Странная штука - талант. Порой та самая искра Божия скрывается в человеке, о котором ты и подумать не мог, что он талантлив.
Однажды, много лет назад, я наблюдал такую искру Божию.
Моя мама трудилась на почте, а я часто приходил к ней на работу, помогал сортировать газеты, журналы и письма. Потом мы шли с ней по поселку и всю эту отсортированную почту разносили.
Вместе с мамой трудилось еще несколько женщин - мужчин-почтальонов в моем поселке почему-то не было.
Иногда на почту приходила Луиска - местная юродивая, опустившаяся на почве беспробудного пьянства женщина неопределенного возраста. Жила Луиска в хибарке неподалеку от почты, и, видимо, ей нравилось беседовать с почтальонками, пока те сортировали свои газеты-журналы..
В поселке Луиску презирали за, скажем так, аморальный образ жизни. И взрослые, и дети обзывали ее обоссыкушкой за то, что от нее дурно пахло и порой она валялась прямо на улице, а от ног ее начиналась лужица, продолжавшаяся тонким ручейком.
В общем, Луиску не считали за человека. Такой себе платоновский персонаж, Юшка, но в женском обличии.
А почтальонки ее не гнали, может быть, потому, что сотрудниц почты в моем поселке тоже не сильно уважали.
Помню, Луиска пришла на почту и, как всегда, присела в уголок на "луискин" стул (никто больше на этот стул не садился). Почтальонки с ней заговорили о том о сем. Не припомню, почему так получилось, - - то ли женщины обсуждали какой-то увиденный по ТВ концерт, то ли кто-то попросил Луиску, - но она вдруг запела.
Да, эта опустившаяся, чумазая женщина, которую за человека никто не считал, запела "Вечерний звон". С тех пор я прожил на белом свете тридцать лет, но я ни разу не слышал более красивого пения. У Луиски был чистый, и, что называется, чарующий голос. Не громкий, не оперный, нет. Голос, как шум ручья, как шелест травы. Голос ангела, заключенного в безобразное тело несчастной женщины, никогда не видевшей ничего хорошего.
Луиска была гениальной певицей - я убежден в этом. И тем печальнее знать, что она умерла еще до того, как я уехал навсегда из своего поселка. Она угорела насмерть зимой в своей хибарке.
И глядя на многих эстрадных певиц, я вспоминаю Луиску. Эх, думаю, было бы в вас хотя бы 10% таланта той несчастной пьянчужки из поселка на окраине Орловской области.