- Люда, что у тебя стряслось? – Соседка первый раз увидела женщину такой, хотя живут рядом уже больше года.
- Нелюди эти Хомутовы. Пошли, посмотришь, что наделали.
- Ох, господи, - Рая схватилась за голову, увидев такое, - помои под забор выливают. Где это видано? Люд, ты пойди да кол об ее спину переломи.
- Ой, глянь, что эта Зойка делает. А ты говорила, что она хорошая женщина. Она мне в этом году столбики у забора подпиливала, а сколько кур она у меня украла? Но где мне на нее управу-то найти?
- Да нигде. Она же теперь вдова, даже участковый ее постоянно защищает. А вчера к ней кавалер, похоже, приехал, - Раиса подошла поближе, чтоб никто не услышал.- Встречала его, как самого дорогого гостя, так вокруг него облизывалась. Она уж давно про мужа забыла и не горюет, это мы до сих пор вспоминаем: какой хороший мужик был Илья. А как Зойку любил.
- Да, любовь. Но не век же ей по мужу траур носить, она еще молодая, в этом мы ей указывать не можем. А вот по-соседски так никто не делает. – Людмила, когда покупала этот дом, о соседях никого не спрашивала, ей понравилось то, что с двух сторон живут одинокие женщины. Она очень гостеприимная, будет по вечерам собирать на огонек соседушек, быстрей забудет того, кто так ее предал.
С мужем они жили двадцать пятый год. Дочку выучили, осталось отдать замуж, их Лика уже живет с мужчиной. Решили, что после серебряной свадьбы их с мужем отпразднуют свадьбу дочери. Но как-то дочь к ней нагрянула поздно вечером совсем без настроения. Людмила испугалась, думала, что она поругалась с Глебом.
- Мам, все оттягивала с тобой разговор, но всему есть предел. У папки есть рыжеволосая красавица. Первый раз я их увидела в машине, но не придала значения. А сегодня зашла в торговый центр, чтоб присмотреть вам подарок, а там он крутится в ювелирном отделе. Я так обрадовалась, что он тебе сделает подарок. Стала за ним подглядывать, мне стало интересно, не поскупится ли он. А то, как всегда, выбирает самое дешевое, - муж Людмилы говорил, что внимание важнее любого подарка.
- Ну и подглядела?
- Подглядела. Продавец не успела закрыть витрину, как около него стала крутиться рыженькая красотка. Мам, она моложе меня, ты представляешь? Каково мне было смотреть на все это?
- Дочь, может, это совсем не то, о чем ты подумала? Я ничего подобного за Николаем не замечала.
- Она мерила кольцо, папка оплатил его картой, я спряталась за колонну, чтоб он меня не увидел. Я чуть сквозь землю не провалилась, когда услышала:
- Ну что? К тебе? Хочу, чтоб ты меня отблагодарила по полной. – А рыжеволосая, как преданная собачонка заглядывала ему в лицо. Осталось ей только на задние лапки встать и заскулить. Как мне было противно.
- Дочь, он же меня не бросает, деньги отдает все до копеечки.
- Ты уверена, что до копеечки? На что же тогда он делает такие дорогие подарки своей любовнице?
- Но пусть порезвится, жизнь-то к закату идет, еще лет десять, и мы станем дряхлыми беззубыми стариками. Ты могла бы промолчать, чтоб не расстраивать меня.
- Мам, что ты говоришь? Сама же учила меня никогда не врать. Я же теперь не смогу переступить порог этого дома, и чем мне перед тобой оправдываться? Своей занятостью? Будешь обвинять, что для тебя не могу за сутки найти свободной минуты.
- Ты же знаешь, что на все неприятности я реагирую болезненно, теперь ходи и дрожи, как бы на больничную койку не загреметь.
- Мам, разводись, дели квартиру и покупай себе жилье. Пусть оно будет скромным, но ты будешь спокойная. Шило в мешке не утаишь, рано или поздно тебе откроют глаза на отца. – Они сидели с дочерью на кухне, но так и не притронулись к чаю и торту. Аппетит у обеих пропал мгновенно. – Мам, мне надо идти, Глеб сейчас должен за мной заехать, я его предупредила, что буду у тебя.
- Ликуль, ты-то хоть смотри за своим в оба. Я никогда не думала, что такое меня коснется. Всегда сочувствовала знакомым, утешала, чтоб не рубили с плеча. Разорвать легко, но потом одумаешься, его уже не склеишь. Даже и вновь можно сойтись, но веры не будет никакой. Обрекать себя на вечное страдание? Пожалуй, ты права. Надо развестись, пока еще есть силы пожить для себя. – Людмила проводила дочь, по инерции встала к плите, осталось положить специи, и ужин готов…
И тут до нее дошло: что же она делает? Будет кормить того, кто так безжалостно топчет их совместно прожитые годы? И содержимое жаровни моментально оказалось в унитазе. Самой ей хватит кусочка тортика и бокала чая, хотя навряд ли вечером ей кусок полезет в горло. Как ни успокаивала себя, нервное напряжение возрастало с каждой минутой. Мужу давно пора быть дома…
Николай пришел, когда Людмила лежала на диване и тупо пялилась в телевизор.
- О, а ты чего не спишь? На часы-то глядела? Тебе же завтра в первую?
- Удивляюсь твоей заботе. Ты думаешь обо мне и на часы смотришь, вот только домой не торопишься.
- Людочка, прости, но мужики пригласили в кабак, неудобно было отказаться. Вот до закрытия и просидели.
- Что-то спиртного я не чувствую, - Людмила начала носом вдыхать воздух.
- Я на машине, ты чего? Я сегодня подумал, а не устроить нам свадебное путешествие после юбилея, давно мы с тобой вместе нигде не отдыхали, отпуска не совпадали. Сегодня Андреич не возражал, когда я ему намекнул об этом. – Людмила даже растерялась. Кому ей верить? Дочери или мужу?
- Коль, давай завтра об этом поговорим, что-то сегодня голова разболелась, сам напомнил, что мне завтра в первую. – Николай вынул из-за пазухи красивый конверт и показал жене две путевки.
- Я все купил. Так и думал, что начнешь отказываться, потому что все истратишь на юбилей.
- На самом деле, а откуда у тебя деньги? Ты же сам отчитываешься передо мной по сбербанку онлайн, больше десяти рублей на карте не оставляешь. Странно.
- Ничего странного. Взял кредитку, четыре месяца без процентов.
- Ду.рак ты у меня и не лечишься. Кто же надоумил тебя на такое пойти? – Но не признается же он жене, что у него есть молодая, красивая, готовая ради него на все. Она и подсказала Николаю, как выйти из положения. – Сдавай, никуда я не поеду. Да и юбилей мне уже не нужен. – Николай сел на диван, положил голову жена себе на колени.
- В чем дело? Мы же все распланировали.
- Ты забыл внести последний пунктик: после торжества мы с тобой расстаемся навсегда. – Чертыхнулся он, поругал за неосторожность. А все Вика. Он предлагал же ей съездить в другой район города, чтобы не напороться на знакомых.
- Коль, ты выберешь, я подойду и примерю, якобы по твоей просьбе, а потом опять уйду к двери, там буду тебя ждать. – Сумела же Виктория его уговорить. И домой никак не хотела отпускать, он еле вырвался, пришлось намекнуть, что он не восемнадцатилетний пацан.
Людмила смотрела на мужа и не могла понять, почему судьба ей подкинула такое испытание. Все же у них с Николаем было прекрасно, она была уверена, что он до сих пор любит только ее одну. И вдруг такое.
- Не понял, - на скулах у мужчины заходили желваки.- О каком расставании ты говоришь? Ты куда-то собралась?
- Ты считаешь, что я должна терпеть твои измены? Нет, дорогой, нервные нагрузки мне противопоказаны. Не хотелось, но придется делить и наше семейное гнездышко, где я столько лет создавала уют…
Тяжело Людмиле было расставаться с тем, что ей было дорого. И подруги, и работа – все это терять не хотелось. Но Нина ей посоветовала закрыть на все глаза и уехать.
- У меня родственники живут в Павловском, хорошее, я тебе скажу, местечко, часто выходные там провожу. Брат зовет меня, говорит, что приличный домик там продают. Может, съездим, посмотрим. – Люда согласилась больше из-за того, чтоб не видеть перед собой эту противную рожу. Она уже не могла смотреть на мужа.
Место оказалось, действительно, завораживающим. Вокруг поселка лиственный лес полон ягод, грибов. Рядом огромное озеро, где часто отдыхают горожане. И от города недалеко. Курсируют рейсовые автобусы, с работы увольняться не надо. Все ее устраивало.
Муж отдал ей половину, не ее проблема, где он взял нужную сумму, пусть хоть повязнет в кредитах, главное у нее будет нормальная жизнь. Тяжело было, не спорит, но время лечит. А уж когда завела курочек, распахала огород, о Николае и думать было некогда.
И вот теперь Зойка ей все портит, хоть закрывай глаза и беги отсюда. А ведь Люда уже начала привыкать, все ей здесь стало мило, любо. И дворик облагородила по своему вкусу. В планах ремонт дома. Должна создать себе все удобства, чтоб жить как в городской квартире.
Нет, ей надо поговорить с Зойкой, а не жаловаться Раисе, от которой никогда не было ни одного дельного совета. Особого сочувствия тоже.
Людмила выбрала подходящий момент, когда Зойка осталась на огороде одна, попросила подойти поближе, чтоб поговорить по душам. У той даже рот открылся от удивления, она ждала разноса, скверных слов. А делала все это Зоя Людмиле только из зависти. Осталась одна и не упала духом, вон как обустраивает свой быт.
- Может, пришла пора прекратить это безобразие. Вижу, что женщина ты хорошая, но зачем же портить другим жизнь? – Зою, как правило, все ругали, обвиняли в том, в чем она никогда не была виновата. И в смерти мужа ее вины нет. Что не остановила? Да, ругает себя за это.
Собственно, что она видела замужем? Полный двор хозяйства, навозные тачки, огород. Просила мужа, чтоб он свозил ее на море, но он возмущался: не на кого оставить хозяйство. Вся его заслуга в том, что не пил и не курил, а то, что она пахала, этого никто не видел. В почете был в поселке Илья, а не она. Вот и решила всем гадить, чтоб заметили ее, как человека. Но героем дня Зоя так и не стала, потому что соседка все сносила молчком.
А сегодня ей ругань ни к чему. К ней приехал мужчина, с которым познакомились по интернету, она должна показать себя с хорошей стороны, поэтому подошла поближе к Людмиле.
- Чего хотела? Говори, - старалась показать, что она даст отпор в случае чего.
- Ты посмотри на себя, такая женщина, а занимаешься пакостями. Иногда соседи бывают ближе родственников, неужели мы с тобой хуже? Тебе бы еще научиться правильно одеваться, даже дома наносить макияж, найти «свою» прическу. Вот тогда бы все заметили себя.
- Заметили бы, это точно, и так поедом съедают, а тогда жизни совсем не будет. Как будто я толкала Илью в прорубь. Каждый год на крещение купался, а той ночью не вернулся. И где бы я его искала среди ночи? Винят в том, что отпустила. Не знали его характера. Все всегда у нас было только так, как муж захочет, к моему мнению он никогда не прислушивался. Пятнадцать лет прожили, так и не завели рябетенка. Не хотел и все. Опять же в поселке винили меня.
- Вот посмотришь, как только перестанешь обращать внимание на пересуды, начнешь жить так, как тебе нравится, мнение у людей о тебе изменится. Тем более сейчас есть ради кого меняться.
- Люд, тебе скажу по секрету, - Зоя почти «повесила» голову на забор. – Я ж ребеночка хочу. Павел согласился. У него тоже свой интерес в этом есть. Жена не рожает, говорит, что это его организм не способен воспроизводить потомство. А у него на стороне есть мальчик, которому семь лет. Хочет себя проверить еще раз. Павел младше меня на десять лет.
Вот так соседки стали подругами. И никаких пакостей больше не было. Зоя родила себе сына. Близко у нее родственников не было: Илья привез ее из сурового сибирского края, во всем ей помогала Людмила.
Павел стал частым гостем в доме Зои. Жил практически на две семьи, но Зою это не смущало, она была рада его визитам. Женщина изменилась не только внешне, но и внутренне, с лица не сходила улыбка.
Людмила уже подумывала, что ей пора выйти на отдых. Стаж у нее выработан, пора подумать о себе.
Николай откуда-то прознал, где прячется жена. Как и следовало ожидать: рыжеволосая его обобрала до нитки и кинулась на поиски другого мужчины, более состоятельного, а он остался с кредитами, которые ему до конца дней своих навряд ли удастся выплатить. Кто-то ему посоветовал, что нужно продать квартиру, а потом подать на банкротство. Все долги должны списать.
А жить-то надо было где-то. Дочка с ним и разговаривать не хочет. Осталась бывшая жена.
Людмила издалека заметила знакомый силуэт, поэтому ей пришлось спрятаться в сарае. Увидев на двери замок, Николай решил дождаться жену, он сел в плетеное кресло, которое досталось Людмиле от бывших хозяев. Раиса заметила во дворе соседки мужчину и решила полюбопытствовать, ведь Люда никогда ни одним словом не обмолвилась, есть ли у нее семья.
Когда бы Рая ее об этом ни спросила, ответ был один: «Устала жить в городе, захотелось тишины и покоя».
- А вы кто и что тут делаете?- женщина сделала удивленное лицо и всплеснула руками.
- Решил узнать, как живет жена, не нужна ли ей моя помощь, - Людмила от этих слов присела на карточки, спиной прислонилась к дощатой стене.
- У Люды есть муж? Не может быть такого, уж я бы по-соседски знала.
- Она у меня такая. Скрытная. Поругались малость. Она и сбежала от меня. А вы не знаете, где она?
- Да дома была, час назад я ее видела на огороде. Вы посидите, а я пойду посмотрю.
Людмила высунула голову в проем, чтобы лучше слышать разговор, тут-то и заметила ее Раиса.
- Чего прячешься? – шепотом спросила она. – Муж к тебе приехал.
- Муж объелся груш, он бывший, мы с ним два года, как разошлись. Видеть его не хочу.
- Люд, в деревне тяжело без мужчины, может, пришла пора простить его. Какой-то он жалостливый сидит.
- Что ты ко мне привязалась? – Людмила устала от шепота, она выпрямилась во весь рост и почти закричала:
- Отстаньте вы все от меня! Никто мне не нужен. Я сама себе хозяйка. – Она давно про себя решила, что никогда не простит бывшего мужа. На ее крик прибежала Зойка с мальцом на руках. В это время Люда уже выходила из-за сарая, стукнувшись о низкую балку, чесала затылок, а Раиса снимала с ее головы паутину.
- Что у вас случилось? Помощь не нужна? – Николая с трех сторон обступили женщины, и начали на разные голоса тараторить.
- Правильно, Люда. Таких прохиндеев надо держать от себя на расстоянии. А насчет мужских рук ты не беспокойся. Паша совсем ко мне перебирается, жена-то его обманывала все это время, какие-то таблетки пила, - Зоя заверила подругу, что без помощи и поддержки она никогда не останется.
Втроем они практически вытолкали мужчину со двора, вслед долго ему кричали:
- Как только таких мужиков земля носит!..