Полотно прерафаэлитов "Офелия" намертво врезается в память, стоит лишь раз ее увидеть. Прекрасная и жуткая, она заставляет зрителя снова и снова возвращаться к ней взглядом. Даже, забыв имя художника, вы непременно вспомните прекрасную деву, цветущий берег и прохладные воды озера. Сегодня мы расскажем вам все тайны картины "Офелия" Джона Эверетта Милле, ценой которой стала... жизнь.
Кто такие прерафаэлиты?
Прежде всего нужно сказать, что "Офелия" является ярким примером работы прерафаэлитов. Красивое название, правда? Пр-рафаэлиты вообще стали настоящим явлением. Представьте себе группу художников-бунтарей, которые решают бросить вызов привычному миру академической живописи и... создают что-то невероятно возвышенное и прекрасное. Они вторят манере Рафаэля Санти в изображении фигур. Их женщины подобны Мадоннам легендарного художника, у них прекрасные, мягкие черты, выразительные руки, лица одновременно печальные и возвышенные. Часто прерафаэлиты изображали их рыжеволосыми.
Почему именно такой выбор цвета волос? Потому что помимо обращения к религиозной темы, они обращаются с кельтским мифам и легендам средневековой Англии. Они выбирают сюжеты из британского эпоса, часто на их полотнах можно увидеть Мерлина, короля Артура, средневековых рыцарей и дев.
А еще огромнейшее внимание прерафаэлиты уделяли природе. В ней они искали свое вдохновение. Человек на картинах мастеров живет в мире флоры, он существует в контексте ландшафта.
Как ни удивительно, именно с прерафаэлитов стало развиваться такое направление, как дизайн. Сейчас, как и сто лет тому назад, на пике популярности вновь картины и дизайнерские элементы Джона Морриса, между прочим, прерафаэлита.
Офелия
Но вернемся к нашей картине. Сюжет ее весьма неоднозначен. Прерафаэлиты редко обращались к теме смерти так откровенно, используя аллегории. Милле выбирает трагический финал шекспировской Офелии, которая, не дождавшаяся любви принца и потерявшая отца, сплела венок и предала себя воле волн. Фигура девушки не расслаблена, она не уподобляется цветку, плывущему по течению.
Представьте ее вне картины, скажем, в интерьерах замка. Она точно замерла на полуслове, остановленная чьей-то рукой. На устах невысказанный упрек или мольба. Руки Офелии распростерты, вокруг них на волнах колышутся цветы, выбившиеся из венка.
В этом читается глубокий смысл. Жизнь Офелии оборвалась внезапно в пору цветения. Во всем ее облике читается резонанс со смертью, это дублируется даже в природе: расцветают на кустах цветы, но они белые, традиционного цвета смерти. Дерево над головой Офелии упало и ствол его обломился, но оно, вопреки всему, не погибло и шелестит листьями.
Еще одна смерть
В качестве натурщицы на роль Офелии была приглашена Элизабет Сиддал. Она была одной из любимейших натурщиц прерафаэлитов и ее лицо можно увидеть на многих произведениях художников.
Милле взялся за дело с размахом. Специально для Элизабет было приобретено старинное платье. Нарядившись, девушка ложилась в ванну, Милле долго и тщательно расправлял складки одежды, придавал фигуре неестественные изгибы, как если бы фигуру Офелии выталкивала вверх вода.
Согласно распространенной легенде, когда Милле работал над "Офелией", одна из ламп, нагревающих воду, перегорела. Несколько часов Элизабет пролежала в холодной ванне, после чего тяжело заболела. Это стало первым толчком к развитию туберкулеза.
Элизабет заслуживает отдельной статьи. Однако было бы несправедливым вовсе не упомянуть о ее талантах. Помимо того, что девушка была натурщицей, она сама прекрасно рисовала и писала стихотворения. Она вдохновляла прерафаэлитов не одной лишь чарующей внешностью, но и своими идеями. Самый, пожалуй, известный прерафаэлит Данте Габриэль Россетти в своих ранних произведениях изображал только Лиззи. К ее советам прислушивались, а идеи Элизабет зачастую подталкивали прерафаэлитов искать новые смыслы и звучания в своих шедеврах.
Тайны флоры
Но не только фигура Офелии приковывает внимание зрителя. Особое отношение прерафаэлитов выражалось в изображении растительного мира. Милле делал наброски пейзажа у реки Хогсмилл, в графстве Суррей. Надо сказать, что художник допустил вольность, и приходил на пленэр в разное время дня, поэтому дневные и утренние растения у него одинаково раскрыты.
Вот что сам художник говорил о свое работе:
«В течение одиннадцати часов я сижу в костюме под зонтиком, отбрасывающим тень размером не больше, чем полпенни, с детской кружечкой для питья… Мне угрожает, с одной стороны, предписание предстать перед магистратом за вторжение на поля и повреждение посевов, с другой — вторжение на поле быка, когда будет собран урожай. Мне угрожает ветер, который может снести меня в воду и познакомить с впечатлениями тонувшей Офелии, а также возможность (впрочем, маловероятная) полного исчезновения по вине прожорливых мух. Моё несчастье усугубляют два лебедя, упорно разглядывающие меня как раз с того места, которое я хочу рисовать, истребляя по ходу дела всю водную растительность, до которой они только могут дотянуться».
Каждый цветок выписан с абсолютной ботанической точностью. Однако и тут, помимо "дневной" неточности есть намеренное изображение цветов, цветущих в разные месяцы года вместе. Все дело в том, что автор буквально заставлял картину... Говорить. А для этого он использовал язык цветов, который обрел свою вторую популярность именно благодаря прерафаэлитам. Так лютики означают неблагодарность и инфантилизм, ива -отвергнутую любовь, крапива - боль, маргаритки - невинность, розы- любовь и красоту, фиалки и незабудки - верность, адонис - горе.
"Офелия" - одна из наиболее узнаваемых работ художника. К сожалению, вскоре после ее завершения Милле окончил свое творчество в качестве прерафаэлита. Он женился, семье требовался постоянный доход, в то время, когда картины, создаваемые прерафаэлитами, пользовались редким спросом. Милле сменил "специализацию" став портретистом. И успешным! Милле сумел нажить целое состояние, благодаря своим портретам обрел титул баронета, а затем и пост президента Королевской академии художеств, той самой, в пику которой некогда выступали молодые бунтари прерафаэлиты.