Картина Феллини «И корабль плывёт» встречает зрителя кадрами, стилизованными под немое кино: в 1914 году из Неаполя отплывает лайнер, на борту которого музыкальная богема (дирижёры, певцы, критики и даже один журналист) провожают в последний путь оперную диву Эдме Тетуа, завещавшую развеять свой прах над морем близ острова, где она родилась. Едва отзвучала увертюра из «Силы судьбы» и пассажиры заняли места в обеденном зале, как журналист начинает свой репортаж: вот директор Ла Скала, легендарный дирижёр фон Руперт, прославленный тенор Аурелиано Фучилетто, певица — несравненная Идельбранда Куффари… За всей этой причудливой экспедицией скрывается реальное событие, о котором сценарист Тонино Гуэрра узнал из газет: 3 июня 1979 года, в Эгейском море, рядом с островом Скорпиос, собственностью Онассиса, был развеян прах Марии Каллас.
Ну, а далее начинается кино, где нет границ воображению и корабль, населенный фантомами (именно так Феллини называет господ прекрасной эпохи) идёт прямым курсом навстречу трагедии — картинному кораблекрушению, где все разыгрывается как в оперном либретто и так же сопровождается прекрасной музыкой. Но финал будет чуть позже, а пока комичные в своем самомнении звезды занимаются праздными разговорами, сплетничают, соперничают. Вот забредшие из любопытства в машинное отделение, они начинают состязаться в вокальной силе: кто в этой адской котельной способен дольше удержать ноту?
Феллини и его соавтор Гуэрра явно иронизируют над обитателями этого элитарного мирка, корабля под названием Глория, и в то же время не отказывают им в таланте, считая, что нелепое и возвышенное не обязательно должны быть разделены. Поэтому с такой искренней убеждённостью и надеждой хор звезд поет «Кто мог решиться на оскорбленья, тот ждать не должен себе прощения» из «Травиаты» — когда корабль с артистами оказывается под прицелом австро-венгерского броненосца, «Наш маскарад веселый нынче будет», когда приходится садится в шлюпки, и, наконец, триумфальный марш «Слава Египту» из «Аиды», когда Глория после серии несчастных событий уже окончательно идёт ко дну, что означает, очевидно, гибель старой культуры перед натиском неизбежных перемен.
И что же в итоге? Феллини оставляет нам только спасшегося рассказчика-журналиста в шлюпке с носорогом, у которого, как оказывается, «прекрасное молоко». Этот абсурдистский образ породил огромное количество толкований, общим знаменателем которых является неизвестность. Может быть, это символ надежды? «Если перед вами человек, спросите ли вы его, почему у него глаза черные или голубые? — говорил сам режиссёр, когда его просили прокомментировать образ. — С моим фильмом то же самое: не мне, автору, объяснять его. У фильма есть душа, он сам должен быть носителем своих мечтаний и своих тайн».
И корабль плывет, Федерико Феллини, 1983 год.