Как отметил один известный репортер, президент Ирана - профессия опасная. Первый глава государства был быстро лишен полномочий и с позором бежал из родной страны во Францию. Там политик прожил под строжайшим надзором до самой своей смерти. Второго лидера ждала более печальная участь - он был взорван своим собственным помощником.
Секретарь занес сумку со взрывным устройством на конференцию и оставил ее между президентом и премьер-министром, после чего незаметно покинул помещение. Далее до восьмого руководителя все было спокойно, но недавно последний президент Ирана трагически погиб из-за падения вертолета. Отечественные эксперты заволновались: а скажется ли его смерть на России?
Для лучшего понимания вопроса углубимся в историю. До Исламской революции, произошедшей в 1979 году, алгоритмы распределения власти в Иране были достаточно примитивны. Главенствующая должность отводилась шахиншаху - в переводе на русский буквально «царю-царей». Однако после крушения монархии структура значительно усложнилась.
С тех пор первое лицо государство начали избирать - но не всенародно, а выборочно. К голосованию допускались исключительно «достойные» этого граждане. Президент наделяется крайне ограниченным списком полномочий, разобраться в котором без особых экспертных знаний и опыта проблематично. В Иране в несколько раз больше государственных инстанций, чем в Европе или России.
Помимо президента в Тегеране заседает совет из восьмидесяти восьми богословов, в задачи которых в том числе входит выбор преемника на вакантное президентское место в случае смерти чиновника. Также в стране функционируют Совет стражей Конституции - высший судебный орган, Исламский консультативный совет, совет политической целесообразности.
И это только формальные университеты - перечислять около-легальные фракции, сражающиеся за власть, мы не будем. Крайне нестабильные события во внутренней политике государства, безусловно, так или иначе влияют на мировую политику. Нынешний Рахбар, по мнению западных экспертов, один из активных участников политической гонки в Иране.
Российские политологи, в целом, в данном вопросе друг с другом солидарны - смерть восточного лидера не принесет в РФ никаких изменений. Несмотря на то, что взаимодействие двух держав за последние полвека предсказуемым не назовешь (взять, к примеру, откровенное письмо от Верховного иранского лидера с предложением сотрудничать, адресованное Горбачеву), на сегодняшний день дипломатические отношения удалось относительно стабилизировать.
Одним из главных объединяющих факторов между Москвой и Тегераном сейчас выступает наличие «общего противника» в виде коллективного Запада. Ноги у конфликта Ирана с Североатлантическим альянсом растут из далекого 1979 года, когда больной онкологией экс-шах нашел укрытие от действующих властей в Штатах.
Тогда местная террористическая организация (так называемые «революционные студенты») захватила американское посольство в Тегеране, а вместе с ним и весь персонал. Подавляющее число жертв насильно удерживалось в здании полтора года.
Тогдашний президент США Джимми Картер несмотря на все попытки так и не смог высвободить заложников — это похоронило его карьеру в политике навсегда. С тех пор и по настоящий момент основной целью Белого Дома относительно Тегерана стала «смена режима». А потому Россия и Иран сейчас, по сути, «делят одну лодку» по части конфронтации с Вашингтоном и агрессивно настроенным Евросоюзом.