет в бездну дверь.
И ложь затмит светило наше.
Из моря выйдет зверь.
И звезды мрак укроет липкий.
Угаснет блеск луны.
И станет мир наш хрупкий, зыбкий,
Добычей сатаны.
И станет властвовать над всеми
Черноголовый князь.
Он расплодит бесплодных семя.
Святыни втопчет в грязь.
И он изловит в свои сети
Весь этот шар земной.
И будут взрослые и дети –
Его товар живой.
Он, как скотам, клеймо поставит,
На всякое чело.
И лапой шестипалой вдавит,
Звериное число.
Что ж, вы – увертливые змеи!
О, сколько вас во мгле!
Ползете вы на скользком чреве,
По проклятой земле!
И в сердце вашем похотливом –
Желание одно:
Жить в неге праздной и ленивой,
И смаковать лайно.
И полнить суетные души
Заумной чепухой.
И голос Бога глуше, глуше
Звучит в ночи слепой.
И станут люди блудить скопом.
И восхотят чудес.
И, как в дни Ноя, пред потопом,
Возрадуется бес.
И много сотворит знамений,
Лукавый их факир!
И его черный, злобный гений
Ошеломит весь мир.
И расползется всюду темень –
Без края и конца.
И скорбь, тяжелая как кремень,
Придавит все сердца.
И будет каждый ждать чего-то.
Чего – не зная сам.
Но не захочет и на йоту,
Подняться к небесам.
И в эти бедственные годы
Людей сгорбатит страх.
И позавидуют народы,
Тем, кто лежит в гробах.