Правда, ведь. Люди, что случайно оказываются свидетелями неприглядных зрелищ, не имели желания видеть то, что видели.
Времена средневековой Англии прошли, и слава богу. Это тогда неприглядные зрелища являлись народу в праздничные дни, а народ и рад был даже билеты прикупить на места, с которых лучше видно происходящее, но большинство так богато не жили и потому толпились на главной площади и смотрели на зрелища эти без комфорта, но с нескрываемым удовольствием.
Сейчас, чем позабавиться выбор большой. На любой вкус, на любой кошелёк. И даже те, кто испытывает нежные чувства к неприглядным зрелищам, себе не отказывают. Видосики смотрят в соответствующих пабликах. Фильмами соответствующего жанра балуются.
Всё же лучше чем на большой площади стоять и шею, словно страус вытягивать. И на экране всё иначе выглядит. Словно понарошку. Даже, если запись с камеры видеонаблюдения или смартфона случайного прохожего смотришь.
Сомневаюсь, что любители подобного контента хотели бы наблюдать воочию, как внезапно смертен человек. Вот он шагает, погружённый в собственные мысли и не подозревающий, что, пройдёт несколько секунд, и очевидцы будут прикрывать руками лица и рассказывать родственникам и друзьям о том, что случилось на их глазах.
Несчастные случаи разные бывают. Кто из нас без греха? Задумался, замечтался и превратился в грешника, которого при удачном стечении обстоятельств обматерят, а при неудачном – говорить плохо не будут. Посмотрит человек виновато, руками разведет. Мол, рассеянный, о котором сказки в стихах писали. Понять и простить меня надо. Спасибо, в общем, что живой. И жаль такого человека становится. Может, трагедия у него личная. Может, дебет с кредитом не сходится. Да что угодно может быть.
Поражает меня не рассеянность и невнимательность граждан. Поражает меня то, как некоторые граждане с лёгкостью принимают тот факт, что едва с жизнью не распрощались и распрощались бы, если бы не везение.
Подъезжаю к железнодорожному переезду. К тому самому переезду, на котором всегда горит красный и на котором можно несколько часов стоять, дожидаясь зелёного.
Слышу звук приближающегося поезда. И приближающийся поезд вижу. Едет такой бодренький прямиком на железнодорожный переезд.
Останавливаюсь. Радуюсь про себя, что поезд «коротенький». Перегоняли, наверное, локомотив на другое место. Между перилами два мужика кружат. Ограждение у нас такое появилось пару или тройку лет назад на этом железнодорожном переезде. Благодаря этому ограждению я научилась более технично повороты проезжать.
Идут и идут, – думаю, – возможно, желают ближе к шпалам стать, чтобы, как поезд проедет, побыстрее на другую сторону перебраться. Хотя спешить на переездах нельзя. Один поезд проедет, а другой приехать может по соседним путям. Ну, да ладно. Поезд в этот раз ехал один, и после того, как проехал, в коем-то веке светофор зелёным загорелся. Не припомню, чтобы раньше здесь такое видела.
Мужики не останавливаются. Через ограждения прошли и вперед шагают. Ладно бы, ускорились, чтобы окружающие понимали, что пропускать поезд мужики отказываются сознательно. Знаете, есть такие люди, которым всегда всё срочно надо и которые перед приближающимся поездом по газам вдарят, чтобы время драгоценное не терять. Но нет, мужики явно не из этих. Идут себе прогулочным темпом. Поезд тифонит, а у них ни руки, ни ноги не дрожат. Хотите – верьте, а хотите – нет, но пошли бы мужики дальше по своим делам и встретились бы траектории их движения с траекторией движения поезда. У меня перед глазами так и пронеслись два вектора.
– Куда вы идёте?! – кричу, а голос у меня какой-то непохожий на голос, которым я обычно кричу и разговариваю.
Мужик, что постарше, оглянулся, на поезд, который вот-вот перед нами пронесется, взглянул и давай второго мужика за плечо дёргать. Пропустили поезд в итоге и дальше пошли, как ни в чем не бывало. Второй мужик даже ни одного наушника не вытащил из ушей. У меня душа в пятки ушла, а им хоть бы хны, как будто каждый Божий день они в последний момент поезду дорогу уступают.
Представить себе можно всякое. Может, люди жизнями не дорожат. Есть у людей право своими жизнями по собственному усмотрению распоряжаться, а ещё у некоторых людей есть привычка таким правом безответственность оправдывать. Наворотят дел и скажут: оставьте меня в покое, жизнь моя и нечего мне указывать, что негоже личную жизнь устраивать, пока детей бабушка и дедушка растят.
Права распоряжаться своими жизнями в официальном документе не прописаны, потому каждый обладатель той самой жизни, заявляя о своих правах, проявляет фантазию. Вот и получается, что кто-то на судьбу полагается при переходе через железнодорожные пути, а кто-то чем-то другим занимается. И вроде бог бы с чужими жизнями чужих и незнакомых людей, но, когда видишь, что вот-вот может случиться непоправимое, земля из-под ног уходит и жутко становится.
Люди, не хотите жить? Другим поберегите нервы!