— Маам, ты долго будешь дома зависать и за мной подглядывать?
—Я не подглядываю, а подсматриваю.
— Все, хватит. Давай жить, как раньше. У меня по плану: отдых, тренировки и подработка в баре или ресторане. Давай тоже вливайся в обычный, рабочий режим. Сережка на даче, папа уехал, не надо надо мной трястись.
Вот так коротко, меня вернули в жизнь. Заканчивался июль. Лето, теплая погода, солнышко поднимали настроение. Роман быстро восстановился после операции, ушла бледность и синева на лице. Напоминанием служил только шрам, который обрабатывали по вечерам.
Последние анализы были в норме, никаких ухудшений, абсолютно. Хоть в космос посылай. Казалось, что предыдущие месяцы приснились в кошмарном сне. Если б я в этом не участвовала, то глядя на Сына, подумала, что все это злая шутка или ошибка..
Единственная просьба, которую Рома объявил и попросил, не говорить о его болезни, постараться держать в секрете. Это было его требование. Мы обсуждали каждого, кому можно сказать. Из друзей он сказал всего лишь двум, и любимой девушке. Только самые близкие и родные знали страшную тайну. В школе директор был предупрежден, что Рома не хочет посвященности. В спортивной тоже. Он не хотел жалости и особого отношения. Его жизнь не должна изменится, условие которое просил выполнять.
Я оформила документы в поликлинике, предупредила всех врачей, что сама, одна буду приходить за направлениями и рецептами. И если вдруг что буду вызывать скорую. Больница также была в курсе, наших необычных отношений.. Не сразу удалось найти компромисс и обойти правила. Дневного стационара для таких больных нет. Мы должны были лечь в больницу и наблюдаться. Или подписать отказ. А Роман даже на сутки не соглашался остаться в больничной обстановке, только пару часов, со мной. Я написала письма в Минздрав, со мной созвонились, объяснила всю ситуацию и нам пошли на встречу. Разрешили, приезжать, делать обследование, консультироваться раз в две недели в Республиканском детском центре, так как там лучше аппаратура, оборудование. И находится параллельно под контролем участкового врача.
О чем не могла договориться с Сыном, это оформление документов по инвалидности. Врачи торопили. А он не хотел слышать это слово в свой адрес.
– Я не инвалид! Ты слышишь?! И никуда с тобой не пойду!
Дверь с грохотом закрылась, а слова, как разбитое стекло кололи сердце.. Мне не хватило слов, чтоб объяснить важность получения бумаг. Некрасивое слово, встало между нами.
Я села за бумаги, залезла в интернет. Но чем больше читала, тем каша становилась гуще в моей голове. Надо было разобраться, куда и зачем идти, чтоб упростить нашу жизнь.
—Ну, что ты там зависла ? Сына, тихо подошел и обнял.
— Мам, законы, это не твое. Дай почитаю. Я же будущий юрист.
—Слушай. Все просто и элементарно!
Согласно первой главе, я под нее подхожу. Обусловленное заболевание есть, справки имеются. Дальше идем на медико-социальную экспертизу. Согласно второй, государство поддерживает и компенсирует мне мою нетрудоспособность. Оказывается мне назначат пенсию, а тебе компенсацию по уходу. Согласно третьей, поможет учиться, то есть льгота на поступление в ВУЗ. При устройстве на работу, помогают найти.
— Все ясно, Мам? Вот тебе весь твой закон вкратце. Ты его больше не читай. А я еще проштудирую. Оказывается не только Уголовный кодекс интересен, возьму на заметку..
Любовь к чтению законов помогла ему принять себя в новом статусе. Слово Инвалид, мы заменяли на Необычный..
Были вещи которые он не принимал, внутренне. Например как, слово рак. Даже от врачей. Онкология, саркома, так он поправлял при каждом разговоре. Хотя обсуждать и разговаривать с врачами не любил от слова совсем. Всячески избегал и перекладывал это на меня.
Минимум больничного и максимум обычной жизни. Он болезни диктовал свои правила. Я со страхом наблюдала за этой игрой. Заканчивался первый месяц из обещанных трех.. В следующем, у Романа по графику был турнир по дворовому футболу…
Продолжение следует..
Предыдущая глава здесь