В Берёзово, почти на самой окраине, там, где 31 год назад газовый фонтан возвестил о величайшем из открытий века, есть небольшая улица имени Евгения Лютова. Старожилы и те не все знают, что это был за человек. Лишь в книге писателя Константина Лагунова «Открытие века» одной строкой в рассказе о первом фонтане говорится «...при ликвидации березовского выброса погиб инженер Лютов».
Такая немногословность неудивительна. Лютов — коренной москвич и ясно, что за несколько месяцев его жизни в Берёзово люди не могли хорошо узнать этого человека. Но вот газета «Красная Звезда» публикует небольшую заметку «Вместе ходили в разведку» полковника в отставке Н. А. Рубана. Писал фронтовик о своём боевом товарище Е. Лютове. Вот эти строки.
«Осенью сорок первого под Москвой обстановка сложилась так, что от нашей дивизии действовал сводный отряд. Я был в нём начальником разведки, а Лютов — рядовым разведчиком. Этому замечательному человеку я дважды обязан жизнью.
В октябре под Локотно после выполнения ответственного задания по выводу из окружения сводной роты, после нескольких бессонных ночей, мы зашли в одну из встретившихся на пути изб. Жителей не было, все они, опасаясь немцев, ушли с рассветом в лес. Я уснул прямо за столом. Лютов, уставший не меньше меня, бодрствовал. И в это время во двор вошла группа немецких разведчиков.
Лютов крикнул: «Немцы!» и бросил им под ноги гранату. Я проснулся, выпрыгнул в окно, Лютов — за мной. Оставшиеся немцы открыли огонь из автоматов, но с опозданием. Мы благополучно добрались до своих.
Прошёл всего один день. Командир отряда приказал нам разузнать о намерениях противника и уточнить положение своих частей. Горело Апальщино. Было видно, как бесчинствовали фашисты. Мы с Лютовым наблюдали всё это и ждали возвращения ушедшей группы поиска. Послышались шаги. Я шагнул навстречу. От зарева деревни в лесу, где мы находились, казалось, ещё темнее. Почти вплотную ко мне приблизились двое и вдруг слышу: «Хальт!». Меня хватают за рукав, Лютов мгновенно среагировал. Его штык вонзился в бок немца. Другой закричал: «Русс, русс!» Группа немцев рассыпалась в цепь, залегла и открыла огонь из пулемёта и автоматов. Хорошо, что подоспела наша группа и ударила в тыл наступающих».
Николай Алексеевич Рубан в своём письмо в Ханты-Мансийск рассказывает, что Лютов храбро воевал, вернулся с войны в звания лейтенанта, кавалером многих орденов. В конце сороковых закончил институт, стал инженером, высококвалифицированным специалистом-газовиком и его одним из первых направили на ликвидацию аварийного березовского выброса газа. Дело случилось зимой. Из недр вырывался огромный столб метана, насыщенного водой. Буровая покрылась толстой коркой льда. Его глыбы то и дело срывались вниз. Опасность не пугала Лютова. Он проникал не однажды в самое пекло. Фонтан был ликвидирован, но своей жизнью заплатил за это храбрый фронтовик и отличный человек Е. Лютов.
В. ПОЛИВАНОВ (1985)