СОН Ж., 22
Здравствуйте! Помогите, пожалуйста, понять сон.Ночь. Фонари освещают красивый заснеженный павильон. В нём находится несколько домов, в одном из них живём мы с моим парнем.На площади я увидела белую волчицу, которая разгоняла чужих с территории. На меня не обращала внимания. Я кинула в её сторону мелким камешком. Она сверкнула синими глазами и я поняла, что разбудила монстра.Она стала размером с дом, настоящее воплощение силы, необузданности. Может разорвать на части и съесть, и даже косточки не оставить. Волчица прыгнула сверху, щелкая пастью, кусаясь. Я пыталась сопротивляться, дрожа от испуга, желая скорее проснуться.Но услышала в этот момент свой голос: "Хорошо, убей меня. У меня больше нет причин так жить дальше", - и позволила случиться тому, что должно. Волчица уменьшилась, оказалось, она ранена. Я погладила её. Она завиляла хвостом, её глаза радостно засветились, как если бы собака узнала свою хозяйку. Волчица облизала следы укусов на моем теле и они зажили. Её раны тоже затянулись. Затем куда-то повела.Мы пришли к чёрному волку и пятерым волчатам, в павильоне находилось их логово. Сначала вместо волка стоял мужчина в чёрной шинели и разгребал сугробы лопатой. На его лицо падала жуткая тень от дерева, делая его вид отталкивающим. Увидев нас, он превратился в безумно красивого волка. Из-под сугроба, который он очистил, показались рельсы, и по ним смог проехать поезд с людьми. Я поняла, что именно мужчина-волк следит за порядком в павильоне.Волчата забрались ко мне на руки, играли, волк спокойно наблюдал, волчица доверила мне своих детёнышей и завиляла хвостом.Из-за дерева вышла ведьма и позвала за собой в лес. Пока мы шли, она теряла своё ведьминское облачение и уже на зелёной опушке вроде райского уголка предстала светлой, доброй женщиной в белом платье, золотыми украшениями, сияла неземным спокойным светом. Я ни разу не видела её такой. Она раскрыла руки для объятий, я прослезилась и обняла её.
ТОЛКОВАНИЕ
Прежде всего хочу сказать, что общее ощущение от данного сна — целительное, освобождающее.
Давайте теперь посмотрим детально на образы сновидения. «Дома под павильоном». С французского языка павильон переводиться как шатер. Часто павильоны имеют куполообразную форму. Такое объединение домов под одной крышей может выражать идею объединения родов (при бракосочетании) или же объединение людей в «стаю» по каким-либо интересам, идеям, воззрениям…
Сновидица видит белую волчицу, прогоняющую чужаков с территории. Волки, как известно, очень социальные, можно сказать, семейные животные. Символизм волка чем-то близок собаке, он так же связан с потусторонними силами, с сумерками, луною, с защитой или нападением. Он более независим, чем собака. Все-таки волк — это дикое животное. В образе волчицы сильным лейтмотивом является именно ее защитная, материнская функция. Сновидица кидает в нее камушком, видимо, в надежде обратить ее внимание на себя, установить связь.
Волчица становится огромной, как дом. Когда мы встречаемся с такими впечатляющими образами, они кажутся нам выходящими за пределы индивидуальной психики. Это божества или архетипы, в них воплощена мудрость поколений и мощный энергетический потенциал.
В этом смысле можно сказать, что волчица воплощает собой Самость (в ее инстинктивной, животной части). Кажется, что столкновение с волчицей — часть инициации, которая должна показать, как Эго может выдерживать такие архетипические энергии, взаимодействовать с ними.
Тут Эго сновидицы будто разделилось на части: одна часть сопротивляется, испуганна и готова к бегству. Это можно сказать, типичная реакция Эго при столкновении с мощью архетипа. Другая же часть смиренна и готова к смерти. Голос этой части звучит как решающий.
Смерть — так же неотъемлемая часть инициации. Только так становится возможной качественная трансформация. Столкновение с Самостью — это поражение для Эго. И, возможно, лучшей стратегией в данном случае является принятие и смирение. Тут вспоминается эпизод из сказки Морозко, когда Настенька на вопрос «— Тепло ли тебе, девица? Тепло ли тебе, красная?», отвечает: — «Тепло, Морозушко, тепло, батюшка», не смотря на то, что находится буквально на грани замерзания.
После прохождения испытания, волчица уменьшается до нормальных размеров, теперь это уже более индивидуальная, освоенная сила. Обнаруживается, что инстинктивная, защитная сила сновидицы ранена и нуждается в уходе. При поглаживании волчица становится все более похожа в повадках на собаку, приручается. Волчица так же лечит сновидицу. Барбара Ханна пишет о том, что собака являлась (наряду со змеей) спутником бога-целителя Асклепия (Эскулапа). Мотив выкармливания собакой (или волком) детей был распространен в античности.
После сеанса исцеления на сцене сновидения появляется черный волк. Он является дополняющей фигурой для белой волчицы. Вместе они составляют прекрасную пару, символ иерогамии (священного брака мужского и женского принципа), это продуктивный союз: у них пять волчат! Число пять соотносится с пятью чувствами, пятью элементами, пентаграммой ( как образом человека с раскинутыми руками и ногами).
Мужчина в черной шинели. На лицо мужчины падает жуткая тень от дерева — возможно, это отец или кто-то из предков-мужчин, кто оставался в тени или чья значимость не была по достоинству оценена (по ассоциации: тень дерева — тень рода). Но при этом он занят важным делом — расчищает железнодорожные пути от снега. Снег на пути — заморозка, блокировка продвижения (например, вследствие травмы). Путь — это и жизненный путь как таковой и возможность двигаться к цели, динамика.
После такой насыщенной динамики — столкновением с образом Самости, излечением внутреннего зверя, единением мужского и женского начла, очищением пути, появляется новая фигура — ведьма. В фигуре ведьмы есть и созидающее и разрушительное начало, она может быть и злой и доброй, темной и светлой, старой и молодой, безобразной и прекрасной. Она имеет дело с природными стихиями и силами, не случайно ведьма уводит сновидицу от жилища в сторону леса.
Юнгианский автор Полли Янг-Айзендрат, в своей книге «Ведьмы и герои» описывает темную сторону ведьмы как имеющую магическую власть и ненасытную потребность пожирать детей и мужчин. Это случается, по ее мнению, когда женщина или девушка находится под воздействием негативного материнского комплекса. На ведьме так же может лежать отпечаток изгоя, ведь, как известно, ведьмы живут на отшибе и часто люди их сторонятся. Если говорить о психологической ситуации, то, по мнению Янг-Айзендрат, мы живем «в дремучем лесу» когда не чувствуем себя достойными и равноправными членами семьи. Так же в тени ведьмы может копиться много разрушительного гнева, не находящего адекватного выхода в социуме (что так же толкает к изоляции).
Сновидица не описывает внешность ведьмы, но указывает на преображение, которое происходит с ее образом: ведьминское облачение превращается в белое платье с золотыми украшениями, весь образ женщины становится сияющим, даже меняется время года: с зимы на лето. Она раскрывает свои обьятия для сновидицы.
В такой эмоциональной и преображающей заключительной части сновидения мы видим путь «излечения» родительского имаго — от негативного материнского комплекса, к архетипическому образу Великой Матери, дарующей любовь всем, кто к ней обратится. Одна из юнгианских идей заключается именно в том, что архетипические родительские образы могут залечивать раны, нанесенные реальными родителями.
Автор: Анна Демешина
Психолог, Юнгианская психология
Получить консультацию автора на сайте психологов b17.ru