На все мольбы брата Екатерина отвечала отказом. Какими речами обольстил, чем растревожил ее девство? Дочери всего пятнадцать лет. Как возможно, ведь Василий Афанасьевич — родной дядя, отчего осмеливается он даже мечтать о богопротивном союзе?
Екатерина Афанасьевна Бунина в 1805 году осталась вдовой. Муж не оставил ей ничего, кроме карточных долгов и двух миленьких девочек. Долги вдова выплатила, пришлось продать фамильные имения, два села в Орловской губернии. Только вот денег на образование девочек уже не оставалось, как ни старалась она экономить. Уехала в деревню, чтобы сократить расходы, поселилась в особняке рядом с братом Василия Андреевича Жуковского.
Отчества у них были разные, а отец-то один. Только Екатерина была законной дочерью помещика Афанасия Бунина, а Василий — прижитый бастард, сын турецкой пленницы Салехи. Матушка Мария Григорьевна приняла его как родного, после смерти отца выделила долю, дала образование. Важным человеком стал Василий, литератор, философ, в столице его уважали.
Сашенька и Машенька, любимые доченьки, росли. Им требовался учитель. И дядюшка вызвался преподавать. Екатерина Афанасьевна присутствовала на всех уроках, радовалась, что ее доченьки через столь образованного человека получат знания. Жуковский сам составлял программу — теология, философия, нравственность, языки, изящная словесность, даже рисование.
Василий Андреевич радовался успехам девочек и всё больше понимал, его непреодолимо влечет в младшей, Машеньке. Была она не так красива, как старшая сестра, но и ему не требовалась красавица. Главное, чтобы Мария совершенно будто для него создана, чувствительна и романтична.
Шел поэту двадцать второй год, а его воспитаннице — двенадцатый. Но все совершенства, желанные для него, будто специально сосредоточились в этой юной девице. Веселая и живая Саша, считавшаяся в семье красавицей, ничуть не привлекала его. Тогда как Мария... О, из нее он мог бы воспитать идеал.
«Можно ли быть влюбленным в ребенка?» — записал в дневнике Жуковский. — «Я был бы с нею счастлив, конечно! Она умна, чувствительна, она узнала бы цену семейственного счастия и не захотела бы светской рассеянности…».
Прошло два года, Василий Андреевич решился признаться в чувствах и встретил полное понимание и ответное чувство. Но Екатерина Афанасьевна была категорически против такого брака. Она настаивала, что родство слишком близкое. Пусть они не родные брат и сестра, но отец-то один! «Опомнись, она твоя племянница, побойся Бога!», — увещевала она брата. Тогда Жуковский заручился согласием митрополита.
Но Екатерина Афанасьевна оставалась непреклонна. Никакие мольбы не могли ее разжалобить. Поэт писал своей музе стихи, она была для него всем, идеалом, романтической мечтой, райской птицей. И все же оба они верили, что когда-нибудь как-нибудь их будущее устроится.
В 1812 году Василий Андреевич был зачислен в ополчение. Он не принимал боевого участия в Бородинском сражении, но находился в тылу. Оставил яркие воспоминания и написал поэму «Певец в стане русских воинов».
Каждый день Мария Протасова молилась, чтобы Господь уберег ее возлюбленного, она в то время служила медсестрой.
Вместе с возлюбленной Василий Андреевич вели один дневник на двоих, высылая друг другу откровения и открытия сердца. Между ними действительно установилась неразрывная связь.
Но Екатерина Афанасьевича вновь и вновь отвергала предложения Василия Андреевича, желавшего жениться на Машеньке. За Жуковского хлопотали друзья, но всё было бесполезно.
Продолжение истории следует…