Когда-то я писала здесь о своей беседе с хорошей учительницей, которая работает сейчас дефектологом в одном из отделений нашего спецучреждения для детей с особенностями развития.
Эта замечательная женщина раньше работала учителем в школе, а сейчас - да, вместе с нами. Только в другом отделении: если я работаю в кружковом, то она - в группе "по подготовке к школе". И, если наш кружковый отдел занимается со всеми ребятами (и с теми, кто проходит трехнедельный курс в стационарах, и с детьми из дневного отделения), то она работает теперь исключительно с "дневниками".
Не потому что она так захотела, не потому что начальство велело, а… просто время такое пришло. К сожалению, та программа, которая предусмотрена на занятиях в её отделе - ну совсем не подходит для ребят из стационара. Ведь сейчас в стационар привозят ну та-аких ребят… в общем, "слишком рано" им еще о школе думать, независимо от их возраста.
Не хочу никого задеть, просто логичную вещь скажу: когда человек, ввиду своих ментальных нарушений, не понимает обращенную речь, да и вообще не доступен к любым контактам, учить буквы, цифры и прочее... ну как бы не очень возможно… (лирически отступлю и помечу, что это обстоятельство не касается наших кружков: в творческие кружки, как ни странно, обязаны ходить ВСЕ детки, такие правила). Но на своем отступлении не буду надолго останавливаться, т.к. написать захотела совсем о другом.
Просто разговор зашел об этой коллеге, вот и довершила мысль.
Однако, это совсем не значит, что её воспитанники "легче" наших. И к ней - тоже порой приходят заниматься достаточно сложные ребята, с серьезными психоречевыми нарушениями, или педагогически запущенные до предела, или, как мы вежливо выражаемся, детки "харАктерные"…
В общем, я, по своему обыкновению, затянула, а суть так и не сказала!
Короче, задавали мы с другими коллегами ей простой вопрос: почему она бросила работу в элитной школе (уже честно не помню, гимназия или лицей), а пришла работать сюда, с непростыми детьми.
И она, на полном серьезе, наряду с другими ответами, выделила один, но очень важный!
Если здесь, у нас - дети плохо себя ведут, вредничают, а то и вовсе "творят дичь" в основном ввиду своих особенностей, практически не осознавая, что творят, то там, в школе - совершенно обычные дети могут делать то же самое, но уже целенаправленно и заведомо зная, что им за это ничего не будет, а тыл - надежно прикрыт могущественным родителем. И одного звонка мамочки "куда надо" вполне хватит, чтобы учитель вылетел из этого лицея как пробка.
Ну, примерно так.
Причина, конечно, весьма убедительная. Я в обычной школе никогда не работала (разве что в музыкальной, в годы практики), поэтому верю этой учительнице на слово.
Особенно когда она рассказывала о буллинге в отношении одноклассников друг к другу.
А что у нас?
Я в принципе верила, что в нашем учреждении - такие вещи если и могут случаться, то гораздо реже, чем в школах. Да и кому тут кого "буллить"-то, если в каждом заведомо есть "фунт лиха", в котором они не виноваты?
Да и, к тому же, ребятки в нашем учреждении чаще всего лежат вместе с мамами… мамы-то точно не допустят некомфортных ситуаций для своих детей.
Однако… был недавно случай в дневном отделении.
Вот даже не знаю, как его можно обозвать. Но воспитательница настаивает на том, что это было сделано злонамеренно.
В этой дневной смене из 20 ребят только 4 лежали с мамочками, остальные - просто как в детский сад ходили. Примерный возраст детей - от 3 до 6 лет. Да и диагнозы - тоже разнообразием не отличаются (ЗПРР, СДВГ, ну и РАС, конечно, куда без него). Но детки - вполне мирные и доступные к контакту (за некоторыми исключениями).
Максимка
Достаточно тяжелый пятилетний ребенок.
Обращенную речь - практически не понимает, своя речь - только несколько коротеньких слов: нет, дай, уйди и мама (надо заметить, мама его не сопровождала, а тоже, как и другие мамы, отводила и забирала вечером… хорошая мама, работает мама).
Изъясняется Максимка в основном гласными звуками, ну а педагоги - уже стараются понять его по интонации (а "интонирует" он довольно много).
Другие ребятки, которые в плане психического и интеллектуального развития (если так можно выразиться) чуть-чуть превосходили Максима, не хотели с ним играть, но задирали. И часто исподтишка. И, видя, что Максим ничего не понимает, а просто продолжает свои странные действия, еще и улыбаясь при этом - смеялись над ним и тыкали пальцем.
А Максимка - он вел себя в соответствии с диагнозом
Раскачивался на стульчике, "уходя в себя", тискал жалюзи и хлопал створками, при этом монотонно напевая, иногда бегал по кругу и махал крылышками, улыбаясь самому себе, возил по полу сковородку из детского набора посуды, привязанную за ленточку, бодал лбом портрет областного омбудсмена на стенде с памятками о правах и говорил ему "у-бу-ууу"!
Но при всём при этом Максимка никого не обижал, ни на кого не нападал.
И прыгал от радости, если ребята из группы подходили к нему… только вот не понимал он, что они лишь прикалывались над ним.
Например, нацепят ему бантик на голову (из кукольного набора), отходят и смеются как над дурачком. И Макс - тоже смеется и хлопает. И ему абсолютно фиолетово, что они смеются именно над ним с бантиком, а не потому что им просто весело.
Барби
Еще один "моментик" за Максимкой был.
Он почти всегда носил с собой… куклу Барби. Да-да, такую, с которой мы в детстве когда-то играли (может, мамина?), обычную Барби, в платье и с длинными волосами (только без туфель).
Просто держал ее как микрофон и ходил с ней. И на занятия к нам в кружки - тоже с Барби приходил. А для нас с коллегами - уже стало ритуалом минут 10 от каждого занятия уделять тому, чтобы уговорить его положить куколку на стол и заняться работой по плану. Уже и воспитателей просили приводить Макса на занятия сразу без куклы, но они отвечали, что без нее - он вообще не соглашается идти.
А, ничего, привыкли
Да и на занятиях, видимо, Барби оказалась вещью нужной, для "разгрузочек" Макса - просто идеальной.
Когда он уставал делать поделку или рисовать, он брал в руки куклу, медленно мотал ею над собой как флагом и следил глазами за "полётами", напевая какие-то звуки. Успокаивался так, а потом снова работал (для своего уровня - весьма неплохо).
А однажды - Барби исчезла!
Узнали мы (педагоги кружкового отдела) об этом чисто случайно! Ни на одно наше занятие Макс в тот день не пришел. Но в списке заболевших-то - не числился, и нас никто ни о чем не предупреждал, а значит ребенок обязан быть в учреждении.
Коллега (учитель ИЗО) пошла к ним в группу, выяснять, что да почему. Вернувшись, говорит, что Макса "порвало"… как с 9 утра начал рыдать, так и не прекращает. Воспитатели - уже и врача приглашали, вдруг что-то болит, но врач - посмотрела его и сказала, что никаких от себя "страстей" не видит, "ребенок просто не в настроении, пусть отдохнет".
Однако, ближе к обеду, когда я относила в дневной стационар бумажки, воспитательница сама заговорила со мной о Максиме:
- Ты знаешь, ребенок-то наш - куклу потерял! Оооох, а мы тут как куры-дуры думали-гадали. А он, бедняга, стоит, ревет, кулаком своим над головой мотает туда-сюда, туда-сюда. А Валька-то (напарница) - и вспомнила, что он куклой своей мотал так! А теперь найти не можем, с ног сбились.
- Может, он сегодня её дома забыл? - спрашиваю.
- Нееет, - отвечает воспитательница, - я точно помню, что он пришел с куклой. Он в этом плане, знаешь ли, оч-чень щепетилен.
- Ой, тогда не знаю, - говорю, - но спрошу у девчонок (у сотрудников нашего "педагогического" этажа), если кто случайно найдет - пусть вам отнесут.
- Хорошо, спасибо! - ответила воспитательница.
Хорошие у нас в этом отделе сотрудницы! Уже женщины довольно возрастные, очень опытные и заботливые. Всегда за ребят переживают, а шутят только по-доброму. И Максимку жалеют, сами с ним играют. Только вот других ребят за их "злые приколы" не ругают (пусть только попробуют, сразу "люликов" получат от начальства!), могут лишь сделать вежливое замечание в духе "ай-ай-ай".
И няня - тоже просто прелесть. Человек широкой души, которая даже меня не раз выручала (еще и своими дачными огурчиками кормила, мммм).
Няня - молодец!
Перед тихим часом, пока детки обедают в столовой, няня (не по правилам, а по собственной инициативе и по доброте душевной!) ходит по палатам и расстилает и поправляет постели, хорошо натягивает простыни, чтобы деткам спалось удобно… тщательно смотрит, чтобы под матрасами и под подушками ничего не лежало…
А тут подошла она к одной из кроваток!
Кровать стоит боком к стене, а изголовьем - к окну. Не Максимкина кровать! Няня поправляет полотенце на спинке кровати, и тут взгляд ее падает ПОД окно, точнее - под подоконник…
И там, уже за спинкой, слева от батареи, на трубе… Барби! Максимкина кукла, похабно примотанная к трубе скотчем, вместе с платьем и волосами.
Кто это мог сделать?
Конечно, никто! Барби - сама прикрутилась, по собственному желанию. А виноватых - что вы, их нееет! Кто хотел Максима обидеть? Никто и не собирался! Вон, все-все детишки в группе не знают об этом ничего! А может это воспитатели сами так шутят?
Ну да, наверное, воспитатели! Ведь именно из ящика воспитательского стола скотч пропал.
Кстати, так до сих пор и не вернулся.
Только вот ругать деток у нас, повторяю, нельзя. Только уговаривать. Ну а другую сторону (обиженную) - надо успокаивать и тоже уговаривать. И вообще, сами "воспитки" виноваты, что "проморгали" такой момент. Надо было весь день в группе сидеть! Только кто тогда будет водить детей на индивидуальные занятия и процедуры?
В общем, всё нормально: и с Максимом, и с Барби. Куклу привели в порядок, развязали, причесали. И Макс, взяв ее в руки, сразу успокоился.
Вот бы все проблемы решались так просто!
Однако, мало кто хочет понимать, что следы от них остаются намного дольше…
А Вам дорогие читатели, пусть будет легко и уютно.