Влияние тайского режиссёра Апичатпонг Вирасетакуна можно проследить в причудливой медитации испанского режиссера Лоиса Патиньо о буддийском жизненном цикле
(The Gardian) Фильм Лоиса Патиньо — это тонкое, экзотическое зрелище, документально-реалистический диптих с участием непрофессиональных актеров, рассказывающий о буддийской концепции сансара, цикле рождения, смерти и жизни и переселении душ. Снятый в Лаосе и Занзибаре, фильм задает много загадок. Он приправлен чем-то причудливым и даже игривым; это один из тех якобы серьезных фильмов, которые лучше всего ценить благодаря чувству юмора, которое, по словам Грэма Грина, было единственным, что позволило ему поверить в бога. Агностик мог бы найти в этом что-то нелепое, даже снисходительное: адресован ли он реальной аудитории в Лаосе и Занзибаре, или это фильм, снятый западными киноманами и для них? Что ж, здесь есть и шарм, и простодушная прямота, и, возможно, влияние Апичатпонг Вирасетакуна.
В Лаосе умирает старуха по имени Мон; молодой человек по имени Амит читает ей Тибетскую книгу мертвых, и он мягко намекает Мон, что, оказывается, ее предсмертное желание - перевоплотиться в животное. Это не духовное понижение - об этом помышляют только из-за жестокого обращения с животными. Вскоре Мон умирает, и после путешествия в бардо, промежуточном состоянии между смертью и возрождением, душа старухи приземляется на Занзибаре, где она перевоплощается в козу по имени Нима.
И это еще не все. Фильм требует, чтобы мы «смотрели» фильм во время этого 10-минутного промежуточного состояния неопределенности между Лаосом и Занзибаром с закрытыми глазами, регистрируя абстрактные пятна и вспышки света и цвета через закрытые веки. Это интригует, хотя и немного сбивает с толку, особенно потому, что не совсем понятно, когда этот раздел закончится и можно будет снова открыть глаза. Вы можете сравнить это с тем, что вас просят прослушать определенный фрагмент новой музыки, зажав уши руками и, как импрессионист, ощущая приглушенные звуковые формы. Но мечтательность, в которую вы погружаетесь, приятна. Вы можете вспомнить, например, как загорали на пустынном пляже под мягким солнцем.
Тему метемпсихоза в этом фильме подхватил, кстати, и Лисандро Алонсо в его странной «Эврике», хотя в этом фильме поворот от одного состояния души к другому более сложен, и он не настаивает на протагонистическом состоянии детства в подобной стилистике. В фильме всегда есть что-то интересное, что заставляет зрителей задуматься о табуированной теме смерти, причем без традиционного музыкального сопровождения печали и принятия. Тональность всегда важна. Лаосский мальчик Амит подружился с местными монахами в оранжевых одеждах и на своей лодке отвез их к водопаду Куанг Си, месту необычайной красоты и духовного значения (признанному туристическому направлению). Там один монах мечтательно засыпает, просыпается и обнаруживает себя одного, и всего на секунду Амит добродушно подшучивает над ним, возможно, в том же духе, как в середине фильма `С широко закрытыми глазами` или в тех фильмах, целостность ищет возвышенного.